Неукротимый - Дюбэй Сандра - Страница 16

Он подумал о том, что Ребекка заслуживает достойного к ней отношения. Он должен окружить ее заботой, сделать ее сначала женой, затем – хозяйкой Фокс-Медоу, а потом и матерью своих детей. И пусть их сын унаследует от отца не только имение, но и удачу, которую тот приобрел в своих бесконечных морских скитаниях.

И тогда Габриель, отогнав от себя дурные предчувствия, оставив мысли о красоте земной и небесной, написал Ребекке ответное письмо. Назвал в нем день своего приезда в Монткалм и вежливо заверил, что будет очень рад познакомиться с ее кузиной.

Грустная улыбка тронула его губы. Разве мог он тогда предположить, что мисс Шайна Клермонт, осиротевшая дочь седьмого барона Клермонта и племянница восьмого, и Меган Гордон, наемная служанка, – одно и то же лицо? Улыбка его стала задумчивой при воспоминании о недоуменном взгляде небесно-голубых глаз в ту минуту, когда Ребекка представила Габриеля своей кузине в нижней гостиной. Оба они – и Габриель, и Шайна – были одинаково растеряны. Она сбежала от пирата Габриеля Форчуна для того, чтобы встретить его в доме своего дяди под видом Габриеля Сент-Джона, уважаемого владельца Фокс-Медоу. Он искал повсюду Меган Гордон, чтобы встретить ее под именем Шайны Клермонт в доме своей невесты.

Первой его мыслью тогда было: «Как она очутилась здесь?» Второй – «Как ей удалось проделать дальний путь от Фокс-Медоу до Монткалма?»

Вопросы, вопросы, вопросы…

И в эту минуту Габриель увидел в саду изящную девичью фигурку.

Шайна медленно шла по усыпанной гравием тропинке. И она была не одна. Лицо Габриеля вспыхнуло, брови гневно сдвинулись к переносице, жесткие складки залегли в углах рта. Рядом с Шайной появился молодой мужчина. Он явно поджидал девушку в саду, чтобы присоединиться к ней. Кто он?

Еще один вопрос, требующий немедленного ответа.

А тем временем там, внизу, Шайна тоже вспоминала о сегодняшней встрече в гостиной со своим зеленоглазым насильником.

Она вернулась мыслями к дням своего плена на борту «Золотой Фортуны». Вспомнила о письме, которое успела прочитать в капитанской каюте, – о письме с прикрепленным к нему светлым локоном. О письме от ее кузины.

Ребекка!

Шайна живо вспомнила ее рассказы о своем женихе. О волшебных ночах, проведенных ею в саду рука об руку с Габриелем. Да, это было здесь, в этом самом саду. Может быть, на этой самой тропинке. Тайные робкие поцелуи, нежные слова любви…

Все это было очень мило и трогательно, пока жених Ребекки оставался для Шайны всего лишь прекрасным незнакомцем. Но не теперь – когда Шайна своими глазами увидела его лицо. Теперь эта история уже не казалась ей ни трогательной, ни романтичной. Мысль о близости Габриеля и Ребекки причиняла Шайне боль.

Она оглянулась назад, на окна дома. Гости, приглашенные на торжественный вечер, уже начали съезжаться. Среди них было немало влиятельных лиц из Вильямсбурга – уважаемых джентльменов, близких к губернатору Спотсвуду. Достаточно шепнуть кому-нибудь из них пару слов, и на шее Габриеля затянется пеньковая петля.

Шайна вздохнула. Однажды она поклялась отомстить человеку, который лишил ее девственности. Отомстить, чего бы ей это ни стоило. Теперь он у нее в руках. Так почему же она медлит? Разве он не заслужил наказания? Разве он не должен ответить за все свои беззакония? И может ли она позволить, чтобы ее кузина, эта чистая доверчивая девушка, попала в руки к этому подлому, беспринципному, развратному… красивому… мужественному… смелому…

Она остановилась, испугавшись собственных мыслей. Габриель Сент-Джон! Хозяин Фокс-Медоу! Это только маска. Он может играть роль джентльмена, но в душе он – подлец. Она должна сорвать с него маску! Она должна разоблачить его перед всеми! Она должна…

Но не может.

Плечи Шайны безвольно поникли. Что-то мешало, не давало ей сделать это. Сердце требовало сохранить в тайне все, что она знала об этом человеке. Поступить по велению сердца или по совести? Рассказать или промолчать?

Шайна искала ответ, но тщетно.

Она вновь вспомнила выражение его лица – там, в гостиной. Дьявольскую, заговорщицкую улыбку, притаившуюся в глубине его глаз. Во взгляде Габриеля не было ни страха, ни тревоги. Была уверенность. Уверенность в том, что она, Шайна, сохранит его тайну.

Она нервно переплела пальцы. Гнев душил ее. Какой же он самодовольный, самоуверенный! Спокойно, спокойно! Габриель считает, что она по-прежнему будет игрушкой в его руках? Что не станет подвергать его жизнь смертельной опасности? Хорошо, пусть считает так. Но за свое молчание она получит все, что нужно ей. Сполна.

За время, проведенное в Монткалме, она успела узнать и полюбить Ребекку. Теперь, зная истинное лицо Габриеля, Шайна не позволит, чтобы Ребекка вышла замуж за самозванца. Нет, она не допустит этого!

Плотно сжав губы, Шайна принялась обдумывать свой предстоящий разговор с мистером Габриелем Сент-Джоном. Прежде всего она потребует, чтобы в обмен за ее молчание, в обмен за жизнь и свободу он немедленно отказался от помолвки с Ребеккой. А затем пусть уезжает из Монткалма. Навсегда.

Приняв решение, Шайна облегченно вздохнула и продолжила свой путь. Новые мысли захватили ее. Теперь она чувствовала себя увереннее и спокойнее. Исчезла внутренняя раздвоенность, неопределенность. Теперь ей не нужно будет метаться между необходимостью довести до конца свою месть и странным нежеланием делать это, становиться могильщицей Габриеля. Шайна почувствовала себя так, словно увидела в хмурый день пробившееся сквозь облака солнце – яркое, теплое, животворное…

– Мисс Клермонт? – раздался за ее спиной надоедливый голос доктора. – Наконец-то я разыскал вас.

Настроение Шайны мигом испортилось. Она заставила себя обернуться к Йену с приветливой улыбкой на губах.

– А я и не терялась, – заметила она.

Он пристроился на дорожке рядом с ней.

– Вы не могли бы называть меня просто Йеном? – попросил он. – Почему бы вам не называть меня просто по имени?

Шайна подумала, что ведет себя с Йеном слишком невежливо, а ведь она многим обязана ему. Так в чем же дело? И нельзя сказать, что он так уж ей неприятен. Очень воспитанный и симпатичный молодой человек. Только вот его присутствие в Монткалме… и в ее жизни… неподходящий сейчас момент, вот в чем дело.

– Конечно, вы можете звать меня по имени, – сказала она. – И я буду звать вас Йеном.

Молодой доктор воспринял ее слова с воодушевлением. Затем, продолжая идти рядом с Шайной вниз, к реке, он осторожно заметил:

– Не правда ли, очень редко можно встретить такую счастливую девушку, как мисс Ребекка? Она так рада своей помолвке.

– Разумеется, – согласилась Шайна. – Жаль только, подобное счастье не вечно. Я боюсь…

Шайна запнулась, увидев недоумевающий взгляд Йена. Она поспешила дать объяснения.

– Есть люди, которые на самом деле не те, за кого они себя выдают, – уклончиво закончила она.

Шайна повернулась к реке и не увидела выражения тревоги на лице Йена.

– Что вы имеете в виду? – быстро спросил он.

Тут до Шайны дошло, что она слишком далеко зашла в своих словах, и, чтобы разрядить напряжение, неопределенно взмахнула рукой.

– Не обращайте внимания на мои слова, – попросила она. – Болтаю, сама не знаю что. Не обращайте внимания и выбросьте из головы.

Виновато улыбнувшись, она прикоснулась к рукаву его зеленого сюртука.

– Прошу простить меня, сэр. Мне кажется, у меня начинается мигрень. Я должна пойти и прилечь. Тем более что предстоит нелегкий вечер.

– У меня есть… – начал Йен.

– Нет, нет, ничего из лекарств не нужно, не беспокойтесь. Несколько часов покоя – и все будет в порядке.

Шайна еще раз улыбнулась ему, повернулась и пошла по дорожке вверх, к дому.

Из своего окна Габриель увидел, как она возвращается. Он все еще недовольно хмурился. Он едва сдерживался, чтобы не ринуться вниз и не прогнать подальше этого красавчика-доктора, который словно муха к меду прилип к Шайне. Глядя, как он учтиво говорит ей что-то, как низко наклоняется к ней, Габриель бессильно сжимал кулаки. Чертов ухажер!