Звёздный дар - Абердин Александр М. - Страница 27

Сергей вслед за отцом Феоктистом перекрестился на образа и пошел за ним, ощущая, как в к нему приходит какое-то облегчение. Внучку он уже отправил к сестре и теперь после разговора со своим духовным наставником его уже ничто не страшило, подойдя к двери, отец Феоктист легонько толкнул её и сразу же заложил руки за голову. Сергей последовал его примеру. В небольшом дворике уже находилось человек пять спецназовцев и трое офицеров контрразведки, один из которых, майор, покрутив головой с удивлением сказал:

— Ты только посмотри, какие сознательные подозреваемые пошли. Даже никаких попыток к бегству не предпринимают.

Полковник Рязанцев пожал плечами, сам подал руки спецназовцу, чтобы тот надел на него наручники, и спросил:

— А какой в этом смысл? Всё равно ведь догонят.

— Ну, а что же ты тогда с повинной не пришел и не сознался, полковник, раз ты такой сознательный? — Язвительно поинтересовался майор и натянуто улыбнулся — Так было бы ещё проще.

Полковник Рязанцев усмехнулся и сказал, шагая к микроавтобусу, в который уже посадили отца Феоктиста:

— Добровольное признание смягчает вину, но не освобождает от наказания, майор, так что поехали, допросишь меня, как полагается и дело с концом. В тюрьму, так в тюрьму, к стенке, так к стенке. В общем, как Господь распорядится, так оно и будет.

— Ну, ну, посмотрим, что ты начнёшь плести на допросе, верующий ты наш. — Угрюмо проворчал капитан с широкими плечами и шрамом над правой бровью — Ты хоть понимаешь, что ты натворил, полковник? Ты же против всего человечества пошел.

— Всё в руках Господних, капитан. — Спокойно ответил ему полковник Рязанцев — Если бы не воля Господня, то генерал Медведь погиб бы через три секунды после того, как сработала моя схема, а раз он не погиб, то стало быть суждено ему теперь долететь до Дара Небес и привести его на Землю. Ну, поехали что ли?

Генерал Медведь сидел в кабинете маршала Свирского и пытался тихо и мирно договориться с ним на счёт хотя бы ещё нескольких тренировочных полётов, но тот не хотел ничего слышать и всё время старался свести всё к шутке. Он уже хотел было пустить в ход последний свой козырь, якобы имеющуюся у него недоработку по части пилотажа на вертикалях, как на столе маршала зазвенел телефон. Тот взял трубку и поскольку у неё была громкая мембрана, услышал, как секретарь доложил:

— Товарищ маршал, с вами хочет срочно встретиться полковник Медведь, говорит, что это очень важно.

— Ну, так впусти его! — Сердито отозвался маршал Свирский и проворчал — Беда просто с этой семейкой. Всё у них важное.

Данила-мастер вошел в просторный, старомодно обставленный кабинет строевым шагом, но у стола, сняв фуражку, поздоровался совсем не по уставному:

— Здрасьте, дядь Борь, я вот с чем к вам пришел. — Данила подсел к столу и положил перед маршалом небольшой электронный блок размером с костяшку домино — Вот эта штука должна была заставить на нашей «Тушке» переключить топливные насосы на форсаж и одновременно с этим вырубить двигатели. Потом, сами понимаете, автоматически начался бы пожар, а за ним взрыв. Всё это было запрограммировано полковником Рязанцевым, но этого почему-то не произошло. Почему именно, дело пятое. Меня в этом всём интересует только одно, — полковник Рязанцев это самый настоящий гений, который сумел создать за счёт применения стандартных аппаратных средств очень сложную программу, которая должна была взорвать нашу «Тушку».

— Поменьше бы таких гениев и людям жилось бы намного спокойнее, Данила. — Со вздохом сказал маршал — Читал я протокол допроса этого полковника и его дружка-попа.

Они на допросе только тем и занимались, что каждый хотел взять ответственность на себя. Одному видение с голосом было, другой посчитал, что он просто был обязан вас угробить и, что самое главное, оба ничего не боятся и готовы хоть к стенке стать, хоть на костёр взойти. В общем одно слово, фанатики.

Данила возбуждённо воскликнул:

— Да, не фанатик он, дядь Борь, а вполне нормальный мужик! Я с ним сегодня часа три разговаривал и так скажу, вам нужно заменить им майора Игнатьева, хотя он отличный бортинженер, но не гений. Полковник Рязанцев хотя и всего лишь инженер-электронщик, в самолётах и прочей технике раз в сто лучше него, да, и меня разбирается. Если мне, чтобы разобрать и потом собрать что-нибудь хотя бы отвёртка нужна, то он что угодно отремонтирует голыми руками. Вот в этом блоке он такого напаял, что когда электронщики его разобрали, то за голову схватились. В общем я вам так говорю, этот полковник, — гений и он нам нужен в этом полёте ещё и потому, что способен разобраться в чём угодно даже не имея чертежей и схем под рукой.

Поэтому его нужно забирать из контрразведку и включать в отряд вместо майора Игнатьева и нам очень повезёт, если он согласится.

Маршал Свирский привстал над столом и крикнул:

— Полковник Медведь, вы хотя бы представляете себе, что вы от меня требуете? Как я могу послать преступника в космос? Кто мне это позволит?

— Ну, тогда я пойду к президенту, товарищ маршал. — Упрямо стоял на своём Данила-мастер — Да, поймите же вы, наконец, Сергей Васильевич золото, а не мужик, ну, а то, что отец Феоктист молится за него Богу и берёт всё на себя, тоже не стоит сбрасывать со счетов. Я и с ним разговаривал. Кстати, по мнению полковника Рязанцева нас спасло только чудо. Наши электронщики, когда во всём разобрались окончательно, тоже так считают. Переделанные им мозги сработали ровно наполовину.

Двигатели отключили, а насосы не врубили на всю мощь, после чего сдохла вся электроника, но я с ней быстро разобрался. Мы с полковником на эту тему почти час говорили и он показал мне, как можно было вообще исправить всё за десять минут.

Отец, видя такую убеждённость сына, сказал:

— Петрович, а может быть послушаем Данилу и поговорим по душам с этим полковником? Ну, подумай сам, что если этот парень действительно так разбирается в железе, что ему даже Данила-мастер завидует, может это серьёзно. Ты же знаешь, как он любит ниспровергать авторитеты, а тут чуть ли не соловьём заливается. В конце концов о том, что полковник Рязанцев устроил эту диверсию, знает лишь считанное число людей и в их число не входят ни президент, ни министр обороны.

Раз так, то давай возьмём этого парня, отвезём в Кремль и там во всём разберёмся.

Мне майор Игнатьев тоже не очень-то нравится, как бортинженер. Мужик он, конечно, грамотный, в технике разбирается мне на зависть, но всё-таки не гений, хотя и доктор технических наук.

Маршал Свирский, поворчав для приличия, распорядился, чтобы к нему немедленно доставили полковника Рязанцева. Пока они ждали арестованного, Данила-мастер, который пришел, как всегда, с ноутбуком, показал им ту схему, которую смастерил для диверсии полковник. Он быстро доказал это отцу и маршалу Свирскому, что пойди всё так, как это запланировал полковник, у них не было бы ни одного шанса спастись. Вскоре привели полковника и маршал, смерив его суровым взглядом, сказал:

— Присаживайся, диверсант. — Конвоиру он приказал — Оставьте нас, майор.

Полковник Рязанцев никуда не сбежит и, вообще, забудьте, что вы его арестовывали.

— Да, майор Колыванов, об этом лучше не вспоминать и вот ещё что, освободите из-под стражи отца Феоктиста, возьмите с него подписку о невыезде и отвезите домой. — Немедленно прибавил к приказу маршала своё распоряжение полковник Медведь и прибавил — На свободе от него будет гораздо больше пользы для проекта «Звёздный Дар». Он не опасен, но на всякий случай приставьте к нему несколько человек, чтобы они его незаметно охраняли. Незаметно для других.

Полковник буркнул хмурым голосом:

— С чего это вы так добры? Я же во всём признался.

Майор Колыванов, взяв под козырёк, кивнул головой и вышел из кабинета, а маршал Свирский, указав полковнику на стул, стоящий напротив генерала Медведя, сказал:

— Присаживайся, Сергей Васильевич. Тут ведь вот какая петрушка получается.