Принцесса гарема - Гроу Диана - Страница 54

Глава 31

– Валдис, мой оракул, наполни вином чашу достопочтенного главного евнуха, – велел Мохаммед. – Эта никудышная девчонка опять куда-то пропала.

Валдис не могла винить маленькую служанку. Ей было не больше двенадцати, и ее женская красота только начинала расцветать, но каждый раз, когда она наливала Мохаммеду гранатовый сок, он пытался приласкать ее. Он даже отпустил шутку, сказав, что неплохо было бы посмотреть, насколько созревшими были ее девичьи ягодки. Дамиан лишь вежливо улыбнулся.

Валдис одобрительно посмотрела на Дамиана.

– Сходи на кухню и поторопи ее, – Мохаммед ехидно улыбнулся, – а то Аристархус выглядит сухим, как палка.

«Сухая палка». На прошлой неделе кто-то сказал ей, что так презрительно называют евнухов. Дамиан слегка поджал губы в ответ на слова Мохаммеда. Валдис поразилась выдержке своего старого хозяина.

– Хорошая шутка, – проговорил он с легким сарказмом в голосе. – Какая жалость, что именно «сухие палки» управляют делами империи.

Зайдя на кухню, Валдис увидела, что девочка-служанка рыдает в углу. Валдис наклонилась и прошептала ей на ухо:

– Иди в постель, дитя мое. Я скажу хозяину, что ты заболела.

Девочка утерла щечки маленькими кулачками.

– Он прикажет меня избить.

– Нет, он терпеть не может, когда кто-то из слуг болеет, – Валдис подмигнула девочке. – Как ты думаешь, почему он не зовет меня в свою опочивальню? Он боится моей падучей болезни. Засунь палец в горло и опустоши свой желудок. Никто не потревожит тебя несколько дней.

Лицо девочки просветлело и тут же превратилось в маску притворной боли. Она схватилась за живот и застонала.

– Вот и хорошо, умница моя, – прошептала Валдис и пошла за вином, которое Мохаммед держал для своих немусульманских гостей. Если ей будет сопутствовать удача, она избавит мир от этого растлителя детей, прежде чем пройдет «болезнь» девочки. Она еще не придумала план, но была полна решимости.

Валдис поднялась вверх по лестнице к трапезной комнате Мохаммеда и, остановившись перед дверью, услышала голос Дамиана, отказываясь верить тому, что он говорит.

– Я проследил за тем, чтобы в ночь перед скачками ослабили охрану. Куртизанка, которую ты нанял, проникнет внутрь и напоит Геракла своим зельем. Он не сможет выполнять свои обязанности несколько дней. У зеленых могут быть самые лучшие лошади во всей истории гонок колесниц, но без наездника они точно проиграют синим.

Дамиан собирался повлиять на ход соревнований колесниц. Что это он задумал?

– Как ты и просил, я распространил слухи, что ведущий конь синих, арабский жеребец, стал хромать. Без сомнения, он в отличной форме, но мы заплатили конюху, чтобы тот поддержал эти разговоры, – сказал Мохаммед. – Зеленых все любят, так что никто не поддержит синих против них.

– Никто, кроме нашего порфироносного друга, – добавил Дамиан.

Порфироносного? Неужели император ставил против своей команды? У Валдис сложилось впечатление, что зачинщиком коварного плана был Дамиан, а не Мохаммед. Валдис прижала ухо к щели в двери.

– Аристократы и многие высокие чины в гильдии будут разорены, так как поставят крупные суммы на зеленых. Они всегда стараются доказать таким образом свою верность Болгаробойце без особого риска, – Мохаммед явно предвкушал удовольствие, представляя осуществление своего плана. – Они все будут на стороне Лео, когда в гонках неожиданно выиграют синие. Только поддержав льва, они смогут спасти себя от ужасных долгов.

Лео. Как и предполагал Дамиан, Лео задумал устранить дядю с трона. Но неужели Дамиан ему в этом помогает?

Ей казалось, что задачей главного евнуха было вывести врагов императора на чистую воду. Однако из его слов следовало, что он был одним из действующих лиц в государственном перевороте. Валдис не верила своим ушам.

– Поэтому после гонок необходимо сразу же захватить ложу императора, – продолжил Мохаммед. – Пока придворные будут приходить в себя от удара по своим финансам, мы приготовим им еще один сюрприз. Если змею отрезать голову, то его тело будет еще извиваться, но он уже не сможет использовать свой яд.

Яд. Это была идея, заслуживающая взимания. Если бы она положила яд в напиток своего хозяина, то могла бы стать свободной. Она и Эрик покинули бы город, не боясь преследования. Пусть византийцы занимаются своими интригами.

Ей стало не по себе из-за двуличности Дамиана. Он говорил об измене императору так же спокойно, как будто они с Мохаммедом вели разговор о погоде. Валдис не могла никому доверять. Когда она распахнула дверь в трапезную, то почувствовала, как дрожит ее рука. Ее тело напряглось, и она перестала ощущать свои руки и ноги. На ее глаза опустилась тьма. Если бы Локи сейчас был рядом, но стал бы тявкать, предупреждая ее. Черный ворон снова решил посетить ее, и она была не в силах остановить его. Кувшин с вином выпал из ее рук и разбился о пол.

– Отойди назад. Ей нужен воздух, – услышала она голос Дамиана. Валдис ориентировалась на этот звук, медленно приходя в себя. – Она сейчас очнется.

Глаза Валдис затрепетали и открылись. Она обнаружила, что лежит в липкой красной луже разлитого вина. Она попыталась встать, но Дамиан не дал ей этого сделать, придерживая за плечи. Его темные брови хмурились от беспокойства.

– Нет так быстро, – он поднес к ее губам собственную чашу, – вот, выпей.

– Она будет говорить? – спросил Мохаммед из дальнего угла комнаты. Дамиану не пришлось дважды просить ого держаться на расстоянии, когда приступ охватил Валдис. Хабиб ибн Мохаммед прижался к стене, а на его лице были ужас и изумление.

– Нужно время. В ее голове царит сумятица. До сих пор ты не видел проявлений ее болезни в полной силе.

Теперь ты знаешь, что дар предвидения дается не так легко. Ее силы подорваны. Она должна прийти в себя и собраться с мыслями. Я отведу Валдис в ее комнату.

Валдис поняла, что Дамиан хочет дать ей необходимые наставления. Однако она сама уже услышала достаточно. Если она приведет его в замешательство, то тем лучше.

– Нет, – она села, положив руку себе на лоб, – я буду говорить, пока мои образы еще свежи.

На самом деле она не помнила ничего, пока ее дух бродил среди девяти миров. Но Мохаммед не знал этого. И возможно, когда она закончит, Дамиан тоже не будет в этом уверен.

– Я видела мощную упряжку лошадей. Они были даже более резвыми, чем Слейпнир, шестиногий конь бога Одина, отца всех живущих. Они бежали по арене быстрее, чем человеческая мысль. Это были синие, как само небо, кони. Они были проворнее, чем облака, пытающиеся закрыть солнце. Никто не мог догнать их, даже кони, зеленые, как трава, медленные и тяготеющие к земле.

Валдис заметила, что Мохаммед изменился в лице. Он ловил каждое ее слово, бывшее как мед для его ушей, и даже придвинулся к ней поближе, не отдавая себе в этом отчета. Дамиан поднял брови от удивления.

– Наблюдая за лошадьми, я поняла, почему они так быстро бегут. Лев, выскочивший из-под земли, гнался по арене за упряжкой, подгоняя ее. Вдруг с неба на неги упал орел, пытаясь остановить его, но лев схватил птицу своими мощными лапами.

Изумленные Мохаммед и Дамиан стояли около нес. Помолчав, она прибавила:

– Когда видение стало пропадать, я разглядела на земле шелковый флаг, который топтало множество людей.

Она закрыла глаза и вздохнула.

– Я оставлю тебе, мой хозяин, расшифровывать смысл этих знамений. Силы покидают меня.

Мужчины обменялись взглядами, и на минуту ей показалось, что она зашла слишком далеко. Но тут Мохаммед подошел к ней и, протянув свою руку в перстнях, помог подняться на ноги.

– Я не понимал цены, которую ты должна платить за свой дар, – сказал он. – Сила твоей болезни поистине ужасна, но твое видение стоит того. Когда эти события исполнятся, я постараюсь, чтобы ты больше не возвращалась в мир духов. Хотя мне придется пожертвовать твоими способностями, я прослежу за тем, чтобы ты потеряла целомудренность и не мучилась подобным образом.