Под маской любви - Пол Фиона - Страница 71

Кассандра вспомнила, как Кристиан вступился за нее в притоне, объявив завсегдатаям, что купил ее на ночь. Что было бы, не появись вовремя Фалько?

— На показе картин мои подозрения превратились в уверенность. В книге для гостей подпись Кристиана стояла прямо перед вашей. На одном из портретов я узнал любовницу своего отца. Скорее всего, это была мать Кристиана. — Лука покачал головой и печально добавил: — Простите меня. Я был груб, но лишь потому, что мне нужно было вас защитить. Мне стоило сразу рассказать вам о Кристиане, но я отчего-то решил, что для вас будет безопаснее оставаться в неведении. Кроме того, мне показалось… — Он замолчал, оборвав себя на полуслове.

— Что? — поторопила жениха Кассандра.

Значит, Р, третья женщина — мать Кристиана. Неужели убийца расправился и с собственной матерью, которую считал блудницей? Возможно, ребенком узнал о ее связях с мужчинами, и что-то в нем надломилось.

Лука помрачнел.

— Кристиан — бастард. Он никогда не унаследует и малой части моего состояния. Но я… все равно боялся, что, узнав о нем, вы побоитесь выходить за меня.

— Лука, — Кассандра ласково сжала его руку, — как я могу вас судить?!

— Впрочем, вы и так не в восторге от предстоящей свадьбы, — проговорил Лука, глядя вдаль.

Девушка остановилась и повернулась лицом к лагуне. Солнце стало потихоньку клониться к закату, разбрасывая по небу оранжевые и красные блики. Кассандра вспоминала, как решилась бежать с Сан-Доменико. Но теперь здешняя красота окутывала ее дивным теплом, и покидать родной дом не хотелось.

— Вовсе нет, — медленно промолвила она. — Просто это было неожиданно. Я оказалась не готова.

Лука повернулся к невесте.

— А что сейчас, Кассандра? — спросил он, коснувшись левой рукой ее щеки, а правой несмело обняв за талию. — Я возвращаюсь во Францию, чтобы продолжить учебу. Мы могли бы поехать вместе. Я всегда буду вас защищать. И постараюсь… сделаю все возможное, чтобы вы были счастливы.

Кассандра молчала. Лука ждал ответа, спокойный, терпеливый, великодушный. Он мог бы стать отличным мужем. Почти идеальным. Но к какому идеалу стремится она сама? Кассандра не знала.

Вдруг промелькнула чья-то тень. Кассандра поневоле вздрогнула и обернулась ей вслед.

Фалько вышел из таверны с завернутым в холстину мольбертом. Заметив Кассандру, он остановился и увидел их такими, какими они были в тот миг: застывшими рука в руке. Даже издали было видно, как горят его глаза. Не гневом, а вечным внутренним пылом.

Лука не обратил внимания на случайного прохожего.

— Вы поедете со мной? — настаивал он. — Станете моей женой?

— Я… — Кассандра смотрела ему в глаза. Она знала, что жених даст ей защиту и заботу. Всегда поймет и никогда не предаст. Умрет за нее, если понадобится.

Фалько шагал прочь вдоль кромки берега. Ее первая любовь. Он все понял и не стал связывать ее пустыми ожиданиями. Он принял бы любое ее решение.

Но каким оно будет?

Кассандра замерла в нерешительности. Лука пристально смотрел на нее, ожидая ответа. Фалько прошел мимо, лишь на мгновение задержав на ней взгляд, полный тепла.

Когда художник замахал отходившей от берега рыбацкой лодке, солнце закатилось за горизонт. С темнотой пришла ясность. Кассандра поняла, что ответ известен ей уже давно. Теперь она знала, что делать.

Глава тридцать четвертая

Кассандра ужинала с Агнессой в ее спальне. У Луки нашлись какие-то дела в фамильном палаццо.

— По-моему, тебе выдалась более насыщенная событиями неделя, чем синьорине Рамбальдо, — промолвила тетя, цепляя на вилку вареные овощи.

Кассандра не могла нарадоваться, как ловко пожилая синьора управлялась со столовыми приборами. Появилась надежда, что Агнесса окрепнет.

— Слишком насыщенная, — улыбнулась Кассандра. — Следующую неделю я, пожалуй, проведу дома. Вы мне, наверное, не поверите, но я не могу дождаться начала занятий.

Агнесса наняла племяннице учителя литературы.

— Отчего же, поверю. — Старуха сверкнула серыми глазами. — Не могла бы ты позвать кого-нибудь, чтобы меня приподняли с кровати?

— Я сама.

Не дожидаясь, когда Агнесса начнет протестовать, Кассандра вскочила, обхватила тетю за плечи и помогла поменять положение. У девушки защемило сердце: Агнесса была такой легкой, не тяжелее воробья. От нее пахло розовой водой. Как от покойной матери.

— Так хорошо? — бодро спросила Кассандра.

— Отлично, милая, — ответила тетя. — Я не знала, что ты такая сильная. Будь добра, принеси мне белую коробку.

Кассандра пересекла комнату, взяла небольшую коробку, перевязанную сиреневой лентой, и хотела передать тете, но та покачала головой:

— Это тебе.

— Мне? Но почему?

Агнесса улыбнулась тонкими старческими губами.

— На самом деле это на день рождения, но я подумала, что после такой недели ты заслужила маленький подарок.

Кассандра развязала ленту и спрятала в карман. Лапка порадуется такой игрушке. В коробке лежала толстая книга в черном кожаном переплете. Девушка открыла книгу на первой странице. Она оказалась пуста.

— Новый дневник, — объяснила Агнесса. — Учитывая, сколько всего произошло в последнее время, старый наверняка вот-вот кончится.

Кассандра прижала черную тетрадь к груди. Это был восхитительный подарок. Тетя не подозревала об исчезновении старого дневника, но удивительным образом угадала, что нужно племяннице больше всего. Близкие люди понимают друг друга без слов. Возможно, невидимые нити, соединявшие двух женщин, были прочнее, чем Кассандра привыкла думать. Возможно, чтобы выжить в неспокойной Венецианской Республике, люди должны быть связаны корабельными канатами.

Возможно, жизнь с тетей — не проклятие, а подарок судьбы. Ей предстоит многому научиться у Агнессы, узнать много нового об этом мире, о жизни и любви.

— Спасибо, — прошептала Кассандра, смаргивая непрошеные слезы. — Он просто чудесный!

Растроганная и смущенная, Кассандра поспешила поскорее покончить с ужином и попросила разрешения отправиться к себе.

Поднявшись в спальню, она уселась за туалетный столик, достала из ящика перо, зажгла лампу и долго сидела над раскрытым дневником, размышляя обо всем, что случилось за эти дни.

У нее до сих пор оставалось немало вопросов. Перво-наперво: что случилось с Феличианой? Если Кристиан и вправду не убивал сестру Сиены, где она теперь? Бедная Сиена не станет прежней, пока не убедится, что Феличиана жива и здорова.

Связано ли третье исчезновение с убийствами? Что означает роза о шести лепестках? Имеет ли она отношение к упомянутому Лукой ордену Вечной розы? Знак розы был на кольцах Кристиана и донны Домачетти и на стене мастерской де Гради. Значит ли это, что все трое — сообщники, вовлеченные в какую-то мрачную тайну? И при чем тут Жозеф Дюбуа? Кассандра чувствовала, что в руках француза ключ ко всем разгадкам. Что имел в виду Лука, когда сказал, что убийства — лишь часть чего-то еще более страшного?

Кассандра со вздохом отогнала мысли о Кристиане и убийствах. В последнее время она повзрослела и совершила немало поступков, которые можно счесть неподобающими, а то и вовсе дурными. Зато она жила, любила и, в конце концов, приняла верное решение.

Кассандра задумчиво перелистывала страницы. Из середины дневника выпал листок. Кассандра не поверила своим глазам. Это был рисунок Фалько: безликая обнаженная девушка. Выходит, набросок в кармане плаща нашла тетушка?

Неужели она подумала, что племянница позировала художнику нагой? Залившись краской, Кассандра вскочила, чтобы немедленно бежать в тетину спальню и объясниться.

И остановилась. Если бы Агнесса сердилась, она не стала бы прятать рисунок так долго. Дамы, собравшиеся за чаем в палаццо Домачетти, намекали, что синьора Кверини не всегда была суровой праведницей. Кассандре было непросто поверить, что ее тетя пережила бурную молодость, но ведь столь многие люди удивили ее в последнее время. Теперь настал черед Агнессы.