Танцующие на снегу - Бонандер Джейн - Страница 21

– Я с тобой, малыш.

Сюзанна беспомощно проследила, как они скрываются за кустами. Она слышала терпеливые наставления Натана и чувствовала, как к горлу подкатывает ком. Теперь она могла быть только благодарна тому, что судьба свела их с Натаном.

Она взяла кусочек мяса и положила его в рот, не ощущая вкуса.

Кори вынырнул из-за кустов, с гордостью демонстрируя сухие штанишки. Сюзанна от радости была готова задушить его в объятиях.

– Молодец, – похвалила она, сдерживая слезы, – теперь ты сможешь носить брюки, как большой мальчик.

– Да, – блестя глазами, откликнулся Кори. – А знаешь что, мама? Знаешь?

Его воодушевление было заразительным.

– Что? – заинтересованно спросила Сюзанна, не в силах сдержать улыбку.

– У большого дяди большая штучка, а у Кори – маленькая!

Щеки Сюзанны налились жаром.

– Хочешь посмотреть, какая у него большая штучка? Хочешь, мама?

Краснея еще гуще, Сюзанна бросила неловкий взгляд в сторону Натана, который пристально разглядывал реку.

– Нет, нет, Кори! Так полагается. Вот, дорогой, – она сунула руку в корзину, надеясь сменить разговор, – возьми печенье. Или сразу два. Налить тебе лимонаду?

Когда она вновь смущенно взглянула на Натана, он ответил неловкой, кривоватой улыбкой.

Сюзанна тоже попробовала улыбнуться, но у нее дрожали губы.

– Боюсь, я совершил ошибку, – заметил Натан. Сюзанна не знала, что сказать, и потому промолчала. Она бросала в рот крошки печенья, но, к своей досаде, вскоре обнаружила, что не может проглотить их – во рту совсем пересохло.

– Для мальчика это большое открытие, Сюзанна. Тебе придется просто смириться с этим.

От волнения испарина выступила на руках Сюзанны, покрыла лоб и шею. Пора было перевести разговор. Сумев проглотить сухие крошки, царапающие горло, она произнесла:

– Надо объяснить ему, что при людях о таких вещах говорить не следует.

– Нет, Сюзанна, не стоит. Какое-то время эти вещи будут интересовать его, и это совершенно естественно. Но, наказывая или упрекая его, ты только возбудишь его любопытство. Пусть говорит, что хочет. Не обращай внимания. Вскоре он подрастет и у него появятся другие интересы.

Сюзанна попыталась рассуждать так же здраво, как Натан. Она понимала, что он, должно быть, прав, но прошлое навязывало свои уроки. Она желала забыть тот день, когда застала Харлена склонившимся над Кори. Ей хотелось поступить правильно, и предложение Натана казалось справедливым.

– Ладно, – произнесла она, стремясь сменить тему, – не пора ли вам ловить рыбу?

Натан коснулся ее руки:

– Сюзанна, пообещай мне одно.

Она вздрогнула.

– Если это в моих силах – разумеется.

– Если тебе когда-нибудь понадобится уехать отсюда по любой причине…

– О чем ты? – перебила она, ощутив тревогу.

– Если я когда-нибудь буду нужен тебе, а меня не окажется рядом, приезжай в Сломанную Челюсть. Я сделаю все, что смогу, чтобы помочь тебе.

Она отдернула руку и отвернулась к реке.

– Но зачем… мне уезжать отсюда?

Он не стал объяснять.

– Просто запомни мои слова, Сюзанна.

Забыть их было невозможно, но Сюзанна не переставала удивляться, гадая, зачем Натан вообще завел этот разговор.

Глава 6

Остаток дня Кори проходил сухим. По мере приближения ночи Сюзанна все чаще поглядывала на постель Натана, свернутую и прислоненную к стене у камина.

Натан починил швейную машинку Сюзанны, открутив винт, удерживающий на месте колесо, и вытащив мешающий работе клочок ткани. Все оказалось на удивление просто, и он легко справился с делом. Сюзанне пришлось скрывать удивление, ибо она впервые видела мужчину, который охотно помогал ей и не требовал ничего взамен.

Она заканчивала строчить длинный шов на прелестном платье из цветастого ситца для одной из постоянных заказчиц Лилиан, когда услышала донесшийся со двора голос Натана и ответный смех Кори. Отложив платье, она подошла к окну и в тускнеющем закатном свете увидела, что Кори сидит на плечах Натана, вцепившись ему в волосы.

Томление возникло где-то под сердцем Сюзанны – страстное желание того, о чем она не имела права мечтать. Но поделать с собой она ничего не могла. Натан был именно таким отцом, какого следовало бы иметь Кори. Горьковато-сладкая пульсирующая волна радости охватила ее, пока она смотрела на сына и чужого мужчину. Она никогда не была влюблена, не знала даже, что такое влюбленность. Но сейчас она испытывала непривычное чувство – умиротворенное и вместе с тем болезненное, почти неописуемое наслаждение, и поняла, что это не что иное, как любовь.

Когда Натан и Кори поднялись на веранду, Сюзанна торопливо отошла от окна и занялась пижамой сынишки.

Открылась дверь, в комнату ворвался Кори:

– Мама, мама! Большой дядя сделал мне слона!

Сюзанна внимательно рассмотрела искусно вырезанные из дерева большие уши, грозные клыки и тонкий кожистый хвост.

– Какая чудесная игрушка, Кори! Обращайся с ней бережно, хорошо?

– Кори будет спать с ней.

Сюзанна заметила, что Натан следит за ней потеплевшими глазами.

– Когда ты успел ее сделать? – благодарно произнесла она.

Натан пожал плечами:

– Ночью. Мне не спалось.

Реальность грубо вторглась в ее нелепые мечты о любви. Она вспомнила, что Натан тоже проводит бессонные ночи. Но когда ему удается заснуть, он видит совсем другие сны – мирные и добрые, сны о жене и ребенке. А не кошмары с окровавленными ножницами и глазами мертвецов…

Она с трудом отогнала от себя страшные мысли.

– Пора ложиться спать, Кори.

Малыш разделся сам и отправился в спальню Сюзанны, чтобы воспользоваться ночным горшком. Сюзанна решила, что разумнее теперь будет оставлять его в спальне Кори.

Подойдя к Натану сидящему за столом, Кори забрался к нему на колени.

– Можно мне спать на постели большого дяди?

– Кори! – ахнула Сюзанна.

Натан взъерошил волосы мальчика:

– Давай договоримся, малыш: если три ночи твоя постель будет сухой, мы вернемся к этому разговору. – Он поднял три вытянутых пальца.

Кори коснулся больших пальцев Натана.

– Я умею считать до трех, – похвастался он, причем слово «три» прозвучало у него как «тви». Привстав на колени, он поцеловал Натана Вулфа в щеку и получил ответный поцелуй.

Сюзанне пришлось отвернуться. Привязанность Кори к Натану и особенно эти поцелуи заставляли ее желать несбыточного – счастливого завершения волшебной сказки. Эти нелепые тайные мечты, о которых она не признавалась даже самой себе, больно ранили ее. Но Натан был ни в чем не виноват. Сюзанна понимала: и она сама, и Кори изголодались по участию и привязанности, а Натан Вулф вовсе не обязан утолять этот голод.

– Пойдем, Кори, – позвала она, скрывая печаль. – Мама расскажет тебе сказку.

Уложив Кори в постель, она вернулась в большую комнату и обнаружила, что Натан по-прежнему сидит за столом с чашкой кофе. И вновь она ощутила желание, стремление к тому, чего никогда не имела.

Он поднялся и глубоко вздохнул:

– Полагаю, мне пора в город.

Сюзанну ошеломила внезапная паника в ее душе.

– Ты уезжаешь?

Его лицо осталось непроницаемым.

– А ты хочешь, чтобы я остался?

Она затеребила пуговицы у ворота платья, расстегивая их и вновь проталкивая в петли.

– По-моему, просто нелепо тащиться в город, если завтра утром… ты все равно приедешь чинить веранду.

Они уставились друг на друга. Сюзанна ощущала, как ее сердце гулко колотится, а лицо пылает.

– Я мог бы переночевать во дворе или в сарае. У нее задрожали пальцы, и она сцепила их, чтобы прекратить дрожь.

– Это… ни к чему. – Она затаила дыхание.

– Ты хочешь, чтобы я лег спать в доме? – осторожно спросил он.

Сюзанна указала в сторону камина:

– Да, там, где ты спал вчера ночью. Но может быть… – О Господи! – …может, ты нашел в городе ночлег с настоящей постелью? Мне кажется, пол такой твердый…