Миллионы женщин ждут встречи с тобой - Томас Шон - Страница 48

И еще: способен ли я стать хорошим родителем? За последние годы, изучив этот вопрос сквозь призму мучений отца, я начал понимать, какая это нелегкая задача. В сущности, мой папа был не так плох — скажем, он достойный человек, который по временам становился ужасным отцом. Почему я возомнил, будто сам буду лучше? Скорее всего, у меня возникнут похожие трудности.

Я оказался перед очень сложной дилеммой, и не похоже, что я в силах с ней управиться. В моей голове роятся самые разные мысли, меня одолевают сомнения. Теперь я начинаю подумывать о том, чтобы дать задний ход. Не просить руки Клер. Я не могу. Я просто… не могу!

И вот однажды я болтаю по телефону со своей бывшей подружкой. Бывшие подружки очень хороши для разговоров на щекотливые темы — они тебя знают, понимают и уже бросили. Словом, в состоянии разобраться во всем этом мусоре.

Подружка выслушивает мои сомнения и тревоги, нетерпеливо вздыхает и говорит: «Шон, ты не точная копия своего отца. Гены не определяют нашу судьбу. Ты можешь оказаться другим. Кто знает? Учись на его ошибках. Ты уже кое-чему научился».

В точку! Ну разумеется, она права. Если мой старик был бабником, это еще не значит, что я тоже им буду! И нечего выдумывать себе жалкие оправдания, лишь бы не просить руки Клер. Я, в конце концов, разумный человек и сам решаю, что делать. А свалить всю вину на родителей — слишком легко. Неужели у Гитлера была такая ужасная мать?

И все-таки я медлю. Остаточная тревога, наверное. У меня такое прошлое… имею ли я право брать Клер в жены? В самый ответственный момент моя бывшая добавляет: «Кстати, я тоже встретила любимого. Любовь — прекрасное чувство. Успокойся и наслаждайся жизнью!» Почему-то эти слова меня вдохновляют. Может, со временем я и сам бы вдохновился, но совет подруги очень кстати. Я все решил. Сделаю, что задумал. Попытаю счастья. Буду таким же смельчаком в любви, каким был в обычной жизни: прыгал с парашютом, отправлялся в горячие точки, совершал прочие дурацкие и необдуманные поступки. Я попрошу руки Клер, переборю все свои сомнения…

О боже.

Итак, я снова на крыше. Стоит теплый летний вечер, а я собираюсь с духом и произношу заветные слова:

— Ты выйдешь за меня замуж?

Все ваши дилеммы решены!

Хочу поведать вам историю интернета. Началось все с математика Чарльза Бэббиджа, который родился в Девоншире и…

Шутка.

Она сказала:

Да.

Да!

Да.

Да.

Отлично!

Неужели на этом все? Ну да, почти. Мы с Клер по-прежнему вместе. Она прямо в этой комнате. Вчера мы слегка напились и вовсю зажигали на вечеринке неподалеку от моего дома, и теперь я тихонько работаю на ноутбуке, страдая от похмелья, а она спит в кровати. И храпит. Причем храпит довольно громко, надо сказать. Я уже подумываю о том, чтобы шлепнуть ее журналом по попе — пусть хоть ненадолго замолчит.

Но несмотря на ее храп и мое похмелье, должен признаться: я счастлив. Счастлив, как верблюд, которому подарили новую плевательницу. Счастлив, потому что оно все еще со мной, это чувство в груди. Странно. И здорово. И немного пугающе. Прежде я никогда такого не испытывал — отныне я встал на якорь, зашел в пристань. Я безмятежен и счастлив. Рад, что сделал этот судьбоносный шаг. Все оказалось просто замечательно.

Мы подошли к сакраментальному вопросу. Что я думаю о любви и интернете? Думаю, вы знаете, что я думаю. Это отличная штука. Сеть — революция, новый способ общения и взаимодействия людей, новое слово в социализации. Он даже важнее, чем телефон, и, может быть, важнее письменности или печати. Как и все великие изобретения, его можно использовать во зло, но заложенный в нем потенциал добра и счастья практически неисчерпаем. И www.bez-trusikov.comтут ни при чем.

А как насчет сайтов знакомств? Я от них в восторге. Интернет помог мне найти любовь, и я уверен, что он поможет и вам, и вашему брату — любому человеку. Это, безусловно, прекрасно. Мы все хотим влюбляться, нам необходимо влюбляться, сама природа велела нам влюбляться. А уж как это делать — не важно, лишь бы средство было действенным. Иными словами, искать любовь — это все равно что пытаться залезть на луну. Кому какое дело, поймаете вы такси или поплывете на гондоле?

Главное — туда добраться.

Через несколько недель наступает день Свадьбы.

Нет, не нашей (мы пока только мечтаем о шотландском острове Скай и заброшенной церквушке — там и обслуживание дешевле). Выходит замуж моя бывшая подруга. Та самая, что дала мне последний совет: успокоиться и сделать Клер предложение. Мужчина, в которого она влюбилась, успел за это время попросить ее руки, и теперь они хотят как можно быстрее пожениться. Свадьба будет скромная и тихая, в самой глуши Суссекса.

Клер в этот день занята, и я еду один. Стоит восхитительное летнее утро. Мой поезд сперва проезжает окраины Лондона, а потом вырывается на свободу, в деревню. Я сонно разглядываю проносящиеся мимо пейзажи. Вот какой-то мужчина ставит качели в саду, девочка забирается на пони… коровы, луга, залитые солнцем равнины.

Очень скоро мы прибываем на место — на старый суссекский вокзал, со всех сторон заросший буками. Здесь даже воздух пропитан такой древностью, что кажется, вот-вот из вагона выйдет проводник в жилете и что есть мочи дунет в серебряный свисток, а потом проводит меня к телеге. Но нет, я сажусь в душное такси и еду в крошечную деревенскую церковь.

Она куда симпатичнее вокзала. Аккуратные надгробные памятники заливает солнце. На дорожке, посыпанной гравием, стоит мама невесты в голубой шляпе. Она смотрит на меня удивленно, потом вспоминает, кто я такой, и улыбается (видимо, с облегчением — все могло быть хуже, если б я стал ее зятем). Потом хватает меня за рукав и восклицает:

— Поздравляю! Я слышала, что ты следующий!

Скромно улыбаюсь в ответ. Она поглядывает на крыльцо и беспокойно сцепляет руки: «Я так волнуюсь!» Мы идем в церковь: море смокингов, шляп, плачущих младенцев и родственников, которые обмахиваются программками церемонии. У алтаря стоит жених и ногой выбивает дробный ритм.

Пока я протискиваюсь на место, атмосфера в церкви неуловимо меняется. Точно по сигналу все выгибают шеи в накрахмаленных воротничках на свет, который струится из двери. Я поворачиваю голову и в лучах солнца вижу свою бывшую подружку, очаровательную невесту. Она потрясающе выглядит.

Почему все женщины так прекрасны в этот миг? Дело в белом платье? Нет, тогда бы и простые девушки в белых платьях были так же прекрасны, а неделя отпуска на побережье Испании показывает, что это неправда. Наверно, причина в том, что невеста воплощает всю надежду мира. Когда мы улыбаемся при виде цветущей невесты, мы улыбаемся собственным сокровенным мечтам.

И еще у моей бывшей отличная грудь.

Заметно нервничая, она подходит к алтарю. Жених облегченно улыбается и выдыхает, музыка останавливается, начинается церемония бракосочетания.

О да. Я и забыл, как красива эта церемония — старая, из «Книги общей молитвы».

«Возлюбленные мои, мы собрались здесь, перед лицом Господа, и перед этими людьми, чтобы связать этого мужчину и эту женщину священными узами брака. Союза, зародившегося во времена человеческой невинности…»

Желтые и голубые цветы особенно красивы в солнечном свете. Я мечтательно разглядываю витражные окна.

«Жених, согласен ли ты взять эту Женщину в законные жены? Клянешься ли любить ее и уважать, служить ей утешением в болезни и здравии, в богатстве и бедности, и хранить ей верность, пока смерть не разлучит вас?»

Жених собирается с духом и отвечает. Интересно, где он купил такой галстук? Сзади меня тихонько всхлипывает ребенок.

«Невеста, согласна ли ты взять этого Мужчину в законные мужья? Клянешься ли ты повиноваться ему во всем, любить его и чтить в болезни и здравии, в богатстве и бедности, и хранить ему верность, пока смерть не разлучит вас?»