Охотницы за мужьями - Картленд Барбара - Страница 31

Она говорила так страстно, что герцог был даже озадачен. Все-таки он попытался как-то урезонить ее.

— Любовь иногда приходит и после официальной женитьбы. Вы узнаете его получше и…

— Он отвратителен! — вскричала Андрина. — Я не могу… даже позволить ему… прикоснуться ко мне!

— А он прикасался к вам?

Этот вопрос герцог задал с неожиданным интересом.

— Он поцеловал меня в плечо… и в шею… — стыдливо призналась Андрина. — Я никак не могла вырваться от него.

Ужас, охвативший Андрину при этом воспоминании, не мог оставить герцога равнодушным. Казалось, он готов немедленно растерзать наглого лорда Кроухорста.

Однако он сдержал свои эмоции и произнес сухо:

— Вам постоянно удается попадать в сомнительные ситуации, вроде той, какая была у нас с вами в придорожном трактире.

— Но там… все было по-другому…

— Почему же? — удивился герцог.

Она не могла ему ответить, потому что сама не знала, почему не была так напугана, когда он поцеловал ее.

Конечно, в той ситуации ею овладел и страх перед возможным насильником, и удивление, но в то же время странное и волшебное удовольствие, когда его губы коснулись ее губ.

Понимая, что продолжать дальнейший разговор очень опасно, Андрина собралась с силами и поднялась со стула.

— Не поблагодарите ли вы, ваша светлость, эрла Кроухорста за любезное предложение и не сообщите ли ему, что я не могу его принять?

— Вы точно уверены, что поступаете правильно? — пристально посмотрел на нее герцог. — У вас было слишком мало времени на размышления. По-моему, лучшего предложения вы в ближайшее время не получите.

— Я абсолютно уверена в том, что сказала. Лучше я останусь старой девой, чем стану женой этого отвратительного человека, — с яростью произнесла Андрина, чувствуя, что мужество возвращается к ней.

— Прекрасно, — сказал герцог. — Я пошлю грума с запиской к лорду Кроухорсту и попрошу его больше не возникать в вашей жизни и не беспокоить вас в будущем.

— Пожалуйста, сделайте это! — взмолилась Андрина. — Я не в силах встречаться с ним.

— Не могу обещать, что такого не случится, — сказал герцог, — но в этом доме он больше не появится. Однако, если вы встретитесь с ним где-нибудь в другом месте, то уж, пожалуйста, не уединяйтесь! Особенно избегайте беседок и темных аллей.

Андрина побагровела.

— Незачем было мне напоминать об этом, ваша светлость!

— А у меня есть привычка запоминать все, что происходит в моем доме, — холодно ответил герцог.

Ей было бы лучше всего сейчас удалиться и оставить его наедине со свежим номером «Таймс», но она вспомнила, что намеревалась поговорить с герцогом о судьбе Шарон.

— Простите, ваша светлость, но я должна сообщить вам о том, что мне не нравится поведение графа Ивана Беркендорфа. Он слишком настойчиво ухаживает за Шарон. Мне он не кажется подходящим мужем для нее. Я буду очень благодарна вам, если вы убедите графа искать себе добычу где-нибудь в другом месте.

— А сама Шарон просила вас говорить со мной на эту тему? — сухо осведомился герцог.

— Нет… конечно, нет, — слегка обескураженно ответила Андрина. — Шарон слишком молода и наивна. А русский граф так обаятелен… Но ей нет смысла тратить на него столь драгоценное время.

— Разумеется, нет, если он ей скучен, — насмешливо согласился с ней герцог.

— Но у нас действительно мало времени. Вашей светлости хорошо известно, что, как только наши деньги кончатся, мы вынуждены будем вернуться обратно в деревню. А до этого Черил и Шарон обязательно должны выйти замуж.

— Как я погляжу, вы серьезно озабочены поисками мужей для своих сестер.

Андрина видела, что герцог насмехается над ней, но попыталась ответить с достоинством:

— Для вашей светлости это, может, и предмет для шуток, но вся наша судьба должна решиться в ближайшие пару недель. Мои сестры так беспечны, что я обязана думать за них.

— И все же вы не готовы пожертвовать своей судьбой ради этих милых беспечных девушек?

Андрина подняла затуманенные слезами глаза. Он не мог не догадываться, как ей сейчас тяжело.

— Да, я знаю, что должна жертвовать многим, но все-таки я не могу сделать то, на чем вы настаиваете.

Герцог неожиданно смягчился.

— Простите меня, Андрина, но я ни на чем не настаиваю. Решение должны принять вы, и я, по-моему, уже сказал вам об этом. Забудьте о предложении лорда Кроухорста и заодно перестаньте суетиться вокруг своих сестер, словно глупая наседка. Вы все трое — молоды и хороши собой. Используйте выпавший на вашу долю шанс. Может быть, завтрашний день принесет вам удачу.

— Вы рассуждаете, как азартный игрок, ваша светлость. — Сказав это, Андрина еще больше покраснела.

— А разве вы, как азартный игрок, не поставили все на карту?

Он улыбался и показался более добрым и расположенным к ней, чем когда-либо раньше.

— Положитесь на меня, Андрина! Если вы доверитесь мне, я решу все ваши проблемы.

— Я доверяю вам, — не колеблясь, сказала Андрина и сама удивилась, как смогла произнести подобную фразу. И тут же добавила, чтобы сгладить впечатление от своего неожиданного порыва: — Я готова извиниться перед вами, ваша светлость, за свою невоспитанность. Я многое говорю необдуманно. Вы очень добры, я не могла на такое надеяться… и стыжусь того, что своими поступками вызвала ваше разочарование.

Герцог опять улыбнулся.

— Да, Андрина, ваше поведение совершенно непредсказуемо. Но что еще можно ожидать от женщины?

Андрина не могла понять смысл последнего его утверждения. Об этом ей предстояло еще подумать перед сном, когда она останется одна в своей спальне.

Сейчас же все ее внимание переключилась на Черил, которая уже, оказывается, вернулась и теперь, стоя перед зеркалом у себя в комнате, взволнованная и разрумянившаяся, развязывала ленты на шляпке.

— Почему ты отсутствовала так долго? — сурово спросила Андрина.

— В парке было так прекрасно, — ответила Черил, все еще погруженная в какие-то свои мысли. — Мы смотрели на уток и лебедей, плавающих в прудах.

— А о чем говорили? — настойчиво расспрашивала Андрина.

— О разном…

Андрине, конечно, не терпелось докопаться до сути, но тут выяснилось, что Черил уже успела дернуть за шнур звонка и вызвать горничную.

Служанка вскоре появилась в комнате, а при ней было неудобно продолжать этот разговор.

Андрина решила отыскать Шарон, но та уже была занята оживленной беседой с леди Эвелин, и так продолжалось весь вечер. Андрине показалось, что Шарон избегает случая остаться с ней наедине.

Ей оставалось только надеяться, что герцог выполнит то, о чем она его просила, и посоветует графу Беркендорфу не тратить свое драгоценное время на ухаживание за Шарон.

Русский дипломат обладал такой привлекательной внешностью и, по слухам, был так умен, что Шарон легко могла влюбиться в него по уши. Но славянское обаяние не в силах было заменить отсутствие средств на содержание будущей супруги.

«Скоро она выкинет его из головы, — мысленно убеждала себя Андрина. — Завтра я поговорю с ней начистоту и заставлю ее заняться герцогом Броксборном.

А если с герцогом ничего не выйдет, — продолжала рассуждать она — то вокруг полным-полно других молодых джентльменов, которые расщедрились на букеты и явно заинтересованы в Шарон».

Теперь, освободившись от лорда Кроухорста, Андрина чувствовала, что грозовая туча, тяготившая ее, уплыла куда-то и она может снова свободно дышать и наслаждаться солнечным сиянием. Ей казалось, что воздух стал прозрачным, теперь ей легче дышалось, и вообще жизнь была прекрасна.

Вечером они снова выезжали на званый ужин, а после были танцы, но герцог не сопровождал их. Так как прием был устроен ради нескольких дебютанток и приглашенных для них молодых людей, Андрина ощутила себя одной из чопорных старых дев, что всегда присутствуют на таких вечерах.

Наблюдая, как безусые юнцы танцуют с Черил и Шарон, она подумала, что со стороны выглядят они очень смешно и напыщенно и что на их лицах не отражается никаких мыслей, кроме желания развлекаться.