Женщина его мечты - Хиггинс Долли - Страница 13

— Да… Все это звучит… угнетающе.

— Поверьте, мир вокруг нас достаточно грязен… или, скорее, — поправился Бен, смущенно улыбаясь, — часть мира очень грязна и темна, но к счастью есть и другая — относительно чистая. Полагаю, так всегда было.

Элли во второй раз предложила пудинг, повернувшись к Дэвиду, попросила его наполнить бокалы и, перехватив взгляд Бена, поняла, что тот пытается определить их отношения. Затем снова опустилась на стул, потягивая вино и злорадствуя про себя, что ей удалось поддразнить своего нежданного гостя.

— Но, Бен, — сказала она, — Таня задавала вам другой вопрос, на который вы так и не ответили…

— Я? — Какой-то момент Таня непонимающе моргала, затем вспомнила. — О да, конечно. Я спрашивала, пишите ли вы под своим именем или…

— Нет, — Бен улыбнулся, — я использую псевдоним Джон Парнелл.

Наступило молчание, которое, как показалось Элли, длилось невероятно долго. Позже, возвращаясь мысленно к этому моменту, она поняла, что могла ошибиться. Просто возникшая пауза показалась ей бесконечной, потому что она и Бен смотрели друг на друга не отрываясь.

— Джон Парнелл! Джон Парнелл! — в экстазе повторяла Таня. — У Клайва есть все ваши книги. Раскрасневшаяся от возбуждения она повернулась к мужу. — И это значит… Клайв, ты помнишь тот фильм, что мы смотрели несколько дней назад, который так потряс нас, о пиратах в северных морях? «Властелин моря», кажется так он назывался? Я уверена, что сценарий…

— Я только что собирался сказать это. — Время от времени Клайв пытался сдержать вулканический темперамент жены и сейчас бросил на нее осуждающий взгляд, но скорее из принципа. Он сам обожал детективы. — Черт, вы поразили нас всех, Бен. Мы все просто потеряли дар речи, естественно, за исключением Тани. Трудно представить, что бы могло произвести больший эффект. Но что поразительно! — Он погрозил пальцем хозяйке дома. — Элли, темная лошадка, как ты могла скрыть такую новость от своих друзей? Вы знаете, — он снова обращался к Бену, больше чем к остальным, — мы встречались на прошлой неделе, расспрашивали ее о поездке на восток, а она даже не упомянула, что познакомилась с вами.

— Честно говоря, меня это мало удивляет, я сильно сомневался, что миссис Осборн запомнит эпизод нашей встречи.

Элли удивленно посмотрела на Бена. В его устах это звучало несколько… забавно, ведь забывчивость скорее была его характерной чертой.

— Из рассказов Элли следовало, — продолжал Клайв, — что она работала там не покладая рук, но сейчас выясняется, что у нее было время для светской жизни. Зачем все эти секреты, Элли? Что ты хотела скрыть? Если бы мы знали, кого встретим сегодня, то могли бы захватить с собой книги и получить автограф автора.

Пошел ты к черту, Клайв, ты становишься таким же болтливым, как твоя жена! Но несмотря на недоброжелательную мысль, Элли почувствовала, что краснеет, понимая, что Бен Конгрив достаточно умен, чтобы заметить ее смущение, и одному Богу известно, какие выводы он сделает.

— Если я скажу вам, что представления не имела, что мы встретимся снова, что даже не знала, что он в Англии, вы все равно не поверите мне…

— Боюсь, все же, — покачав головой, Клайв шутливым жестом воздел руки и печально вздохнул, — ты потеряла наше доверие, милочка.

— Что ж, — Элли с трудом выдавила улыбку, не присоединяясь к общему смеху, — мне остается только уповать на Бена. Он подтвердит, что то, что я только что сказала — правда… — Она повернулась к Бену, который к ее досаде, покачал головой с явным сожалением.

— Мне очень жаль, Элли, но я не могу…

— Что?

Брови Элли удивленно взлетели вверх, на секунду ей показалось, что они не понимают друг друга, но затем, заметив улыбку, пробежавшую по его лицу, она почувствовала маленький толчок в области диафрагмы. Он шутит. Подумать только, она совсем забыла эту особенность его характера, надо сказать весьма привлекательную, — способность к розыгрышу, умение пошутить.

Воспоминание, пусть даже такое незначительное, было в данный момент крайне нежелательно. Тем более, что он пристально наблюдал за ней, словно искал решение сложной проблемы, одновременно продолжая смеяться и болтать. Только Дэвид, казалось, заметил силу возникшего между ними напряжения.

— Вы хотите сказать, что ваш визит сюда не был спланирован?

Чувство юмора никогда не было сильной чертой Дэвида, и это тоже заставляло Элли не торопиться со своим решением, но тем не менее она не хотела, чтобы он подумал…

— Конечно, я уверена, что мистер Конгрив появился здесь совершенно спонтанно. — Наравне с другими чувствами, которые она испытывала, Элли ощущала вину из-за того, что невольно сравнивала двух этих мужчин. Это несправедливо по отношению к Дэвиду, который был самым преданным ее другом… — Он просто непредсказуем в своих поступках. Разве я не права, Бен?

— Если вы так считаете… — Снова на его лице отпечаталось это отрешенное выражение, как будто он рылся в своей памяти, стараясь отыскать ответ на какой-то мучительный вопрос. Наконец задумчивость оставила его, и он с улыбкой оглядел стол. — Нет, конечно, Элли совершенно права. Она представления не имела о моем визите, уверяю вас. Когда я зашел, стол был сервирован на пять персон… Спасибо, Элли, что сжалились над бедным изгнанником.

— Вы сказали, изгнанник? Не значит ли это, что вам не разрешают вернуться назад, в Штаты? — спросил Клайв.

— Или, возможно, вся эта мафия поджидает вас? — предположил Дэвид.

Бен не успел ответить, все дружно поднялись из-за стола и направились в гостиную. Проверив наличие напитков, Элли оставила гостей и пошла на кухню приготовить кофе. Она уже взяла поднос, когда услышала шаги за спиной и увидела в дверях Бена.

— Я подумал, может, вам нужна помощь?

Он прошел вперед и остановился, наблюдая, как Элли наливает воду в кофеварку.

— Все под контролем.

Лучше быть пожестче. Хотя, по ее собственному убеждению, она была спокойна в его присутствии, давалось это с трудом. Он выглядел так потрясающе в темных брюках, светлом пиджаке из мягкого твида, кремовой рубашке и полосатом галстуке. Забавно: в ее воспоминаниях он всегда представал обнаженным, но она не могла позволить себе сейчас…

— Если вы возьмете поднос, я принесу кофе.

— Нет, — внезапно отрезал Бен Конгрив. — Не делайте из меня подобия вашего ручного домашнего доктора. Возможно, ему это нравится, мне — нет.

Сила неожиданно возникшего сильного чувства почти шокировала его. Бен совершил эту поездку, не зная, что его ждет, втайне надеясь, что, возможно, новая встреча будет более эффективной, и он найдет ее менее загадочной, менее интригующей, но все оказалось наоборот. Она была сфинксом, чьи секреты он вознамерился разгадать, чего бы это ему не стоило. Разгадать и по возможности овладеть. Но надо набраться терпения.

— Вы, Элли, — его тон был мягким и вкрадчивым, — очень сдержанная женщина.

Услышав его мнение и ту негативную оценку, которая сквозила в его тоне, Элли была уязвлена. Она столько усилий приложила, чтобы обуздать свой непокорный, страстный нрав! Вспоминая свою прежнюю эмоциональность и ее печальные последствия, она не могла согласиться с подобной оценкой. Но рассудив, что лучше принять его замечание за комплимент, улыбнулась, стараясь не замечать, как бьется сердце, и, небрежно пожав плечами, сказала:

— Когда у тебя свое дело, иначе нельзя. — Бен потянулся за подносом, его движение совпало с движением Элли, их пальцы соприкоснулись, и она ощутила пронзившую ее дрожь, будто ее ударило током. Резко отступив назад, она постаралась обрести хладнокровие и добиться, чтобы голос звучал твердо. — Я уверена, вы не станете отрицать, что, когда работаете, тоже не даете себе спуску, иначе никогда не закончите.

— Или, что ближе мне, никогда не начну.

Если он и испытывал то же самое пронзительное чувство, то не подавал виду, терпеливо продолжая стоять с подносом в ожидании, когда она возьмет кофейник и направится в гостиную. Войдя, она была рада увидеть, что Дэвид, изображая хозяина, развлекал гостей и подбрасывал поленья в камин.