Истинные цвета - Мортман Дорис - Страница 87

– Да, я был там, ну и что? – На лбу Джулиана выступил пот. – Я остановился в отеле, как десятки других постояльцев. И зашел к ней в комнату, чтобы обсудить вопрос о своей галерее.

– Ты забываешь, что твоему нападению была свидетельница. – Изабель трясло от волнения и ярости. – И свидетельницей была я, Джулиан. Я была там, в той самой комнате. Я видела тебя.

Остолбенев, Джулиан вытаращил на нее глаза.

– Я видела тебя, – зловеще повторила Изабель.

– Нет, – прошептал он, недоверчиво качая головой. – Ты не посмеешь.

– Посмею, Джулиан. Я собираюсь добиться твоего ареста и привлечения к суду, на котором выступлю свидетелем. Я расскажу им все, что видела!

– Тебе никто не поверит.

– У меня есть кольцо с твоими инициалами, а горничная повторит свой рассказ. Более того, у меня есть свидетельство Греты о твоем необычном поведении, заявление Ксавьера и наброски, которые я передала в полицию.

Джулиан расхохотался. От его смеха Изабель бросило в дрожь.

– Психолог, служанка, которая видела неизвестно кого в темноте двадцать семь лет назад, и моя полоумная жена, которая настаивает на разводе, свидетелями являться не могут. Твой рассказ очень убедителен, Изабель, но кто ему поверит?

– Все поверят, потому что признание вины написано на твоем лице.

– А на твоем лице уже много лет написан страх. И что с того?

С этими словами Джулиан надвинулся на нее, схватил за руку и вывернул ее. Изабель ощутила его горячее зловонное дыхание. Главное теперь – сохранять спокойствие. Более того, ей удалось вывернуться. Джулиан тотчас снова бросился на нее, но она резко отступила и закричала. Впрочем, тут же поняв, что никто не придет ей на помощь, она не разбирая дороги бросилась вниз по лестнице. Джулиану удалось-таки схватить ее за руку. Изабель споткнулась, к тому же он наступил на длинный шлейф ее платья, и рухнула на холодный каменный пол.

Убийца матери склонился над ней и зажал ей рот рукой, но она все-таки успела крикнуть.

Нина отчетливо слышала крик. Замерев возле лестницы, она прислушалась. Второй раз крик раздался со стороны старой башни. Любопытство вынудило ее направиться туда; главное – держаться в тени и идти на цыпочках.

Нина выглянула из-за угла и поняла, что журналистское чутье ее не подвело: мужчина навалился на женщину сверху, она, по всей видимости, сопротивлялась. И вдруг женщина закричала – но не в порыве страсти, а от боли. Мужчина ударил ее по лицу. Нина тотчас отступила в тень.

– Ты не посмеешь сказать об этом, – выдохнул он.

– Мне и не надо. Потому что все знают…

Несмотря на то что женщина говорила сдавленным голосом, Нина узнала в ней Изабель. В этот момент мужчина повернулся в профиль. Джулиан Рихтер!

Нину обдало жаркой волной, в голове лихорадочно завертелись противоречивые мысли.

Не лучше ли ей потихоньку спуститься вниз, слиться с толпой приглашенных и притвориться, что она ничего не знает?

Можно, конечно, побежать на поиски Филиппа, но к тому времени, когда он придет на помощь, Изабель, видимо, будет мертва.

Попробовать остановить Джулиана? Она смертельно рискует. Судя по всему, Рихтер способен на все.

И тут Изабель снова закричала. Нина в ужасе вздрогнула и поняла: помедли она еще секунду – и Изабель погибнет.

Филиппа подташнивало от волнения. Что-то было не так. Он оставил гостей и стал расспрашивать прислугу о местонахождении Изабель или Джулиана. Кто-то на кухне сказал, что Джулиан метался в поисках туалета.

– Он сказал, что у него расстроен желудок, и попросил лекарства. Я пошел к сеньорите де Луна. Она обещала принести.

Филипп опрометью бросился из кухни к охраннику, который стоял посреди холла и перекрывал южную лестницу.

– Вы видели сеньориту де Луна? – спросил он у Кроуфорда.

– Она наверху, мистер Медина. Пошла за каким-то лекарством. – Он взглянул на часы. – Впрочем, что-то она задерживается. – Кроуфорд тут же вызвал по рации напарника. – Томпсон говорит, что она не спускалась.

– Она поднялась по лестнице? – обливаясь холодным потом, крикнул Филипп, указывая в сторону холла.

– Нет, сэр, она прошла там.

Филипп взглянул через плечо Кроуфорда на портал. Наверху лестница раздваивалась.

– По какой она пошла?

– Если честно, сэр, я не знаю, – признался Кроуфорд.

Луна вышла из облаков. Мистический синий свет наполнил башню. Критическая ситуация всколыхнула мысли и чувства Нины, привнеся в них удивительную ясность. Женщина, которая боролась за свою жизнь у нее на глазах, была ее сестра, Изабель де Луна.

Словно по волшебству годы противостояния вдруг перестали иметь значение, как и соперничество, предательство, болезненная зависть. Остались только воспоминания о прожитом вместе счастливом детстве. Нина вдруг поняла, что Изабель на ее месте не раздумывая бросилась бы ей на помощь.

– Джулиан! – громко воскликнула она. – Что, черт побери, ты делаешь?!

Рихтер вздрогнул от неожиданности и ослабил хватку. Изабель судорожно вздохнула.

– Убирайся! – в бешенстве закричал Джулиан.

Нина, возможно, и хотела бы, но не могла уйти. Она вдруг оказалась в центре кошмара, который всю жизнь мучил Изабель. Неизбывная, жуткая синева. Олицетворением этого кошмара был мужчина, который всей тяжестью навалился на Изабель и крепкой рукой сжимал ее горло.

– Это ты убил Альтею, ублюдок!

Джулиан взревел как раненый зверь и ринулся было к Нине, но побоялся выпустить Изабель.

Нина решила вынудить его броситься на нее. Она приблизилась и рассмеялась ему в лицо нахальным, саркастическим смехом.

– Я всегда говорила, что такое – я имею виду ты, Джулиан, – может присниться женщинам только в кошмарном сне.

Она была невероятно близко, и его лицо потемнело от желания добраться и низвергнуть ее.

– Изабель не даст соврать, правда? Речь ведь идет о той ночи. И тогда Изабель было не до смеха, как и теперь!

– Заткнись! – закричал Джулиан. – Убирайся, или я убью ее! – В его голосе прозвучала смертельная угроза.

– Даже если я сейчас уйду, Джулиан, твою задницу уже ничто не спасет, – хладнокровно возразила Нина, моля Бога, чтобы кто-нибудь стал разыскивать Изабель. – Я не семилетняя девочка, которая забудет то, что видела. Я в точности запомню, что ты здесь творил! А когда вернусь в Нью-Йорк, то непременно поведаю об этом в своей колонке и на телешоу. Я всем расскажу о том, что владелец художественной галереи принуждает партнеров к сексу, прежде чем продать их картины. «Рихтер: взгляды на секс» – таков будет заголовок статьи. По-моему, неплохо.

Изабель слабела. Нина тем временем переходила в активное нападение. Она подступала к Джулиану, размышляя над тем, ударить ли его ногой в живот или улучить момент и засадить ему острой шпилькой между ног? А если она тем самым ухудшит положение Изабель? Впрочем, один вид несчастной убедил ее в том, что хуже быть не может.

Нина бросилась к Джулиану, стремясь оторвать его от Изабель. Вцепившись ему в волосы, она царапала его лицо и кричала что было сил.

– Сначала я убью тебя! – воскликнул Рихтер, сжимая кулак.

– Если я не сделаю это первой, – процедила Нина сквозь зубы, нацелившись локтем ему в почки.

Ответом Джулиана был сильнейший удар в живот.

Филиппу понадобилось три минуты на то, чтобы отправить людей на поиски. Сам он в первую очередь проверил кухонную дверь и черный ход. К счастью, обе оказались закрыты.

И вдруг его осенило, что старая лестница прямиком ведет в башню замка. В два прыжка преодолев три марша лестницы, он позвал Изабель. Ответом ему было полное молчание.

Когда он оказался наконец в маленькой комнатке на вершине башни, сердце его оборвалось. Изабель и Нина, обе без сознания, лежали на полу в луже крови.

Пако сидел за рулем своего автомобиля, размышляя, не уехать ли ему немедленно, когда откуда-то сбоку появился Джулиан. Он вел себя крайне подозрительно, осматривая автомобили в поисках ключей.