За третьей гранью - Морган Джезебел - Страница 77

– Дух не дух, а кровь у неё вполне человеческая, – обратилась девица к старцу. Я спохватилась и мрачно уставилась на разбитую коленку. Ударилась я, однако, знатно, вон как ранка кровит, пусть и боли почти нет. После побоев работорговца мне гораздо хуже было…

Ой, зря я про плохое вспомнила!.. Сразу закружилась голова, то ли жалуясь на своё плачевное состояние, то ли что её просто напекло. Я покачнулась и чуть не упала, успев вцепиться в руку девушки, стоявшей ко мне поближе. К моему удивлению, она не отшатнулась, не вскрикнула, а лишь кротко вздохнула и поддержала меня, пока я не смогла стоять ни на кого не опираясь. Волхв осторожно коснулся моих крашенных прядей, и я досадливо фыркнула, не желая ничего объяснять. Ну ладно, были бы волосы синие или зелёные, ладно, такой расцветки у нормального человека не встретишь. Но серебряные, почти серые ведь, краска-то выцвела! Да, похоже на седину. Но мало ли с человеком может приключиться, от чего в молодости седеют!

– Да хоть горшком обзови, только в печь не ставь, – наконец пробормотала я. Девица тихо хмыкнула, качнув на локте небольшую корзинку с травами. Травница она, что ли?

– Чисть ты или нечисть, пусть волхв разбирается, – она вежливо кивнула мэтру, – а голову тебе напекло сильно. Идём! – она развернулась и пошла вперёд по дороге, повелительно взмахнув свободной рукой. Я недовольно хмыкнула и осталась стоять, скрестив руки на груди и не собираясь подчиняться чьим-то приказам.

– Иди, Седая Лиса, она тебе добра желает, – дружелюбно посоветовал волхв.

– Да не седая я! – я обиженно стукнула кулаком по открытой ладони, уже не возражая против намертво прилипшей ко мне второй части прозвища и вежливо поклонившись волхву поспешила догнать уже успевшую далеко уйти девицу.

– Тебя звать-то как, травница? – поравнявшись с ней, миролюбиво поинтересовалась я, пытаясь наладить контакт. Видимо, плохо пыталась.

– Меня не зовут, – резко отрезала девица. – Я сама прихожу, когда вижу, что человеку… ну или не человеку помощь нужна. И не травница я, а знахарка.

– А разница? – удивилась я, одновременно пытаясь скрыть раздражение. Вот фифа, строит из себя невесть что! Ведь я даже вежливо её имя у неё спросила! Или тут его первым встречным называть не принято?

– Большая. Травница только травы собирает, и не для себя, чаще всего. А знахарка людей лечит, и не только травами.

– Ага, ещё змеиной кожей, паучьими лапками, мышиным помётом и крыльями летучих мышей, – припомнила я некоторые ингредиенты самых эффективных зелий. Девица прыснула, не справившись со смехом.

– Где ты такой чуши набралась, дух не нечистый?

– И ничего не чушь, – обиделась я за достижения современной магической медицины. – Довольно часто эти компоненты действительно используют…

– Когда хотят кого-то отравить?

– … в лечебных зельях. Между прочим, великолепно действует. Кстати, у тебя имя-то есть? – снова поинтересовалась я, – или все так тебя знахаркой и зовут?

– Так и зовут, – бесстрастно подтвердила девица. Едва потеплевшие серые глаза снова стали напоминать лёд. – А кто посмелее, и ведьмой называет.

– Ты? Ведьма? – искренне удивилась я. – В тебе же не капли Силы нет, я это ясно чувствую!

– Не веришь, что я могу порчу наслать? – жёстко ухмыльнулась девушка.

– Да верю, верю я… чтобы порчу наслать не обязательно силу иметь…

Лицо девицы стало откровенно злым. Да, умею я парой слов себе врагов заработать. Эх, было бы с друзьями так же, жизнь вообще бы сказкой казалась! Знахарка прибавила шагу, больше не смотря в моё сторону. Я мысленно обложила себя в три этажа и бросилась догонять девушку.

– Подожди!.. Ну подожди же! – конечно, травница и не собиралась останавливаться, напротив, она всем своим видом показывала, что не слышит меня. – Ну, извини, – покаялась я, – Не подумала, что могу тебя обидеть… А ты обиделась?

– А ты как думаешь? – резко отозвалась девушка, не поворачиваясь ко мне.

– А я не думаю, – я виновато пожала плечами. – Мой язык вперёд мыслей успевает. Кстати, почему ты не хочешь называть мне своё имя? Или здесь принято так?

– Нет, – уже спокойней отозвалась знахарка. – Просто нечисти нельзя называть своё имя, чтобы она не смогла порчу навести или сглазить.

Я снова тяжело вздохнула, представив сколько времени мне придётся доказывать, что я не верблюд, хотя плююсь отменно. Уж лучше бы я другого вампира уламывала!

Мы подошли к небольшому домику из светлых брёвен, стоящему недалеко от полосы золотистого песка. Одноэтажный теремок в окружении фруктовых деревьев и многочисленных кустиков разнообразных травок напоминал иллюстрацию к какой-нибудь сказке. Над землёй склонились ветви яблонь с небольшими пока что плодами радостно-зелёного цвета. Чуть в стороне кокетливо поблёскивала желто-красными бочками вишня-скороспелка. Высокое крыльцо плавно переходило в открытую веранду; столбы, поддерживающие навес, были покрыты красивой резьбой. Приглядевшись, я сумела различить сложный растительный орнамент из листиков, стебельков и мелких цветов, собранных в крупные грозди.

На фоне этой идиллии старый покосившейся забор со скособоченной калиткой, подпертой булыжников, чтоб не открывалась, выглядел откровенно уныло и нелепо. Знахарка носком сапога откатила камень в сторону и пинком распахнула заскрипевшую калитку. Едва я успела войти во двор вслед за травницей и подпереть калитку камнем, как откуда-то выскочила высокая худая девица в голубом сарафане и быстро затараторила, радостно улыбаясь:

– Любава, ой, ты пришла! А что в корзинке?! А ты все травки собрала? – на этих словах девочка выхватила из рук травницу корзинку и начала там копаться. – Ой, и ягодки есть! Какая прелесть! Любава, а я вишни полную миску набрала! Только она невкусная-а-а-а…

– А ждать надо, когда созреет! – недовольно буркнула знахарка Любава, явно очень недовольная то ли тем, что я услышала её имя, то ли тем, что у неё без спроса забрали лукошко. Но едва она открыла рот, как девочка заметила меня и на нас снова посыпался град вопросов:

– Ой, а ты кто? – девчушка уставилась на меня с таким искренним любопытством, что я почувствовала себя неуютно. – Ты новая ученица, да? Или лечиться пришла? Ой, а как ты так себе коленку разбила? – как, как – каком кверху! Уметь надо… – Больно наверно, да? А меня Настасьей звать!…– посочувствовала мне милая девочка, бросив корзинку на землю и потащив меня в дом, что-то непрерывно при этом щебеча. Любава за спиной тяжело вздохнула и, подняв лукошко, поспешила следом.

– Настя! – окликнула девушку хмурая знахарка. Настасья притормозила и обернулась на свою… сестру? Невинно похлопав небесно-голубыми глазками, она состроила разгневанной Любаве самую умильную мордочку. Холодное сердце знахарки смягчилось, и она уже спокойней велела, – Проводи нашу гостью в дом и подготовь мне вытяжку из подорожника, а затем прогуляйся-ка и ты в лес, может ещё какой травы верной да полезной найдёшь.

Девчушка радостно кивнула и, сразу же забыв про меня, унеслась с первой космической скоростью в неизвестном направлении, громко распевая какую-ту весёлую песенку. Любава проводила её обречённо-усталым взглядом и поманила меня в дом.

Проходя через просторные сени, я удивилась количеству разложенной и развешенной исправно сохнущей зелени. К противоположной входной двери стене была прислонена лестница, ведущая на чердак; почти у самых дверей я споткнулась о тяжёлое металлическое кольцо – под сеном пряталась квадратная крышка, ведущая в погреб. И я почему-то не сомневалась, что помимо варений и солений, как и у любой приличной хозяйки, у травницы там стоят баночки и скляночки с разнообразными зельями.

В просторной комнате с огромной белой печью терпко пахло зельями и лекарствами. Горьковатый запах целебных трав подло щекотал ноздри, и позорно проиграв битву лечебному духу я звонко расчихалась. Любава едва заметно усмехалась, выкладывая из корзинки травы и сразу сортируя их. И только когда всё зелёное и в перспективе полезное оказалось развешено на просушку или вымочено в какой-то настойке для последующей варки, знахарка вспомнила и про меня. Подойдя к широким бесконечным полкам, тянущимся вдоль стен, она задумчиво принялась изучать тёмные бутыльки без каких-либо подписей. Я на глазок оценила количество баночек и удивлённо присвистнула: их оказалось чуть ли не на порядок больше, чем в мамином магическом кабинете. Раньше я думала, что такое вообще не возможно!