Рассвет судьбы - Битнер Розанна - Страница 63

Он так вошел в свою роль, что в нем по-настоящему взыграла индейская кровь и он почувствовал гнев на американцев, которые все больше и больше притесняют индейцев, изгоняя их с земель. С дикими воплями Голубой Ястреб совсем близко подскочил к домику поселенцев и дубинкой разбил окно. С одной стороны, ему было жаль ни в чем неповинных людей, у него даже появились угрызения совести, но, с другой стороны, он делал все ради сына.

Внутри дома раздался истошный крик, и через минуту на крыльцо выскочил мужчина с ружьем. Калеб направил коня к нему и выстрелил, метясь так, чтобы пуля попала в дверь, чуть правее головы поселенца. Американец задрожал и чуть не выронил свое ружье. Калеб въехал на коне прямо на крыльцо и пригвоздил поселенца к стенке.

– Американское отродье, – прошипел он. – Убирайся туда, откуда приехал.

Он спустился с крыльца и растворился в ночи.

– Альфред! Альфред, что там такое! – пронзительно кричала женщина.

Мужчина поднял ружье и выстрелил в темноту, даже не надеясь, что попадет в цель. Призрак индейца исчез. Жена поселенца открыла дверь и стала звать мужа.

– Я здесь, Джейн.

– Что случилось?

– Не знаю. Думаю, что это был он.

– Кто?

– Тот индеец. О котором так много говорят. Он возглавлял банду «плохих»… Я видел его лицо… оно было все разукрашено. Белым и черным. Так и говорят.

– О, Альфред, что же делать?

– Не знаю. Но утром я поеду в Соному, чтобы сказать властям, что негодяй вернулся. На этот раз его найдут!

Они оба еще не знали, что весь город уже гудит, словно растревоженный улей. «Индеец» уже напал на три поселения, и никто не поверил какому-то Франческо Фаджардо, утверждавшему, что это никто иной, как уважаемый всеми Том Сакс.

Фаджардо был вне себя от ярости, когда Том отказался платить ему деньги и пошел прямо к шерифу. Фаджардо решил, что раскроет всем личность таинственного индейца, но, к его удивлению, жители Сономы встали на защиту Тома. В конце концов, он держит деньги в местном банке, на его земле найдено золото, и это дает работу и приличные заработки сразу нескольким горожанам. У него красивая молодая жена и новорожденный ребенок. Как он может быть тем самым индейцем? Зачем ему надо нападать ночью на поселенцев, а потом как ни в чем не бывало появляться в городе?

Те, на кого было совершено нападение, в один голос утверждали, что у индейца были длинные волосы, а у Тома Сакса короткие. Кроме того, Том Сакс – истинный джентльмен, у него прекрасные манеры, да и вообще, он – человек состоятельный. И все знают, что ногу ему повредил мустанг, сильно ударив копытом.

Том всю эту ночь просидел под стражей. Жители Сономы с пеной у рта отстаивали его невиновность и осуждали грязные сплетни Франческо Фаджардо, который в это время напивался в трактире.

Утром Калеб Сакс был уже в загоне для лошадей, и опять никто ничего не заподозрил, так как все привыкли видеть его на ногах спозаранку. Немного погодя он пожаловался на боль в плече и сказал одному из работников, что ему нужно вернуться в дом. Тот улыбнулся и кивнул, продолжая заниматься своими делами.

Калеб подскакал к дому, на пороге его встретила измученная Сара.

– Пойдем скорее в спальню, – сказал ей Калеб. Я не хочу, чтобы меня увидела Хуанита, где она?

– На кухне, кормит Тони.

Сара с болью отметила про себя необычную бледность мужа. Такая бледность вряд ли была только от усталости. Он вошел вслед за Сарой в комнату и плотно прикрыл за собою дверь.

– Меня ранили, Сара, – проговорил Калеб и сел на кровать.

– О, боже! – она бросилась к нему.

– Не теряй головы. Помоги мне снять рубашку. Пуля прошла навылет под правой рукой. Было много крови, но не думаю, что задето что-нибудь важное.

Сара помогла ему снять рубашку и увидела кое-как сделанную повязку.

– О, Калеб. Тебя ведь могли убить! – запричитала она, разворачивая пропитанные кровью бинты.

Он сжал ее руку.

– Ты должна скрыть это от всех, даже от Тома.

– Калеб, он должен знать…

– Нет! Я не хочу, чтобы он чувствовал свою вину. Я смогу скрыть это.

– Калеб, ты же с трудом поднимаешь руку? – Сара со слезами на глазах отбросила бинты и поспешила за тазиком с водой. – Ты уверен, что пуля прошла навылет?

– Уверен. Я не могу показаться врачу по известным причинам, так что ты как следует перевяжи рану, и я отправлюсь выполнять свою обычную работу.

– Ты не можешь!

– Могу. Тебе придется помочь мне в этом, Сара. Будь сильной.

Морщась от боли, Калеб лег на левый бок и с усилием поднял правую руку, чтобы Сара могла промыть рану. Пуля действительно прошла навылет и можно было отчетливо видеть два отверстия, из которых сочилась кровь.

– Плесни туда виски. Мазь не годиться из-за запаха. Тогда я не смогу скрыть свое ранение.

Сара тщательно обрабатывала рану, стараясь сдержаться и не заплакать навзрыд.

– Как там Том? – спросила она.

– Если бы его заподозрили, то давно пришли бы сюда. Думаю, он скоро сам приедет домой. Двое наших работников поехали в Соному, так что скоро мы все узнаем. Я уверен, что после сегодняшней ночи никто не будет считать его преступником.

Калеб погладил ее по голове.

– Приляг со мной, Сара.

Жена послушно вытянулась рядом с ним на кровати.

– Дело сделано, Сара. Я буду в полном порядке, не волнуйся. А ты отдохни и, пожалуйста, сделай так, чтобы Хуанита ни о чем не догадалась.

– Боже, ведь я могла потерять тебя, – прошептала Сара, и слезы заструились у нее по щекам.

Он глубоко вздохнул.

– Прости, Сара, что заставил тебя пройти через все это. Я не мог не помочь Тому.

– Я знаю, – прошептала она. Как она любила его за готовность жертвовать собой ради детей. Жаль, что Джеймс не смог распознать эту черту характера отца. – Надеюсь, у Тома все будет в порядке.

– Мы скоро это узнаем.

– Калеб, а если они догадаются, что это ты…

– Не догадаются. Но даже если и так, то я попаду в историю, как таинственно появляющийся из ниоткуда индеец. В моем случае это было бы совсем неплохо, – вяло пошутил он, вдруг почувствовав страшную слабость.

Шериф Сономы и президент банка Майлс Шерман утром пришли в камеру Тома, и Шерман торжественно произнес:

– Вы свободны, Том Сакс. Том встал им навстречу.

– Этой ночью индеец опять напал на нескольких поселенцев, – пояснил шериф. – Совершенно очевидно, что это не вы. Нам нет причин задерживать вас. Он широко распахнул дверь. – Я прошу прощения за то, что вообще поместил вас сюда. Между прочим, у вас есть все основания усадить в кутузку Франческо Фаджардо за шантаж и клевету.

Том проследовал за шерифом в его кабинет, где забрал свой револьвер и ружье.

– Пусть катится ко всем чертям. Я хочу поскорее добраться до дома. – Он нахлобучил шляпу. – Этот таинственный индеец появился как раз вовремя. – Том холодно посмотрел на шерифа. – Его поймали или хотя бы ранили? – небрежно бросил он.

Шерман покачал головой.

– Нет. Он опять улизнул. Уму непостижимо, как это ему удается, кстати, на улице ждут ваши работники. Они рано утром приехали в город и узнали, что вы под арестом. Весь город только и говорит про индейца.

Том потряс своим ружьем.

– Плохо, что его никак не могут поймать. Люди спали бы гораздо спокойнее…

– Мы прочешем все ближайшие холмы, заглянем под каждый кустик, – пообещал шериф. – Но надежды найти его очень мало. Хорошо, что на этот раз никто не убит. Но поселенцам нанесен значительный урон. – Он отдал Тому бумажник и деньги. – Вам лучше отправиться сейчас домой, ваша жена, должно быть, ужасно волнуется. Нам надо все же было послать к ней человека, чтобы обо всем ей рассказать.

– Нет. Она бы расстроилась еще больше. Я ей сказал, что у меня в городе дела. – Том сунул руки в карманы брюк и взглянул на Майлса. – Спасибо, сэр, за поддержку…

– Не за что, Том. Хорошего человека я узнаю сразу.

Том посмотрел на него со смешанным чувством. Шерман относился к тому типу людей, которых Том ненавидел больше всего – состоятельный американец, ценивший деньги превыше всего. Только по этой причине он поддерживал Тома. Ведь Том Сакс держал в банке Майлса Шермана очень много денег.