Страх Мудреца. Дилогия (ЛП) - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 121

Ну, не совсем семейная реликвия, а древняя вещь, которая относится ко времени начала их рода.

- Это не так уж и странно.

Старые семьи изобилуют семейными реликвиями.

- Тише,- сказал он раздраженно.

- Здесь больше, чем нужно.- Он вылил жидкость в плоскую миску с несколькими грубыми символами, вырезанными вдоль внешней стороны.

Она пузырилась и шипела, наполняя воздух слабым, едким запахом.

Он слил жидкость на сковороду над свечами.

Туда он добавил сухого листа, щепотку чего-то еще и меру белого порошка.

Он добавил, плеснув жидкости, как я предположил, просто воды, перемешал и вылил результат через фильтр в чистый стеклянный пузырек, закрыв его пробкой.

Он протянул пузырек поближе ко мне, чтобы я увидел: прозрачная янтарная жидкость с небольшим зеленоватым оттенком.

- Теперь идите.

Напомните ему, что выпить необходимо все.

Я взял тёплый флакон.

- Что же это за реликвия?

Кадикус омыл руки в фарфоровой миске и потряс ими для просушки.

- Я слышал, что в самой старой части земель Лаклессов, в самой старой части их наследственного домена, есть секретная дверь.

Дверь без ручки или петель.- Он наблюдал за мной, чтобы удостовериться, что я весь во внимании.

- И нет способа её открыть.

Она заперта, но в то же самое время, незаперта.

Никто не знает, что находится на другой стороне.

Он кивнул в сторону флакона в моей руке.

- Теперь вручите это Маеру.

Будет лучше, если он выпьет ее, пока она теплая. - Он проводил меня до двери.

- Приходите завтра.- Слегка ухмыльнулся он.

- Я знаю историю о Менебрасах, которая превратит ваши рыжие волосы в белые.

- О, только я работаю над одной семьей за один раз,- сказал я, не желая рискнуть увязнуть в бесконечных дворцовых сплетнях.

- Две - это максимум.

Сейчас я работаю над Алверон и Лаклесс.

Я не могу заставить себя начать третью также как хорошо, как остальные. - Я выжал пресную улыбку.

- Я могу себя запутать.

- Это позор,- сказал Кадикус.

- Я немного путешествую, вы видите.

Многие из благородных домов стремятся принять у себя собственного арканиста Маера. - Он бросил на меня лукавый взгляд.

- Это делает меня причастным к довольно интересным фактам.- Он открыл дверь.

- Подумайте об этом.

И нанесите мне визит завтра.

И у меня будет больше информации про Лаклессов в любом случае.

Я был у дверей в комнаты Маера прежде, чем у пузырька был шанс охладиться.

Стейпс открыл дверь на мой стук и провел меня во внутренние помещения Маера.

Маер Алверон спал в том же положении, в котором я его и оставил.

Когда Стейпс закрыл за собой дверь, один глаз Маера открылся, и он слабо подозвал меня.

- Ты нарушил мой сон.

- Ваша светлость, я...

Он указал мне снова вперед, резче, на этот раз.

- Дайте мне лекарство,- сказал он басом.

"Затем оставь меня.

Я устал.

- Я боюсь, что это весьма важно, ваша светлость.

Оба глаза открылись, и тлеющий гнев всё еще был там.

- Что?- отрезал он.

Я двинулся в сторону кровати и наклонился.

Прежде чем он смог возразить моей наглости, я прошептал, - Ваша светлость, Кадикус отравляет Вас.

Глава 60

Инструмент мудрости.

Глаза Маера расширились в ответ на мои слова, а затем снова сузились.

Даже на пике своей немощи, ум Альверона был остр.

- Ты был прав, сказав это скрытно и тихо, - сказао он.

- Ты вступил на скользкий путь.

Но говори, я выслушаю тебя.

- Ваша светлость, я подозреваю, Трепе не упомянул в своем письме, что я кроме того что музыкант, еще и учусь в Университете.

Глаза Маера выразили неприязнь.

- Какой университет?- спросил он.

- Университет, ваша светлость,- сказал я.

- Я член Арканума.

Алверон нахмурился.

- Ты слишком молод, чтобы делать такое заявление.

И почему Трепе забыл упомянуть про это?

- Вы не искали арканиста, ваша светлость.

И есть определенное клеймо, повешенное на такого рода исследователей на Дальнем Востоке.- Это было самым близкое, что я мог сказать, похожее на правду: винтийцы суеверны до идиотизма.

Маер медленно мигал, выражение его лица ожесточилось.

- Очень хорошо,- сказал он.

- Создай какое-нибудь волшебство, если ты тот, за кого себя выдаёшь.

- Я лишь обучающийся арканист, ваша светлость.

Но если вы хотите увидеть немного магии... - Я посмотрел на три лампы на стенах, облизал пальцы, сконцентрировался и ущипнул фитиль свечи стоящей у него на тумбочке.

В комнате потемнело, и я услышал его испуганное дыхание.

Я достал своё серебряное кольцо, и через мгновение оно начало светить серебристо-голубым светом.

Мои руки похолодели, а у меня не было источников тепла, кроме моего собственного тела.

- Ты сделал это, - сказал Маер.

Если он и нервничал, то в его голосе не было никакого намека на это.

Я прошагал через всю комнату и распахнул оконные ставни.

Солнечный свет залил комнату.

Запахло цветами селаса, раздались птичьи трели.

- Я всегда считал, что воздух помогает от любых недугов, хотя другие и не согласны. - Я послал ему улыбку.

Он не вернул ее.

- Да, да.

Ты очень умён.

Иди сюда и садись.- Я так и сделал, взяв стул возле его постели.

- Теперь объяснись.

- Я рассказал Кадикусу, что я составляю сборник рассказов о благородных домах,- сказал я.

- Удобный предлог, так как он также объясняет, почему я проводил время с вами.

Выражение лица Маера оставалось мрачным.

Я видел пятна боли в его глазах, как облака, проходящие перед солнцем.

- Доказательство того, что ты опытный лжец вряд ли подходит для того, чтобы заслужить моё доверие.

Холодный узел начал завязываться в моем животе.

Я предполагал, что Маер примет правду более легко, чем это оказалось на самом деле.

- Именно так, ваша светлость.

Я солгал ему, и я говорю вам правду.

Так как он думал, что я не более чем холостой молодой лорд, он позволил мне смотреть, как он делал ваше лекарство. - Я поднял янтарный флакон.

Солнечный свет преломился в радугу на стекле.

Алверон оставался неподвижным.

Его обычно ясные глаза затуманились от замешательства и боли.

- Я просил доказательств, а ты рассказываешь мне историю.

Кадикус был верным слугой на протяжении десятка лет.

Тем не менее, я выслушаю то, что ты скажешь. - Его тон подразумевал, что это будет короткое, недоброе внимание.

Он протянул руку за флаконом.

Я почувствовал, как маленькое пламя гнева загорелось внутри меня.

Это помогло облегчить холодный страх, поселившийся в моем желудке.

- Ваша светлость хочет доказательств?

- Я хочу моё лекарство! - отрезал он.

- И я хочу спать.

Пожалуйста, да...

- Ваша светлость, я не...

- Как ты смеешь прерывать меня? - Алверон изо всех сил пытался сидеть прямо в своей кровати, его голос неиствовал.

- Ты заходишь слишком далеко!

Выметайся сейчас же, и я буду по прежнему считать твои услуги сохраненными за тобой. - Он дрожал от ярости, а его рука по-прежнему тянулась за флаконом.

Наступил момент тишины.

Я протянул пузырек, но не успел он схватить его, я сказал: - Вас недавно вырвало.

И рвота была молочно-белой.

Напряжение в комнате резко возросло, но Маер лежал неподвижно, когда он услышал то, что я сказал.

- Ваш язык чувствует себя толстым и тяжелым.

Ваш рот сух и наполнен странным, острым вкусом.

У вас тяга к сладкому, на сахар.

Вы просыпаетесь среди ночи и находите, что вы не можете ни двигаться, ни говорить.

Вы поражены параличом, с коликами и беспричинной паникой.

Пока я говорил, рука Маера медленно отодвигалась от флакона.

Выражение его лица было уже не яростным и гневным.