Рыцарь и его дамы (СИ) - Зубков Алексей Вячеславович - Страница 27

— Господин осознанно подставил под удар живот, потому что его живот держит удар.

Адемар вновь улыбнулся. Флесса нахмурилась. То есть, это была ловушка?

— Это трюк для победы на деревяшках, — продолжила Люнна, — В настоящем бою у соперницы благородного происхождения был бы клинок, который прорежет любые мускулы до самых кишок, а удар был бы нанесен не рубящий, а режущий. Стоит ожидать, что господин не голодает, и в кишках была бы вчерашняя еда. Мускулы можно сшить, но пища, вытекшая в брюшную полость при вашем… при нашем уровне медицины, это верная смерть. Медленная и мучительная.

— Браво! Отличный ответ! — объявил Адемар с таким видом, будто он здесь арбитр и объявляет победителя. И неожиданно уточнил. — Не одобряешь?

Люнна и здесь не стушевалась и не взяла паузу на обдумывание. Отозвалась, будто для нее ответ был естественен и очевиден:

— Мой наставник говорит, что в бою грань между жизнью и мучительной смертью тоньше бритвы и короче удара сердца. Поэтому с самого начала обучения требуется обзаводиться только здоровыми привычками. Никогда нельзя делать то, чего не готов сделать в настоящем поединке. Учитель не одобрил бы этот фокус… прием с подставой под удар. Даже если оружие тренировочное.

— Кто учитель?

— Фигуэредо. По прозвищу «Чертежник».

На этот раз Люнна чуть помедлила, будто решала, стоит ли называть имя наставника. Впрочем, Адемару оно все равно не сказало ничего. Наверняка какой-то бретер, ушедший на покой и подрабатывающий на досуге, чтобы не нищенствовать. Таких не зовут наставниками к графам. Но мысль интересная, надо запомнить.

12. Глава. Булочка с изюмом, горячее питье и полевые кухни

— Прошу к столу, — предложила Флесса, которая выглядела уже не сердитой, а просто уставшей и даже малость добродушной.

Она уже обдумала ситуацию и сделала выводы. Сердце Адемара не разбито, и он не держит зла, а зашел не то из любопытства, не то по просьбе отца. Это приемлемо и не опасно для семьи. А также лично для нее. Ссориться с Весмонами по собственной инициативе глупо и совершенно незачем. Надо просто закрыть вопрос раз и навсегда.

Не званый ужин, но легкий перекус после занятий. Свежий белый хлеб, мясная нарезка, холодные яблоки в меду. Легкое красное вино. Странное кушанье в виде двух кусков обжаренного белого хлеба, между которыми сложены пластинки ветчины и сыра, а также листья салата. Ломтики столь тонкие, будто их нарезали бритвой. Вроде обычные продукты, однако в такой странной подаче… Но вкусно, следует признать! Однако больше всего графа удивило иное.

В нашем мире булочку с изюмом изобрели только в 19 веке и то для легендирования булочки с тараканом

— Ух ты! Булочка с изюмом! — воскликнул Адемар, — Кто додумался перемешать изюм с тестом, а не положить внутрь, как в пирог?

— Я, — скромно ответила Люнна, — Вам не нравится?

— По-моему, замечательная идея. Изюм, наверное, единственная начинка для пирогов, которую можно взять и перемешать. Так нельзя сделать ни с яблоком, ни с вишней, ни с овощами, ни с мясом. То есть, порубить и перемешать можно все, но получится ерунда какая-то.

— Я слышала, ты погряз в Пустошах? — спросила Флесса.

Люнна едва заметно вздрогнула при слове «пустоши».

— Его Высочество попросил меня навести порядок на границе, — ответил Адемар. — Загородная стража создана для борьбы с разбойниками на границе с Пустошами.

— Попросил? Тебя?

Ну вот, снова пытается уколоть… Одно слово — Вартенслебены…

— Местничество — наша старая традиция. Любым подразделением армии Его Величества должен командовать дворянин более высокого рода, чем нижестоящие офицеры. Я мог отказаться, но решил, что пора вырваться из родительского поместья.

— Чтобы похудеть? Не помогло.

— Мог бы остаться на месте и набрать вес, — отшутился граф.

— Ну да, ну да. Твой отец — тому пример. Или мать?

— Мои родители — замечательная пара, — улыбнулся Адемар, — Родственники по матери говорят, что я вылитый дядя, а родственники по отцу, — что я копия папы, жаль, что ростом пошел в маму.

— Ваша армия это кавалерия или пехота? — неожиданно спросила Люнна.

— И то, и другое. Нужна кавалерия, чтобы гонять разбойников по лесам и степям, и нужна пехота, чтобы оборонять ключевые точки.

— И у вас там офицеры благородного происхождения? Я слышала, граница Пустоши не приносит Профита.

— Дворяне служат не ради денег… — начал Адемар.

— Люнна, какие версии, зачем? — перебила его Флесса.

Женщины обменялись взглядами. Люнна сначала явно не поняла, к чему это, затем кивнула, будто сообразив. Госпожа натаскивает спутницу на решение задач? Но зачем? И снова это чувство едва уловимой неправильности…

— Любая государственная структура стремится к увеличению штата и бюджета независимо от штата и бюджета, — ответила Люнна, чуть-чуть подумав, — В течение нескольких лет эта Загородная стража разрастется в несколько раз. Те, кто успел попасть туда первыми, поднимутся на несколько ступенек. Для дворян выигрыш в первую очередь не в жаловании, а в статусе. Умный и смелый фрельс или ловаг, поднявшись по служебной лестнице, сможет свататься к дочерям баронов.

Она странно говорила. Слова вроде все верные, однако, Люнна составляла их в предложения диковинным образом. «Государственная структура», например. Или «служебная лестница». Понятно, что имеется в виду, но так не говорят. Она будто выучила язык по записям. Бывшая немая?.. Снова нет, не похоже.

— Я бы не смог описать лучше, — ответил Адемар, — Хотите, расскажу про Пустоши?

— Не хотим, — отрезала Флесса, а Люнна вроде, была бы не против.

Девушки переглянулись, и Флесса без слов передала какой-то намек.

— А про армию? Вам более интересны истории про кавалерию или, может быть, пехоту? — продолжил Адемар, который пока не понял, что хозяйка намерена закончить беседу.

— Про землекопные войска, — ответила Люнна с добродушной улыбкой.

— Какие? — удивился Адемар.

— Пока противник рисует карты наступления, землекопы меняют ландшафты, причём вручную. Когда приходит время атаки, противник теряется на незнакомой местности и приходит в полную небоеготовность.

Флесса улыбнулась. Адемар так рассмеялся, что чуть со стула не упал.

— Лучшая шутка года! — провозгласил он, — Надо рассказать Деленгару. Армия землекопов это армия его мечты! Да и мне бы пригодилась.

Адемар вспомнил засыпанный город. Ведь и правда, придется армию землекопов набирать.

— Как там в Пустошах с едой? — спросила Флесса, — Хорошо жирок набирается?

Она вновь изо всех сил пыталась обидеть гостя, чтобы он наконец-то ушел. Прямо указать на дверь было бы слишком невежливо.

Господи, дался ей этот жир, подумал Адемар. Ну, как-то даже неловко за дочь благородного рода. Задевать собеседника можно как-то поразнообразнее. Или она продолжает нервничать?..

— Птицы, горные козлы, кролики, суслики. В предгорьях кабаны и говорят, что заходят олени, но я ни разу не видел. Есть горные гиены, но они невкусные, — Адемар будто и не заметил очередную подколку.

— Горные гиены? Гиены разве не степные?

— Они когда-то были степные, но в горах развелось столько непуганых козлов, что за последние десятилетия гиены заселили предгорья Столпов и дошли до Ломаных Гор.

— Как у вас на границах Пустошей с водой? — спросила Люнна, — Что пьют солдаты? Неужели возите с собой вино и пиво?

— С питьем беда, — признал Адемар. — Вина и пива не напасешься. Воду пить можно только из проверенных колодцев. Те, кто утоляет жажду из ручьев и рек, могут подцепить заразу.

Люнна поколебалась немного, кажется, женщина испытывала нешуточную внутреннюю борьбу. Но все же решилась:

— Хотите, удивлю? Если воду прокипятить, зараза сдохнет. Вода станет безопасной.