Украденная судьба - Чейз Ева - Страница 29

Она предложила ей теплое пончо и, не говоря ни слова, стала снимать с рук манжеты.

Когда хранительница жестом пригласила Риву пойти к тропинке, Клэнси дотронулся до моей руки. Я напрягся, но он лишь начал снимать манжеты.

– Прости меня, – сказал он так тихо, чтобы слышал только я. – Я знал об инциденте на прошлом объекте, но не представлял, насколько глубоко это тебя травмировало. Мне вообще не следовало оказывать на тебя давление. Ничего подобного больше не повторится.

Я так опешил, что просто смотрел на него, моргая. Клэнси лишь коротко кивнул. Затем, не дождавшись прощения, он повел меня вперед по тропинке.

Я следовал за светом, который отражался от волос Ривы. Мое тело все еще было пронизано напряжением. Стоило ли мне вообще верить его извинениям?

С трудом верилось, что мы одержали что-то вроде победы. Но делать было нечего – только ждать и смотреть, что Клэнси и его хранители предпримут дальше… пока мы не сбежим.

Глава 15

Андреас

День снова выдался солнечным, а это означало, что я мог надеть солнцезащитные очки, которые недавно попросил, и не вызывать при этом подозрений. Поправив их на носу, я сел на траву и оперся на руки. Пора было сделать небольшой перерыв в тренировке.

Темные линзы скрывали красное свечение, которое выдавало проявление моей способности, так что я мог наблюдать за каждым из хранителей – теми, кто следил за нашими тренировками, или теми, кто контролировал наши входы и выходы с объекта. Последние несколько дней я при каждой возможности пытался получить доступ к как можно большему количеству воспоминаний.

Кто-то из них наверняка видел или слышал что-то, что могло бы помочь нам сбежать с этого острова.

Мне было трудно сузить круг поиска. Единственный способ, который я нашел, – это выбирать воспоминания о конкретном человеке.

Я начал с того, что покопался в воспоминаниях, связанных со мной или моими друзьями, но это не далеко меня продвинуло. А от воспоминаний о том, когда Риве на руки надевали манжеты или вели ее в спальню на встречу с Зианом, меня и вовсе скрутило от злости и беспомощности.

План Клэнси не сработал. С Ривой все в порядке. Но при мысли о том, что он пытался заставить их сделать, мне хотелось бить его кулаками и ногами до тех пор, пока он не станет выглядеть хуже, чем жертвы криков Ривы.

Кто знал, какой безумный план он придумает в следующий раз? Нужно было бежать.

И я должен был найти способ, как это сделать.

Если бы я был внимательнее, мы бы вообще здесь не застряли. Если бы я нашел время просканировать разум Гриффина, когда тот парень, которого я принял за Джейкоба, поманил нас с Домиником за собой в коридоре объекта…

Мне хватило бы и беглого взгляда, чтобы понять, что это не Джейкоб. Что это обман.

Я мог бы остановить нас до того, как мы оказались в ловушке в той комнате, до того, как у него появился шанс вернуться и обмануть остальных. Я мог бы предупредить их всех.

И, возможно, мы бы сбежали.

Я единственный, чья способность могла помочь распознать обман прежде, чем стало слишком поздно, а я, черт возьми, всех нас подвел. Изнутри меня снедало чувство вины.

Но больше я не собирался упустить ни одной важной детали, так что поудобнее устроился на траве и продолжил поиски.

Теперь я сосредоточился на воспоминаниях, связанных с лидером, ведь именно Клэнси отдавал приказы хранителям, и именно он познакомил большинство сотрудников с этим местом.

Он знал особенности этого места лучше, чем кто-либо другой, и то, что он рассказывал своим подчиненным, могло стать ключом к разгадке.

К моему разочарованию, мужчина, за которым я начал украдкой наблюдать из-под темных очков, не поведал ничего особенно полезного. Я погрузился в воспоминания о том, как Клэнси сказал ему сопровождать группу младших тенекровных на тренировку по скалолазанию, перескочил на момент, когда он увидел Клэнси в другом конце кафетерия, а оттуда на разговор с Клэнси о какой-то спортивной команде.

Поморщившись, я встал с жесткой травы, понимая, что, если продолжу отдыхать, подойдет кто-нибудь из хранителей и скажет мне возвращаться к тренировке. Как будто я собирался добровольно участвовать в их миссиях после того, как узнал, что они просто зарабатывают деньги, а не стремятся сделать мир лучше.

Но сейчас мы должны были подыграть, иначе могли оказаться запертыми в своих комнатах без единого шанса на побег.

Я пробрался между деревьями к веревочной площадке, зная, что оттуда у меня появится хорошая точка обзора. Можно будет наблюдать за патрулирующими территорию хранителями, а они этого не заметят. К тому же мне не помешало бы потренироваться, чтобы поддерживать мышцы в тонусе.

После того как я взобрался по одной из лестниц и перебрался через подвесные доски, отделяющие стартовую платформу от следующей, подо мной появился один из младших тенекровных. Даже сверху, в приглушенном деревьями свете, я сразу узнал его по оттенку кожи, который был настолько темным, что казался практически черным.

Я взял за правило общаться со всеми тенекровными, с которыми пересекался во время тренировок и приемов пищи. Я хотел узнать, какой была их жизнь. И к тому же кто знает: вдруг у них нашлось бы для меня что-то полезное?

Так что я знал, что парня внизу звали Аякс и что он принадлежал к среднему «поколению» младших тенекровных: тем, кому сейчас четырнадцать или пятнадцать лет. Те несколько раз, когда я его видел, он казался довольно тихим.

Теперь он взглянул на меня снизу вверх и, проведя рукой по коротким волосам, направлялся к лестнице, висящей на дереве передо мной. Он добрался до платформы как раз в тот момент, когда я соскочил с последней доски и присоединился к нему.

– Привет, – сказал он так тихо, что хранители снизу не могли нас услышать, и бросил на меня осторожный, но пристальный взгляд.

Он специально поднялся, чтобы со мной поговорить?

Я медленно прошелся по платформе, словно обдумывая варианты своего дальнейшего маршрута.

– Привет. Все хорошо?

– Настолько хорошо, насколько это вообще возможно, ага.

Аякс оперся рукой о ствол дерева.

– Знаешь, моя сила… у меня есть кое-какие способности к телепатии. Я могу уловить не так уж много, только обрывки. То, о чем люди думают громче всего.

У меня по коже побежали мурашки. Я старался говорить тихо и ровно.

– О, правда? Ты, должно быть, «слышишь» много интересного.

– Нет, в основном одна скука, а иногда вообще не могу понять смысла. Но твои мысли меня очень заинтересовали.

Он замолчал, бросив быстрый взгляд на хранителей внизу. Единственный, кого я видел, в данный момент даже не смотрел на нас.

Аякс заговорил еще тише:

– Ты действительно считаешь, что мы могли бы уйти?

Я схватился за одну из веревок, во рту пересохло. Стоило ли доверять этому парню?

Он ведь мог предать меня и передать Клэнси каждое слово.

Я тщательно подбирал слова.

– Все возможно. А что… ты тоже этого хочешь?

Мальчик едва заметно пожал плечами.

– Я знаю, многим из них здесь нравится. Но есть кое-кто, кто очень много для меня значит, но его я почти не вижу. Там, на старом объекте, мы были вместе каждый день.

Я поджал губы. Мне были слишком знакомы его чувства.

– Это отстой.

– Да. И не очень-то весело находиться рядом с хранителями, учитывая, как они к нам относятся.

Аякс поднял голову, и я встретил взгляд его темно-карих глаз.

– Я просто хотел сказать… Если ты найдешь способ, я хочу присоединиться.

Он не был похож на интригана, пытающегося манипулировать мной ради признания. Только на нервного, но полного надежд ребенка.

На мгновение я погрузился в его воспоминания.

Я увидел, как он сидит в одиночестве в углу, морщась от оскорблений, которые обрушиваются на него прямо из мыслей хранителя. Увидел, как его выводят из тренировочного зала объекта и он машет на прощание группе других детей, в то же время сжимая другую руку в кулак.