Рассвет судьбы - Битнер Розанна - Страница 64

Практически все американцы Сономы поддержали Тома. Для него это оказалось своего рода уроком; он понял, что с ними вполне можно жить в мире и согласии, и узнал, что среди них есть очень много хороших людей. Он пожал Шерману руку и улыбнулся. Том чувствовал себя мальчишкой, который убегал прочь с краденой конфетой во рту.

– Я должен ехать. Как-нибудь заеду поговорить насчет тех племенных лошадей, которых я был не прочь купить.

– В любое время, Том.

Том кивнул и вышел на улицу.

– Хозяин, что это за история с таинственным индейцем? – спросил его Даниэль после обмена приветствиями.

Том только покачал головой.

– Огромное недоразумение из-за того, что я – индеец. Но как мне сказали, индеец опять возобновил свои набеги на поселенцев. Полагаю, я не могу быть одновременно и в тюрьме, и на каком-нибудь американском ранчо, а?

Они засмеялись и неторопливо пошли вдоль улицы по направлению к платной конюшне, чтобы забрать лошадь Тома. Краем глаза Том увидел Франческо Фаджардо. Том остановился, поджидая его.

– Как тебе это удалось сделать? – прорычал Фаджардо.

– Я ничего не делал. Просто тебе не повезло, Фаджардо.

– Это тот человек, которого я приводил на ранчо пару дней назад, – сказал Даниэль.

– Да. Он пытался обвинить меня в том, что я индеец, который возглавлял разбойников, и хотел, чтобы я заплатил ему. – Он впился в мексиканца взглядом. – Недели две назад, сеньор, ты мог бы убедить людей в том, что я и есть тот самый индеец. Но как ты себя чувствовал, когда появился бы настоящий разбойник и опять стал творить свои черные дела? – в темных глазах Сакса блеснул зловещий огонек. – Убирался прочь с моих глаз, Фаджардо! И не попадайся мне на моей земле, не то я пристрелю тебя. Теперь я могу это сделать, и люди меня поймут.

Фаджардо задрожал и, сжав кулаки, крикнул:

– Тебе повезло, мерзавец. Ты и есть тот самый индеец. Я это знаю!

Сильный удар Тома свалил мексиканца в грязь, сразу же набившуюся ему в рот. Том наступил ему ногой на спину. Никто из наблюдавших эту сцену даже и не пытался защитить Фаджардо, понимая ярость Тома.

– Запомни то, что я сказал тебе, – прорычал Том. – Даже близко не подходи к моим владениям. Ты лжец и жалкий вымогатель. Найди еще кого-нибудь, кого можно шантажировать. Но не меня! – он со всей силы пнул мексиканца и пошел прочь.

К тому времени, как он вывел свою лошадь из платной конюшни, его работники и еще пара прохожих надавали Фаджардо тумаков и приказали покинуть город.

Том улыбнулся, чувствуя свою окончательную победу. Он не сомневался, что больше никогда не увидит Франческо Фаджардо. Все волнения остались далеко позади.

– Я еду домой, – сказал он своим работникам. – А вы оставайтесь, пока не закончите свои дела.

– Да, хозяин, – ответил Даниэль. – Надеюсь, вашему отцу уже лучше.

Том вопросительно взглянул на него.

– О чем ты? С ним что-нибудь стряслось?

– О, ничего серьезного, сеньор Сакс. Он слишком рано встает и много работает. Кажется, он перетрудил плечо. Но он такой сильный, думаю, что его плечо скоро пройдет. Вы скажите ему, чтобы он больше отдыхал, сеньор Сакс. Все-таки возраст берет свое.

У Тома заныло сердце. Болит плечо? Отец никогда не жаловался на подобные вещи. Наверняка его кто-то ранил! Том попрощался со своими работниками, стараясь не слишком выдавать своего волнения, не спеша выехал из городка, а затем погнал лошадь во весь опор.

Через четыре часа Том уже был на своей земле, ему хотелось отпраздновать победу, но какой может быть праздник, если что-то случилось с его отцом! Он подъехал прямо к дому и сразу же увидел на крыльце Сару.

– Том! С тобой все в порядке? Как я рада! Он коснулся ее руки.

– В городе я встретил своих людей. Они сказали, что у отца болит плечо, он ранен, да?

Сара закрыла глаза и кивнула.

– Он не хотел, чтобы ты узнал об этом. Но вряд ли он сможет это скрыть, Том. Он почти не может двигать правой рукой. Все думают, что он много работает.

– Проклятье! Вы посылали за доктором?!

– Том, как же можно! Он даже слышать об этом не хочет. Сейчас нельзя, чтобы кто-нибудь узнал о его ранении. Пуля прошла навылет и задела только мягкие ткани. Я сделала все, что смогла, надеюсь, рана заживет.

Он внимательно посмотрел на нее.

– Тебе самой нужен отдых. А как Хуанита? Она знает?

– Не больше, чем остальные.

– К ночи приедут мои работники, и скоро все будут знать о том, что произошло в городе. Чуть позже я сам скажу ей об этом, а пока я хочу повидать отца.

– Он хотел это сделать для тебя, Том. Ты не должен себя винить. Я уверена, что он скоро поправится.

– И все же он страдает из-за меня. Я должен пойти к нему.

Он прошел к двери и медленно открыл ее. Калеб сидел в кресле и потирал левой рукой раненую руку.

– Том! – воскликнул он, увидев сына, и поднялся ему навстречу. – Сработало! Это должно было сработать! – Он хотел было обнять сына, но остановился, увидев лицо сына.

– Тебя ранили? – взволнованно спросил Том. Калеб нахмурился.

– Кто тебе сказал?

– Я понял это сразу же, как только Даниэль сказал, что у тебя болит плечо.

Калеб вздохнул.

– Я не хотел, чтобы ты знал об этом, но боюсь, некоторое время не смогу работать как следует. Но я скоро поправлюсь, Том.

В горле Тома застрял комок.

– Если… если бы тебя серьезно ранили… или убили… – едва выговорил он.

– Но ничего этого не случилось. Все кончено, Том. Тень прошлого перестала преследовать тебя. Впереди вас с Хуанитой ждет только счастье, поверь мне, ранение в руку – небольшая плата за это!

Непрошеные слезы полились из глаз Тома. Сказались волнения двух последний дней и боль за отца. Калеб обнял сына здоровой рукой.

– Все закончилось, Том. Время все забыть и навсегда избавиться от ненависти.

Джесс вытащил из кармана список продуктов, которые ему предстояло купить и вошел в небольшой магазин.

– Доброе утро, мистер Парнэлл, – улыбнулся ему владелец магазина.

– Доброе утро. Мне нужно всего несколько вещей, Хенди.

– Отлично. Только назовите их!

Джесс монотонно начал читать список. Ему нравились люди в Хендерсоне. Здесь жили не те, первые переселенцы, которые приехали грабить и убивать, а те, кто приехал, чтобы заново начать свою жизнь. Они приезжали целыми семьями, обзаводились землей, строили дома. Неприятности исходили только от золотоискателей: те часто преступали закон и хозяйничали на чужой земле, хотя за это им грозила виселица. Но в целом Хендерсон был достаточно спокойным и мирным городом, который находился к юго-западу от Сономы.

– Как вы думаете, когда-нибудь поймают этого индейца-призрака? – спросил его Хенди. – Он опять начал шнырять по округе. Вам нужно получше смотреть за женой и детьми.

– О, конечно, – ответил Джесс, улыбаясь в душе. Он только что вернулся от Калеба и Сары, и знал всю историю. Калеб Сакс никогда не перестанет удивлять его. Что только он не сделает ради своей семьи!

Том на радостях закатил пир в честь приезда сестры. Пригласил всех своих работников, их жен и подружек, нанял оркестр, и музыканты целых три дня играли веселую испанскую музыку.

Для Линды самым главным было видеть свою мать здоровой и веселой. И Калеб, слава Богу, оправился от своего ранения. Джесс снял с прилавка ящик с картофелем и потянулся за пакетом с мукой, когда снаружи послышался крик. Линда!

Он бросил список продуктов на пол и выскочил из магазина. Хенди тоже вышел из-за прилавка и подошел к двери, чтобы посмотреть, в чем дело.

– Оставите мою маму в покое! – десятилетний Джон, сжав кулаки, готов был броситься на пятерых вооруженных мужчин, один из которых держал Линду, заломив ей руки за спину. Трехлетняя Джессика громко плакала у повозки.

– Успокойся, мальчик, она всего-навсего краснокожая, – издевался над Джоном один из мужчин. – Разве ты не знаешь, что этими женщинами каждый может пользоваться? Мы в горах ищем золото. И давно не видали хорошеньких женщин.