Рассвет судьбы - Битнер Розанна - Страница 39

Том. Что случилось с его первенцем? Только дела семьи удерживают Калеба. Он давно бы уехал в Калифорнию, а сейчас ему остается только молиться за него.

Джеймс оторвал свой взгляд от изгороди, которую он ремонтировал вместе с Джессом, и воскликнул:

– Джесс! Они едут!

Джесс посмотрел в северном направлении и увидал далеко в долине двух всадников. Он сразу узнал Калеба по характерной посадке на лошади.

– Я поеду за Линдой, а ты привези мать.

Оба побросали инструменты и вскочили на лошадей, чтобы поскакать к хижинам, которые находились в полумиле к югу отсюда.

Джесс нанял охранника, чтобы оберегать жилища, когда они с Джеймсом будут работать на полях. И сейчас, завидев их, охранник вскинул ружье, затем быстро опустил, узнав хозяина. Джесс направился к своему дому, чтобы порадовать Линду.

Джеймс подъехал к своей хижине, быстро спрыгнул с коня и привязал лошадь.

– Они возвращаются, Карл! – сказал он охраннику, прежде чем войти в дом. – Мама, – окликнул он с порога, – папа и Кейл едут домой.

Сара радостно взглянула на сына. Она торопливо сняла передник и побежала в спальню, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Она пощипала себя за щеки и пригладила волосы, уложенные на затылке в большой пучок, чувствуя, что взволнована, словно маленькая девочка. Она всегда с тревогой ожидала приезда Калеба и радовалась его возвращению. Но сейчас был особый случай. Ведь он находился среди шайенов, а она всегда боялась потерять его, отдать его индейцам. Он был среди женщин со смуглой кожей и длинными темными волосами, с гибкой фигурой и кошачьей грацией. Может, ему всегда хотелось иметь краснокожую жену. Ведь был же он женат на матери Тома.

Сара услышала, как Джеймс выскочил наружу, и поспешила выйти из дома. Линда уже шла к ней навстречу, ведя за руку Джона. Она находилась уже на седьмом месяце, и пока все проходило хорошо. Сара предостерегающе посмотрела на Джеймса – он не должен испортить долгожданную встречу. Но Джеймса и самого переполняли радостные чувства, его распирало от любопытства, и на время он забыл о ревности к Кейлу.

Дед и внук подъехали совсем близко. Ни у кого из встречающих не возникло сомнения в том, что к ним приближаются настоящие индейцы. На лице Кейла отчетливо виднелись голубые полосы, он выбрал этот цвет, потому что его дедушка – Голубой Ястреб. Оба были одеты в костюмы из оленьей кожи. На шее Кейла кроме ожерелья болтался свисток на кожаном ремешке. На его голове ярко выделялась красная повязка, а лошадь была украшена рисунками, соответствующими празднику: солнце, вигвамы, бизоны и Голубой Ястреб. Сара заметила, что на голубом ожерелье внука появился еще один камень – круглый, красноватый, с каким-то знаком на нем.

Лошадь Калеба тоже была раскрашена в разные цвета. Его длинные волосы развевались на ветру, на лбу красовалась пунцовая повязка, на щеках – горизонтальные белые линии. Сара и гордилась мужем, и испытывала чувство вины перед ним, поскольку он жил не в том мире, которому принадлежал. Но больше всего она радовалась тому, что он возвращался к ней, несмотря на то, что несколько недель провел среди индейцев. Сейчас Калеб был похож на красивого гордого воина, который прискакал, чтобы похитить ее. Но он уже сделал это много-много лет назад.

Калеб с улыбкой спрыгнул с коня и сразу обнял ее.

– Как ты? – спросил он.

– Все прекрасно. И у Линды все хорошо.

Он поцеловал ее в волосы и оглянулся на Кейла.

– Это – Хеаманаку, что на нашем языке означает Медведь, Парящий Наверху. – Калеб посмотрел на Линду. – Теперь так ты должна звать своего сына. Он больше не Калеб Ли – Белый Камень. Я не думаю, что Ли стал бы возражать, надеюсь, что и ты не будешь. Медведь, Парящий Наверху, выдержал испытание с большим достоинством, его посетило видение, потому и появилось это имя.

Линда со слезами на глазах смотрела на старшего сына. Он очень похудел, но выглядел неплохо. Его длинные волосы были заплетены с одной стороны в косичку с вплетенными в нее бусинками.

– Как ты себя чувствуешь? Кейл улыбнулся.

– Отлично, мама. После праздника прошло четыре недели. Одна из моих ран загноилась, поэтому заживала дольше, чем я думал. Дедушка помогал мне во всем, – он с любовью взглянул на Калеба. – Я останусь на два дня, не больше. Затем я должен возвратиться к индейцам. Мне многому надо научиться. – Он посмотрел на Джеймса и тряхнул головой. – Как я выгляжу?

– Как индеец, – ответил Джеймс. – Довольно жутко.

Все засмеялись.

– Тогда, возможно, если мне придется воевать против белых людей, я просто смогу напугать их своим видом, – слезая с коня, ответил Кейл.

Никто не нашелся, что сказать на это заявление Кейла, потому что никто не желал представлять, как он воюет с солдатами. Но, по всей вероятности, такой день настанет.

– Воины не должны показывать свои чувства, – сказал Кейл матери. – Но поскольку я не среди шайенов, думаю, что могу обнять тебя.

Линда улыбнулась сквозь слезы, глядя на него. Кейл – это все, что осталось у нее после первого мужа. Она крепко обняла его.

– Твой отец гордился бы тобой, Кейл… Я хотела сказать Медведь, Парящий Наверху. Мне нужно привыкнуть к твоему новому имени.

– Я понимаю. – Он посмотрел на ее живот. – Ты себя хорошо чувствуешь?

Она слегка покраснела и положила на живот руку.

– Да, думаю, что на этот раз все будет нормально. Кейл улыбнулся и подхватил на руки Джона.

Немного покружив его, он поздоровался за руку с Джессом.

– Я рад, что у тебя все прошло хорошо, Медведь, Парящий Наверху, – сказал ему Джесс. Ему казалось странным, что он так быстро потерял отцовский контроль за Кейлом. Возможно, индейцы взрослеют быстрее, чем белые.

Кейл повернулся к Джеймсу и протянул руку. Их глаза встретились, и Джеймс, наконец, протянул свою. Они крепко пожали друг другу руки.

– Итак, мы пошли разными путями, Джеймс. Возможно, мы никогда не увидимся с тобой, особенно, если вы переедете отсюда. Будем ли мы еще когда-нибудь так близки, как в Техасе?

– Скорее всего, нет. Ты избрал жизнь, полную опасностей, Кейл. – Джеймс торопливо исправился: – Нет… Медведь, Парящий Наверху.

Кейл все еще держал Джеймса за руку.

– Посмотри на меня. Мог ли я избрать другой путь в своей жизни и быть счастливым?

Джеймс улыбнулся.

– Нет. Полагаю, что нет.

– Для меня жить среди шайенов менее опасно, чем жить среди белых. А ты можешь жить в мире белых и чувствовать себя в безопасности. Только не забывай, кто твои родственники.

Повисло напряженное молчание. Джеймс ничего не ответил, а Кейл повернулся к бабушке и обнял ее.

– Ты напоминаешь мне молодого Калеба, – сказала Сара. – Мы все любим тебя, Медведь Парящий Наверху, Ты в любое время можешь приехать к нам. Помни об этом.

– Я буду помнить. И вы будете часто меня видеть, пока вы здесь. Я буду приезжать в форт вместе с Сыном Буйвола и его семьей. – Он показал всем камень на своем ожерелье. – Видите, что дедушка сделал для меня? Это – камень солнца. Он круглый, как бесконечный жизненный круг, и на нем изображен медведь – мой символ.

Сара с любовью погладила ожерелье. Оно очень много значило для всей семьи и передавалось из поколения в поколение.

– Очень красиво, – негромко сказала она, затем дотронулась до плеча Кейла. – Ты очень похудел, Медведь, Парящий Наверху. Мы с Линдой приготовили ужин, от которого ты сразу же растолстеешь.

Все засмеялись, но Калеб уловил боль в глазах Линды. Джесс ободряюще обнял ее, и Калеб подумал о том, что Линде очень повезло с мужем. Пока у нее есть Джесс, он поможет ей перенести разлуку со старшим сыном. Линда – сильная женщина, она переживет, она – Сакс.

– Мы будем ужинать у нас, – сказала Сара. – Я не хочу перегружать Линду.

Маленький Джон отвел лошадей в конюшню. Он очень гордился тем, что стал достаточно взрослым и теперь может помогать по хозяйству. Калеб повернулся к Саре и по ее глазам увидел, что она чем-то озабочена. Он взял ее за руку и отвел в сторону. Его сердце сжалось. Неужели что-нибудь опять с ее здоровьем или что-то не в порядке с Линдой?