Сладкая месть - Вэнак Бонни - Страница 53

Мальчик в грязных лохмотьях с лицом голодного ангела.

Впалые грязные щеки, дерзкие, но перепуганные глаза. Герцог внимательно его разглядывал. Мальчишке на вид лет восемь. Грязные и взъерошенные черные волосы, огромные карие глаза. Стоит его отмыть и приодеть – глаз от него будет не отвести.

Грэма буквально выворачивало от отвращения к себе, но он сделал глубокий вдох и поклялся про себя, что с мальчиком ничего не случится. Он поймает графа за руку еще до того, как случится непоправимое.

А как быть с душевной травмой?

Мальчик живет на улице. Несмотря на его невинный вид, он наверняка многое повидал, многое пережил, может, даже слишком многое. В свои восемь лет он уже был закаленным ветераном сражений за кусок хлеба и теплый ночлег.

Зато потом Грэм отдаст его на воспитание в семью одного из своих арендаторов в Йоркшире. Если, конечно, у кого-нибудь из них хватит сил и терпения справиться с таким сорванцом. Если он не сбежит. Но может быть, если пообещать ему крышу над головой, безопасность и еду, он останется, как это случилось с самим Грэмом, когда ему было восемь лет.

Герцог судорожно вздохнул и кивнул Чарльзу.

Ребенка звали Джереми. Чарльз объяснил мальчику, что от него требуется. Джереми широко раскрыл свои огромные карие глаза и с подозрением уставился на них, потом подозрение сменилось удивлением при виде двух монет, которые достал Грэм.

– Ты понял, что от тебя требуется? – спросил Грэм.

Воришка протянул грязную ладошку:

– Э-э, нет, папаша, сначала кругляшки.

Грэм улыбнулся. Сообразительный ребенок. Он отдал Джереми два блестящих шиллинга. Мальчик попробовал их на зуб и уставился на него.

– Выполнишь задание – получишь еще. Причем гораздо больше. И у тебя будет дом, собственная кровать и еды сколько хочешь.

– Настоящий дом? – Он подозрительно сощурился. – А за что?

У Грэма ком подступил к горлу. Он будто увидел себя в возрасте восьми лет, когда он уже отчаялся вырваться из плена аль-хаджидов, и тут ему предложили все, что угодно. Он был похож на зверька и не доверял руке, протянутой с добрыми намерениями. И Фейзал потихоньку, словно дикого зверя, приручал его. Горячая еда, добрые слова, крыша над головой. В конце концов Грэм принял пищу из протянутой к нему руки.

«Конечно, у меня теперь есть семья, которая заменила мне погибших, и дом, где я в безопасности», – напомнил себе Грэм. Он проглотил подступивший к горлу комок и сказал:

– Потому, Джереми, что ты напоминаешь мне одного моего знакомого.

Все оказалось даже слишком просто.

Затевая разговоры о законопроекте, Грэм установил с графом дружеские отношения и сказал ему, что нашел замечательного мальчика, жертву порока, которого можно будет перевоспитать.

Граф и не догадывался, что Грэм тайком встречался с еще восемью влиятельными членами палаты лордов. Лорд Гарольд Бейли с пеной у рта доказывал, что необходимо закрыть все курильни опиума в Лондоне, называя их рассадниками беззакония.

Грэм по секрету сказал лорду Бейли, что знает одного известного горожанина, который посещает такие курильни, и предложил ему организовать полицейскую облаву, разоблачить его и на этом примере показать обществу, какой вред приносят курильни опиума. Лорды смогут сами стать свидетелями ареста и пригласить журналистов, чтобы осветить событие в прессе и оповестить общественность, что такие облавы будут проводиться часто.

– Я все подготовлю, – предложил Грэм.

Лорду Бейли в голову не могло прийти, что Грэм и не собирался устраивать облаву на курильщиков опиума. Он хотел предать гласности тайный порок Странтона. Грэм написал Странтону записку, в которой говорилось следующее: «Я нашел подходящего мальчика, которого вы сможете перевоспитать. Но вы должны сами за ним сходить. Он боится показываться в Мэйфере».

Грэм прислал записку с подробными указаниями, как найти Джереми, и особо подчеркнул, что тот готов буквально на все ради денег. Грэм обещал графу, что сохранит все в тайне.

Ловушка была расставлена в районе Сент-Джайлс, в обшарпанном доме, пропахшем застарелой мочой. Грэм притаился в комнате, спрятавшись за большим письменным столом. В соседней комнате восемь влиятельных членов палаты лордов, несколько полицейских и два журналиста ждали его сигнала. Герцог не сводил глаз с Джереми, который сидел на продавленном матраце. Мальчик выглядел беззащитным и слегка напуганным.

Когда Странтон увидел ребенка, у него буквально слюнки потекли. Казалось, Джереми был в отчаянии, как когда-то сам Грэм.

Герцог не удивился, услышав голос Странтона.

– Чего ты хочешь? – резко спросил тот.

– Пожалуйста, дяденька, – жалобно проныл мальчик, – у меня никого нет. Мне бы только пять шиллингов.

Странтон облизнул губы.

– А с чего это я должен тебе помогать?

– Я сделаю все-превсе. Все, что хотите.

– Снимай штаны, – сказал он хриплым голосом.

Джереми встал и стал расстегивать свои ужасные потертые штаны. Зеленые глаза Странтона горели похотью. Он неуклюже теребил свои вдруг ставшие тесными черные шерстяные брюки.

Грэм содрогнулся от стыда и нахлынувших воспоминаний, когда Странтон, не стесняясь в выражениях, объяснял Джереми, что от него требуется. «Ну же, мальчик, тебе ведь не впервой…» У него непроизвольно сжались ягодицы.

Странтон приближался к Джереми, а тот выглядел таким юным и напуганным…

Пора! Грэм сильно постучал в стену. Сначала в комнату ворвались полицейские, за ними – журналисты, а следом еще восемь влиятельных членов палаты лордов. Они все застыли при виде взрослого мужчины и не на шутку перепугавшегося мальчика.

– Что-то не похоже это на курильню опиума, – смущенно сказал пожилой лорд Бейкер.

Лорд Хантли смотрел на происходящее с изумлением:

– Боже правый! Странтон, какого черта вы тут делаете?

Его голос звенел от отвращения. Он знал. Они все знали. Журналисты что-то строчили в своих блокнотах. Джереми быстро смекнул, что к чему, и тут же выскочил в коридор.

– Я как раз хотел доказать на практике, как порочны бывают представители низших классов, – заявил граф. – У этих мальчишек отсутствуют всякие моральные устои, они готовы на все ради денег. Им лишь бы не работать, им выгодно моральное разложение нашего общества, совращение достойных его членов.