За третьей гранью - Морган Джезебел - Страница 75

– Ага, аж два раза, – саркастически хмыкнула девушка, – скорее, программа запрограммирована, чтоб музыка играла всякий раз, как кто-то сюда заходит. И, по начальной идее, сюда кроме того хмыря никто заходить не должен. Похоже, нашему пленителю смерть от скромности не грозит…

– А вот и наши прекрасные леди! – обрадовался он, отходя от пульта управления.

Похоже, нас занесло в капитанскую рубку… Огромное окно во всю стену, за толстым бронированным стеклом царила беспросветная чернь, изредка озаряемая разноцветными всполохами, напоминающими северное сияние. Холодными алмазами блестели вдалеке звёзды, складываясь в причудливые созвездия, большинство из которых я не знала.

– Не спорю, красивое зрелище, – восторженно произнесла я, как только музыка смолкла и снова можно нормально разговаривать, а не орать во всё горло. – Но, сомневаюсь, что вы приказали нас привести сюда только для того, чтобы нам это показать.

– Девочка, тебя не учили, что старших перебивать нельзя? – лениво поинтересовался мужчина, разваливаясь в кресле. Повинуясь его едва заметному знаку, все дубли покорно покинули рубку. Вслед им зазвучала печальная музыка, напомнившая мне вопли плакальщиц «На кого ж ты нас поки-и-и-ину-у-уул??!! Наследник же платит в два раза меньше-е-е!!». – Значит так, детка. Посиди, посмотри в космос, раз для тебя это такое дивное зрелище, а я пока с твоей подругой побеседую…

Он щёлкнул пальцами, и в рубке появились два кресла, так моментально разложившиеся из незаметных серых пластин на полу, что мне показалось, что они возникли из воздуха, вопреки основному магическому закону. Я покладисто схватила свой стул за спинку и потащила его поближе к окну. Рейдж села напротив мужчины и что-то тихо спросила. Я прошептала заклинание обостряющее слух и с любопытством прислушалась к разговору, не предназначавшемуся для моих ушек, старательно делая вид, что поглощена изучением межгалактического пространства.

– … догадалась, – удовлетворённо произнёс вполголоса человек, кивая своим мыслям.

– Ну и зачем понадобилось разыгрывать этот спектакль? – досадливо осведомилась Рейдж. – нельзя было как все нормальные люди встретиться со мной в Сети и договориться там?

– Нельзя, милая. Если ты не поняла, то это не спектакль. Мне действительно поручили тебя отконвоировать на В-78. Тебе просто повезло, что у меня есть в этом деле свой интерес.

– Что и где? – коротко спросила убийца. Этот идиот её, что, нанять просто хочет?.. Действительно, идиот…

– Глупая. Кого.

Раздался тихий смешок. Я скосила глаза, наблюдая за их отражениями в стекле. Он протянул ей небольшой экранчик, зажёгшийся в руках убийцы. Несколько мгновений она смотрела на возникшее изображение, а потом с гневным воплем вскочила и швырнула экран на пол. Дальше Рейдж несколько минут разорялась на тему умственных способностей парня (точнее, их отсутствия) и что она не будет выполнять этот заказ. Он вежливо её выслушали, дождавшись когда она выдохнется, тихо и спокойно заговорил:

– Именно поэтому ты сейчас и сидишь на военном корабле, милая. У тебя есть выбор: или ты честно выполняешь задание, или отправляешься на В-78. После выполнения заказа, ты свободна, как ветер. Сможешь даже подружку-мутанта вытащить.

– Угу, как? – ехидно поинтересовалась Рейдж. – Я, благодаря этим эсбэшникам, в розыске, и просто так меня из него не уберут.

– Как? Оставь это мне. Здесь нет ничего сложного. Смерть, например. При вашем задержании, дублями был проявлен излишний энтузиазм, и вы ненароком пострадали. Необходимую помощь вам оказать не удалось, тела восстановлению не подлежали и вас кремировали… Везти на В-78 соответственно нечего. Например так. Вам только останется сменить внешность и жить дальше спокойно. Довольна?

– Вполне, – кивнула ликвидатор. Её голос дрожал, но девушка, похоже, уже смирилась, что ей придётся убивать. – Что со мной… с нами будет, если я откажусь, можно не уточнять?

Он довольно осклабился, но неожиданно нахмурившись, резко повернулся в мою сторону. Я поспешно перевела взгляд в окно, состроив на лице отсутствующую мину.

– Подслушивала? – ласково спросил подошедший мужчина, кладя руку мне на плечо.

– Нет, – почти искренне удивилась я. Подслушивание – это когда тебя выгоняют из комнаты, а ты стоишь у замочной скважины скрючившись в три погибели, заодно и подглядывая. А когда беседы ведутся в твоём присутствии, то какое ж это подслушивание? Я же не виновата, что у меня такой хороший слух… Пусть даже магически обострённый… – Я в окошко смотрю…

А там действительно происходило нечто интересное. Откуда-то сбоку к нам приближался небольшой кораблик, больше похожий на самолёт-истребитель. Вокруг него едва заметно переливалось защитное поле, а сам он был тёмного матового цвета и почти сливался с чёрным фоном. Сделав замысловатый вираж, истребитель подобно пиявке присосался к стене корабля, чуть ниже уровня пола в рубке. Звездолёт слегка качнуло, а следом замигал свет, чтобы благополучно вырубиться через пару мгновений. На пульте управления резко вспыхнула синяя лампочка, сменившись красной. Корабль резко дёрнулся и остановился. Медленно затихал двигатель, звездолёт остался неподвижно висеть в пространстве.

– Что это было? – ещё не испуганно, а удивлённо спросила я.

– Ничего хорошего, – сквозь зубы заверил меня мужчина, бросаясь к пульту управления и пытаясь реанимировать корабль. – Бесполезно… Перекрыли доступ к источнику энергии, сволочи.

– И что с нами будет? – начала хныкать я, съёживаясь на стуле.

– Ничего хорошего, – спокойно просветила меня подошедшая Рейдж. – Нам пи…ец.

Я была с этим полностью согласна, хотя всё ещё не понимала, что произошло.

Элис

Добела раскалённое солнце словно задалось целью в этом году полностью иссушить землю. Приносимые ветром полупрозрачные облака таяли на глазах в бирюзовой выси, над полянами висело густое марево, в воздухе тягуче разливался пряный аромат засыхающих цветов. Труженики полей и пашен старались закончить со всеми делами по утренней прохладе, до наступления дневной жары, и сейчас сидели в тенёчке и потягивали холодный квас.

Дождей не было уже около двух седмиц, яркое разнотравье и разноцветье Большого луга в последние дни явно отдавало предпочтение жёлтому цвету – засыхала трава, цветы грустно поникли головками. Река, на восточном берегу которой стояло небольшое село, сильно обмелела; русалки, которым полагалось хулиганить перед днём Купалы, тихо сидели в самых глубоких омутах с ледяными ключами, не показываясь на поверхности.

По поляне, стелившейся между речкой, деревней и лесом, уверенно шла высокая девушка в мужской одежде. Под подошвой высоких сапог жалобно хрустели тоненькие стебельки, длинные русые волосы, распущенные, вопреки всем правилам, едва заметно покачивались в такт её шагам. На согнутой руке девушка несла небольшой лукошко, наполненное травами и ягодами, во второй руке она осторожно держала несколько колючих веточек чертополоха, беспечно помахивая ими. В Перуновой роще вяло чирикали птахи, выражая своё недовольство погодой, но громовержец не спешил насылать грозы.

Ясное и открытое лицо девицы выражало крайнюю степень недовольства. Прозрачные глаза казались тёмными от гнева.

Девушка остановилась, привстала на цыпочки, внимательно разглядывая что-то вдалеке. Удивлённо вскинув брови, она прибавила шагу.

– Волхв! – на её глубокий и чистый голос оглянулся высокий крепкий мужчина с седыми волосами, прижатыми ко лбу простеньким обручем, яркими живыми глазами и длинной бородой. Его длинная белая рубаха была подпоясана красным кушаком, на высокие сапоги налипла тёмная трава. Знахарка с завистью подумала, что над сердцем Перуновой рощи летняя жара не властна.

Мужчина остановился и, поджидая девушку, оперся на резной посох. Подойдя к нему, травница с уважением и лёгкой иронией поклонилась старцу; мотнула головой, отбрасывая упавшие на лицо длинные пряди. Дальше, к распахнутым воротам деревни, они пошли вместе.