Король-Бродяга (День дурака, час шута) (СИ) - Белякова Евгения Петровна - Страница 65

Я с трудом поднялся, и побрел навстречу Рэду, благо прибыть он мог только с одной стороны и шансы прозевать его были ничтожны. Он и появился, как я предполагал — весь в мыле, таща за собой и повозку, и коня — с таким обеспокоенным лицом, что меня невольно проняла гордость за моего мальчика.

— Учитель! Что стряслось? Мне сказали, на вас наехал конь!

— Ничего страшного, Рэд, просто небольшой пинок от Судьбы, в ответ на мои хамские кукиши. Это нормально для нее, уверяю тебя. — Я прислонился к нему, ощущая лишь то, что мне до смерти хочется выспаться. — Давай отложим на завтра покупки, идет? Сейчас нам лучше найти себе место для ночлега, не 'Сковородку', там мне не понравилось, а что-нибудь попроще, и отдохнуть. Хорошо?

Он кивнул, безропотно подхватил меня на руки и уложил в телегу, на пустые мешки, но я успел кинуть медную монетку расторопному посыльному. Потом Рэд развернул конягу (как — ума не приложу, в этой то узкой улочке), и куда-то меня отвез. Я заснул еще в телеге, так что выбор гостиницы целиком и полностью пал на моего ученика, и он (как выяснилось утром следующего дня), полностью оправдал мои надежды.

'Бойцовский петух' отличался сравнительным уютом, невысокими ценами и вполне сносной жратвой. Мы с Рэдом поужинали яичницей с помидорами, запили все это слегка забродившим яблочным соком (или недобродившим яблочным вином?) и отправились спать. Но, как говорил Шенба — 'Куда там, нам в спокойную жизнь не попасть, как и верблюду не пролезть в нору кролика'

***

Я проснулся среди ночи от какого-то шума — из угла, где стояла кровать Рэда, доносились какие-то странные звуки. Похожие на звуки борьбы.

— Какого чер…? — спросил я у темной фигуры, ошивающейся около моей постели, но она вместо ответа надвинулась на меня, в нос мне ткнулась тряпка с сильным запахом; я рефлекторно вдохнул и провалился в глубокий сон. Ну, в конечном итоге я все-таки выспался, не так ли?

Очнулся я — ха-ха! — в темнице. Привязанный к стулу, между прочим, а ведь в прошлый раз они себе этого не позволяли. Тут, в отличие от предыдущей камеры, было светлее — на стенах были укреплены несколько факелов, и в их свете я разглядел, что помещение небольшое, почти что сухое, и в него ведет одна дверь. Я потряс головой, чтобы исчезли остатки сна, и тут, как по заказу, дверь открылась. В проеме возникла фигура, темная, угрожающая… и знакомо низенькая.

— Вот он, предатель, Ваше Величество!

Привет, коротышка-капрал. Грязный, дерьмовый ублюдок, параноик хренов.

— Где мой племянник? Что с ним? — громко спросил я, но губы все еще плохо слушались меня, поэтому вышло что-то вроде: 'ыдеой-лемяник-осним?'.

— Этот наемный убийца еще смеет задавать вопросы, Ваше Величество! Сейчас я его!

Маленький капрал подскочил ко мне и уже занес ногу, чтобы врезать мне по колену, но его остановил звучный голос от двери:

— Отставить, капрал. Прекратите сейчас же.

В камеру, шурша соломой (у них что, переизбыток соломы, что они всюду ее натаскивают?) вошел король Гедеон, весь такой прямой, величественный… За ним протиснулся принц, тараща на меня глаза. Мальчик, видимо, никогда в жизни не видел 'предателей и убийц'.

— Да, Ваше Величество! — вытянулся капрал.

Гедеон подошел ближе, обошел стул и стал самолично отвязывать меня. Капрал посинел, но смолчал. Гедеон, отбросив веревки в угол, стал передо мной, озабоченно вглядываясь в мое лицо.

— Ваше счастье, Грейфус, что вы не били его. — Процедил король. — Какого черта вы сажаете в камеру людей, даже не выдвинув обвинения?

— Ваше Величество, я не хотел давать злодею шанс убежать или предупредить своих сообщников… Ваше Величество, — он был похож на мерзкую крысу, когда так вот унижался, причем делал это по своей воле, ибо король не требовал от него кланяться при каждом слове, — Ваше… я могу доказать, у меня есть свидетели. Предательство скрывается совсем рядом с троном.

— Что ты имеешь… — начал было король, но я перебил его.

— Скажите, что с моим племянником!

Принц отскочил и вжался в стену, пачкая шитый серебром камзольчик. Король вопросительно посмотрел на капрала.

— С ним все в порядке, его усыпили, он сейчас в другой темнице, он дрался и нам пришлось… немного стукнуть его по голове. Но это не опасная рана, вы же знаете, на дурачках все заживает, как на собаках…. - забормотал Грейфус, и мне даже стало его немного жаль. Совсем немного — как крысу, которую скоро сожрет большой и опасный кот. Кот по имени Оливер.

Или кот по имени Вито, но это уже не суть важно.

— Капрал, поясните, что вы говорили о предательстве у трона? — спросил король

Несчастный капрал пустился в объяснения. Из его путаной речи я понял, что за мной, а также за Вито следили его люди. Они видели, как мы встречались, а потом капрал самолично опросил стражников, отмечавших победу в том трактире, и записал с их слов что Вито и я высказывали изменнические мысли. Король выслушал все это дерьмо, не моргнув глазом, я тоже молчал, только разминал руки, затекшие в веревках. Но принц выдал лицом всю гамму чувств. Особенно меня насторожила радость, вспыхнувшая на его лице, когда капрал упомянул Вито.

— Понятно, — подвел итог Гедеон и посмотрел на меня. — Что скажете, Персперо?

— Просперо, Ваше Величество, — невозмутимо поправил его я, и капрал от такой наглости дернулся.

— Простите, Просперо, — так же невозмутимо извинился король и поднял бровь, — так что вы скажете?

— Скажу, что эта самая охренительнейшая чушь, охреневающая еще больше потому, что из-за нее старого больного человека и его слабоумного племянника вытащили ночью из постелей, избили и приволокли в тюрьму.

Король оценил мой простонародный пассаж, кивнув.

— Но… есть же свидетели, папа… — ломающимся голосом пропищал принц из угла, куда вжался, когда капрал начал перечислять наши с Вито злодеяния. — Они дадут показания, почему ты не хочешь выслушать их?

— А кто тебе сказал, что я их не выслушаю? — ответил король, посмотрел на меня и приказал: — Капрал, переведите его в помещение для стражников. Выделите отдельную комнату, дайте поесть, попить, все, что он попросит. У дверей поставьте стражу.

Я, при всем идиотизме ситуации, прекрасно понимал Гедеона. Будь я на его месте, каким бы ни было натянутым обвинение, проверил бы сначала все, прежде чем отпускать 'невинных' старичков. Так вот, если вдуматься — захоти я, то ведь действительно мог убить его на месте.

Капрал, совершенно не испытывая счастья по поводу приказа, тем не менее, его исполнил. Он даже согласился отнести часть моего ужина в камеру Рэда, и я чуточку успокоился, зная, что у моего ученика утром, когда тот проснется, будет кусок мяса и хлеб, чтобы зажевать свою тревогу. Также я попросил одного из стражников, охраняющих меня, чтобы, как только Рэд очнется, ему сообщили, что со мной все в порядке. Мне стоило только представить, что был способен устроить этот буйный медведь, вбив себе в голову, что мне грозит опасность — и становилось немного не по себе. Чтобы Рэд поверил словам охранника, я наказал передать кодовые слова. Стражник немного удивился, но покивал головой, и до самого утра стоял, повторяя шепотом фразу 'Двадцать восемь обезьян делят сто один банан'. Сложность была в том, что она была на другом, неизвестном ему языке, но он справился.

Утром меня посетили главные люди королевства.

Я как раз заканчивал свою трапезу, когда дверь без предупреждения открылась. Сначала в комнату вошел король, оглядел ее придирчиво, но остался доволен. Из окон не дуло, камин исправно горел, на кровати была перина, и стоял рядом столик с едой, а значит, удобствами меня обеспечили. Следом появился принц, который тут же спрятался за отца. Когда Гедеон закончил осмотр, он тихо сказал что-то в коридор. Появись два стражника, внесли кресла, четыре штуки, и я, все еще стоя в поклоне, стал гадать, кого же на них посадят.

— Доброе утро, сударь Просперо, — поприветствовал меня король, жестом разрешая меня разогнуться. — Хочу сначала сообщить вам, что с племянником вашим все в порядке. Он поел и сейчас пытается ложкой выкопать дыру в полу для побега.