Украденная судьба - Чейз Ева - Страница 28

Ее серебристая коса струилась по воде за ее спиной. Одарив меня улыбкой, она начала грести вокруг бассейна.

Я невольно следил за ее движениями, не желая возвращаться в медитативное состояние поплавка.

Ее тонкие руки скользили по воде с силой и грацией. Вода оттеняла ее ресницы, подчеркивая яркие карие глаза.

Прошло всего около минуты, и она подплыла к берегу, где сидела раньше. Выбравшись из воды и быстро вытершись одним из полотенец из корзины, она снова присела на корточки у кромки воды.

– Ну и достаточно.

Влажный топ облегал ее изгибы. Я обвел их взглядом, но затем с усилием отвел глаза, чувствуя, как по венам начал разливаться жар.

Член у меня в штанах поднялся.

Какая-то часть меня хотела подплыть к ней, затащить обратно в воду и прижаться всем телом. Целовать ее до тех пор, пока наши губы не воспламенятся.

Но я знал, что, если бы и попытался, меня бы охватил еще один приступ паники. Я даже не успел бы сделать что-то большее, чем просто осторожно дотронуться до ее ноги. Каким бы осторожным я ни был, не уверен, что смог бы прикоснуться к ней прямо сейчас, не вызвав такого же приступа, который Клэнси спровоцировал своим экспериментом.

Наклонив голову, Рива поймала мой пристальный взгляд. Я отвернулся, радуясь, что в сумерках румянца на моих щеках не было видно.

Черт, как объяснить, почему я продолжаю ее отталкивать?

В моих воспоминаниях всплыл голос Андреаса. Ты должен сказать ей, понимаешь?

Каждая частичка моего существа по-прежнему отказывалась принять эту идею. Но, возможно, он был прав. У нее уже сложилось неверное представление.

Она подтянула к себе ноги и обхватила колени.

– Все в порядке, правда. Я бы не хотела, чтобы ты делал то, чего тебе не хочется. Зи, я люблю тебя таким, какой ты есть, и тебе не нужно себя пересиливать. Мне достаточно того, что есть, и это не изменится.

От искренней нежности в ее словах у меня перехватило горло. Несколько секунд я боялся заговорить, но знал, что одну вещь точно нужно было сказать.

Я с трудом заставил себя говорить, и эти слова, казалось, рвали мое сердце на части:

– Я тоже тебя люблю.

Улыбка, появившаяся на ее губах, могла бы меня убить.

Ей действительно нужно было знать. Она заслуживала того, чтобы знать.

Но я не хотел в это время стоять в воде. Выбравшись из бассейна и отойдя от Ривы на достаточное расстояние, я набросил на плечи свое полотенце.

Когда я уселся, снова поставив между нами корзину, мои мысли путались. Я не знал, с чего начать.

Но, говоря откровенно, дело было не только в этом. Мой член все еще оставался наполовину твердым, и мне требовались сознательные усилия, чтобы не позволить своему взгляду снова блуждать по ее телу.

Вместо этого я сосредоточил свое внимание на воде.

– Проблема в том, что на самом деле я хочу большего. Намного большего. Даже сейчас. Я просто не думаю, что когда-нибудь смогу последовать за своими желаниями.

Рива дала мне минуту, а затем прервала мое молчание:

– Парни рассказали мне о том, что сделали хранители после моего ухода. Как они привели ту женщину… и что-то пошло не так.

Следовало ли мне радоваться, что не нужно объяснять хотя бы одну часть истории? Но все, что я чувствовал, – это тяжесть в груди.

– Сначала она взяла Андреаса, – сказал я. – Он говорил, что уже рассказал тебе об этом. Когда все закончилось, я видел, насколько плохо ему было из-за этой ситуации. Затем она подошла ко мне. Она наклонилась и дотронулась до меня, чтобы позвать в другую комнату, и я…

Я замолчал, собираясь с мыслями. Мой взгляд все еще был прикован к воде.

Голос Ривы звучал болезненно нежно:

– Все в порядке. Тебе необязательно говорить об этом, если…

Я покачал головой.

– Нет. Я хочу. Ты должна знать…

Резко выдохнув, я заставил себя продолжать:

– Я никогда не хотел никого, кроме тебя, Рива. И в тот момент у меня в голове был полный хаос, потому что она была не тобой и все это было неправильно. Но хранители внушали нам все это дерьмо о том, что ты от нас отвернулась, так что я больше не знал, как к тебе относиться. И из-за всего этого я был невероятно зол.

– Любой бы чувствовал то же самое.

– Возможно, но никто другой не стал бы…

Вздрогнув, я закрыл глаза.

– Она потянула меня за руку, чтобы я пошел за ней, и что-то во мне просто сломалось. Волк в ярости вырвался на поверхность. Я просто хотел, чтобы она перестала, чтобы оставила меня и моих друзей в покое…

Мой голос стих, и в полной тишине раздавалось лишь мое прерывистое дыхание. Внутри все сжалось: я пытался облечь в слова воспоминание, которое преследовало меня почти четыре года.

– Я едва осознавал, что происходит. Но потом хранители привели меня в чувство, и я увидел, что она лежит на полу… разорванная на куски… вся в крови…

Я прижал руку к лицу.

– Это была не ее вина. Они наняли ее, сказали, что делать. Возможно, у нее даже не было выбора, как и у нас.

Все мое тело напряглось в ожидании реакции Ривы. Однако, когда до меня наконец донесся ее голос, он был спокойным и ровным:

– Ты прав. Это вина хранителей. Они не должны были так с тобой поступать.

– Я не должен был так резко реагировать. Не должен был терять контроль. – У меня перехватило дыхание. – И теперь, когда я оказываюсь в ситуации, хоть немного напоминающую о той, все эти чувства возвращаются. Отвращение, гнев и ужас от того, что я сделал. Я впадаю в панику. Если я не могу контролировать свои чувства, то откуда мне знать, что я смогу держать себя в руках?

Рива могла точно так же оказаться в луже крови, с разорванной грудью и разбросанными повсюду конечностями. Не потому, что она сделала что-то плохое. Просто я настолько запутался, что не мог защитить ее от самого себя.

Но она была здесь и все еще пыталась мне помочь. Даже после всего, что я ей рассказал.

– В этом есть смысл. Неудивительно, что ты соблюдаешь осторожность.

Мне удалось поднять голову и наконец встретиться с ней взглядом.

– Когда я с тобой, все становится только хуже. Потому что даже самое невинное прикосновение может вывести меня из себя, потому что… потому что я очень сильно тебя хочу. С тех пор как мы стали проводить больше времени вместе, это не изменилось и, возможно, никогда не изменится.

Глаза Ривы заблестели – возможно, от слез. Это из-за меня?

– Что ж, возможно, это просто часть тебя, – сказала она. – Но у тебя было не так уж много времени, чтобы понять, как можно с этим справиться, верно? Нам просто нужно жить дальше, и посмотрим, что получится. Что будет, когда мы окажемся в таком месте, где мы сможем сделать это без какого-либо… давления.

В глазах появилось жжение. Мне отчаянно хотелось обнять ее прямо сейчас.

Но вместо этого я осторожно протянул руку и положил ее на стоящую между нами корзину.

Проследив взглядом это движение, Рива положила свою руку всего в нескольких дюймах от моей. Предложение, которое я мог принять или проигнорировать.

С трудом сглотнув, я попытался сдержать бурлящие во мне эмоции. В конце концов я решился на то, чтобы преодолеть последние миллиметры, и обхватил ее пальцы своими.

Рива ответила нежным пожатием, от которого у меня защемило сердце. Ее улыбка казалась натянутой, но я понимал, что за ней скрывалась не обида, а сочувствие ко мне.

– Этого достаточно, – повторила она то, что уже говорила. – Этого всегда будет достаточно.

Я думал, что уже люблю ее так сильно, как только возможно, но почему-то в тот момент это чувство охватило меня с удвоенной силой.

Как я мог так заботиться о ней и все еще опасаться, что причиню ей боль?

На поляну опустилась темнота. Воздух начал остывать, и моя влажная одежда стала холодной; одежда Ривы, наверное, тоже.

Взяв по одному пирожному, мы начали собирать корзины, но прежде, чем успели отправиться на объект, вдоль тропинки зажглись огни.

Появился Клэнси в сопровождении еще двух хранителей. Один отправился забрать корзины, а другая подошла к Риве.