Истинные цвета - Мортман Дорис - Страница 38

– Я думаю, это будет неплохо, – рассеянно проговорила она.

– Это покроет ваши расходы на год вперед. – Джулиан протянул ей чек.

Цифра ее ошеломила.

– Нет, я не могу… я не возьму… – запротестовала Изабель.

– Можете, можете. Вернее, даже должны. – Улыбка Джулиана говорила о том, что он знает, что для нее лучше. – Поезжайте домой, Изабель, туда, где вашей музе будет уютно, а ваш талант станет расцветать пышным цветом.

Взгляд Изабель между тем был прикован к Паскве Барбе, который по-прежнему пристально смотрел на нее. Рука ее сжала чек, дававший ей возможность спокойно работать. Спустя несколько часов Изабель подписала контракт с Рихтером, а через два дня уехала из города.

В этот день воскресное издание «Нью-Йорк таймс» в разделе «Искусство и развлечения» поместило статью о галерее Рихтера, в основном посвященную Изабель, и снимок, где она была запечатлена вместе со своим первым покупателем, известным коллекционером Филиппом Мединой.

Разыскивая Изабель, Филипп позвонил Скай и узнал от нее, что Изабель сейчас в творческом отпуске и некоторое время ее в Нью-Йорке не будет.

Налив бокал бренди, Джулиан Рихтер поздравил себя с успехом. Конечно, нельзя приписать все себе – кое-что следует отнести и на долю этого Пасквы Барбы – но так или иначе, Изабель благополучно прибыла в Санта-Фе, где будет находиться вдали от людей, которые могут на нее как-то влиять, назначать ей свидания или причинять боль.

На другом конце города Нина Дэвис, читая статью в «Нью-Йорк таймс», постепенно приходила в бешенство. В то время как ее собственная звезда застряла на «Шестой странице», звезда Изабель уверенно восходила все выше и выше. «Подает большие надежды… одно из открытий нынешнего сезона… украшение коллекции Медины». Каждая фраза вызывала у Нины вспышку гнева. В ярости она скомкала газету и швырнула ее в угол.

Глава 14

1978 год

Нине порядком надоело прозябать в безвестности на «Шестой странице» и стряпать сенсации для бульварной прессы, и она принялась просматривать вакансии. Прошел не один месяц, прежде чем ей на глаза попалась заметка, в которой говорилось, что компания «Сиско комьюникейшнз» собирается ставить телевизионное шоу под названием «Свои люди» со знаменитостями. Шоу предрекали шумный успех. Не использовать такую блестящую возможность было по меньшей мере глупо.

Получив в ответ на каждый из четырех телефонных звонков неизменное «Мистер Медина в данный момент занят, он перезвонит вам позже», Нина не на шутку встревожилась: может, место уже занято?

Нет, сказала она себе. Иначе в статье непременно упомянули бы имя счастливчика. Кроме того, Нина так надоела секретарше Медины, что та непременно сообщила бы ей об этом, только бы избавиться от докучливой просительницы.

Узнав, что Медина обычно проводит уик-энды в собственном доме, Нина постаралась раздобыть сведения о его планах на предстоящие выходные. Ее заверили, что Медина будет у себя дома. Тогда она позвонила на площадку для игры в гольф под названием «Мейдстоун» и, назвавшись его секретаршей, попросила указать ей точное время игры и имена четырех его партнеров по гольфу.

Мысленно поблагодарив своих родителей, наградивших ее довольно высоким для женщины ростом, она натянула поношенные джинсы, спортивный свитер огромного размера и упрятала под грязную бейсболку светлые кудри, скрыв таким образом малейший намек на женственность. Надвинув кепку на глаза и мысленно твердя себе, что цель оправдывает средства, Нина отыскала боковой вход на площадку и направилась прямо к будке со спортивным инвентарем.

Она прекрасно понимала, что распорядитель игры и главный кадди вышвырнут ее вон, если она посмеет обратиться к ним с просьбой, и потому решила прибегнуть к давно испытанному способу. Отловив в сторонке подносчиков сумок для клюшек, она назвалась репортером (что почти соответствовало действительности) и заявила, что ей необходимо взять эксклюзивное интервью у Филиппа Медины. Предложив каждому из ребят по пятьдесят долларов, она попросила, чтобы ее поставили вместо кадди мистера Медины. Парни согласились. Нина влезла в белый комбинезон – униформу мальчиков, подносящих клюшки для гольфа, – встала за Руфусом (вторым в шеренге кадди) и последовала за ним к первой метке. К счастью, распорядитель был занят с первой четверкой и не обратил на нее никакого внимания.

Игроки уже преодолели несколько лунок. Как только Нина удостоверилась, что они достаточно удалились от будки с инвентарем и ее уже никто не сможет задержать и выдворить с площадки, она тотчас сбросила тяжелые сумки с клюшками на землю, сорвала с головы бейсболку и тряхнула золотистыми кудрями.

– Мистер Медина, я Нина Дэвис, – представилась она. – Я совсем не хотела испортить вашу игру, но мне необходимо переговорить с вами по поводу вакансии в «Своих людях».

Трое партнеров Медины, раскрыв рот от такой наглости, застыли на месте. Медина насупился. Тогда Нина торопливо продолжила:

– Я вам подойду, поскольку умна, расторопна, настойчива. У меня прекрасная память. Я иду по следу как борзая. Я раскопаю любую историю, как бы ее ни старались скрыть, и добуду любые доказательства. Одно то, что я стою здесь перед вами, свидетельствует о моих высоких профессиональных качествах.

Ни один мускул не дрогнул на лице Медины.

– О'кей. Вы вправе сердиться на меня за то, что я выбрала не совсем подходящий момент для встречи, но, откровенно говоря, играете вы не блестяще, так что вам ничего не стоит ненадолго прерваться. – Она улыбнулась. Он смотрел на нее холодно и сурово. – Вы должны поверить мне на слово – ведь я пробралась сюда только затем, чтобы изложить свою просьбу.

Нина коротко пересказала свое резюме, чуть-чуть приукрасив достоинства и смягчив недостатки. Медина по-прежнему хранил молчание.

– Да, сегодня я выгляжу не лучшим образом, мистер Медина, но, право слово, я довольно миловидная женщина. Кстати, я неплохо фотографирую. – Красноречие ее иссякло, а наигранная бравада улетучилась. – Прошу вас, дайте мне шанс.

Медина отвернулся от нее, наклонился, вытащил из сумки клюшку с железной головкой и установил мяч для удара.

– И я вам этот шанс предоставлю, – сказал он, резко размахнувшись. – Вполне возможно, что из вас получится неплохой репортер, но, если честно, кадди из вас никудышный. На чаевые не рассчитывайте.

С этими словами он ударил клюшкой по мячу. Мяч приземлился на лужайке у третьего «пара», в четырех футах от метки. На место Нины заступил настоящий кадди, и Медина протянул ей визитную карточку.

– Позвоните в понедельник моему секретарю. Мы назначим время для пробы. – Он окинул ее внимательным взглядом с ног до головы, не упуская ничего – ни мокрой от пота бейсболки, ни смятого комбинезона, ни перепачканных кроссовок. Рот его скривила многозначительная усмешка. – И закажем столик в ресторане.

Обед с Филиппом Мединой в «Ле Сирк» явился для Нины пропуском в высший свет. Это все равно что получить пригласительный билет на седьмое небо.

– Надеюсь, оценка, которую вы дали своим талантам, столь же объективна, как и ваше резюме относительно собственной внешности. – Филипп улыбнулся, небрежно скользнув глазами по лицу своей собеседницы: золотистые волосы, мягко спадающие на открытые плечи, дымчато-серые глаза, пухлые щечки, округляющиеся от улыбки, чувственные губы, предлагавшие абсолютно все.

– Вы не будете разочарованы, мистер Медина, – отозвалась Нина, с радостью отметив про себя его заинтересованный взгляд.

Медина рассказывал ей какие-то сплетни из жизни знаменитостей, но Нина слушала его вполуха. Голова слегка кружилась от выпитого вина и светского великолепия, но ее волновало только одно: что ей делать с этим знаменитым джентльменом, когда вечер подойдет к концу? Впрочем, как бы Нину ни привлекала мысль о близости с Филиппом Мединой, даже ее затуманенный винными парами мозг не мог не признать, что переспать с боссом в первый же день заключения контракта по меньшей мере глупо.