Отныне я - твой меч (СИ) - Ваевский Анджей - Страница 60

— Ох, слава Тариду, вернулся государь, — с облегчением произнес жрец, покидая кабинет Садара.

— Иногда стоит помнить, что он тоже человек, — произнесла Даналия, столкнувшись с Ларминизом в дверях.

Княгиня не торопилась вернуться в Смирнис, упрямо настаивая на своем участии в совете. Её напору оказалось невозможно противостоять. Садар сдался, согласившись первым делом рассмотреть вопрос о вторжении варваров в Рагард. По последним сводкам у северных границ империи не прекращались ожесточенные бои. И все же постепенно, неся потери, имперцы отступали, пятились к столице. И это уже должно было тревожить Сидерим, чья провинция стояла первой на пути орды.

Совет был в самом разгаре. Даналия настаивала на выдвижении войск в помощь Рагарду, ей противостояли новые князья, засевшие в степях. Они считали, что пока враг далеко, война не должна касаться Сидерима, не находили нужным отправлять солдат на бой, пока в том нет более серьезной причины. Садар отмалчивался, не встревая в перепалку, не вынося своего решения, которое никто не в состоянии оспорить. Однако взор его был заинтересован, он слушал всех внимательно, что-то записывал, обдумывал варианты решения вопроса, прислушиваясь одновременно ко всем. Совет был прерван внезапным появлением посла-жреца. Красного. Он приблизился к королю, не обращая внимания на осуждающие взгляды советников. По их мнению даже послы обязаны соблюдать установленный церемониал. Однако этому, похоже, было не до церемоний.

— А вот и ответ, — произнес король, пробежав взглядом строки.

— И каков он? — первой опомнилась княгиня.

— Командор ждет помощи. Я обещал. Трубите сбор.

Глава тридцать шестая

— Но почему ты не берешь меня с собой?

— Будущий государь обязан в первую очередь уметь править страной и лишь потом махать мечом в защиту оной. Вот и поучишься в моё отсутствие, а Ларминиз тебе поможет.

— Отец, но разве не важней сейчас стать на защиту королевства?

— Важней защитить его изнутри, в этом твоя задача, принц Эрдар.

Вести с севера настораживали уже не только короля. Варвары приблизились к столице северной империи, начав осаду. Садар забеспокоился, что не успеет вовремя, корил себя за наивность и бездеятельность, за то, что не придал значения вторжению. За всё время правления королевством государь впервые винил себя в значительном просчете. Приди он раньше на подмогу к северянам, и враг был бы отброшен. Только Рагард молчал, не смея просить того, на чью жизнь покушалась подданная императора, от чьей руки погибла королева. Ратимирк понимал, насколько зол Садар, и не решался его тревожить. Видимо, зря, раз орды варваров засели под столицей, невзирая на снега. Похоже, не пугали их морозы и метели, эти не станут ждать весны, чтобы перейти в наступление. Это понимали и император, и король, запоздало ругая себя за недальновидность и нежелание пойти на компромисс, подписав договор альянса. Садару оставалось торопиться, пока враг не взял столицу и не ринулся к южным границам, Ратимирк же уповал на то, что выдержит осаду. Однако надежда императора истончалась с каждым днем всё сильнее.

Легко сказать — трубите сбор. Армия не королевская гвардия, в столице не квартируется. Собрать солдат в войско, способное к ведению масштабных действий — дело небыстрое и непростое. Разрозненными отрядами войска Сидерима двигались к северным границам, ведомые полководцами-генералами. Слух о том, что армию возглавит сам Садар, разлетелся по гарнизонам молниеносно. Солдаты были воодушевлены, но как бы быстро ни передвигались, ранее чем за месяц границ севера Смирниса не достигнуть. И бесполезно торопить коней, вязнущих в слякотной мути зимних степей. Страну залихорадило в преддверии войны. Вернувшаяся временно на пост старшего казначея княгиня Нешуа полностью взяла в свои руки обеспечение военных, по-новому распределяя запасы. Решительной рукой Даналия распоряжалась доходами королевства, сделав ставку на то, что требуется для обеспечения армии и безопасности страны. Бесперебойно застучали кузнечные молотки, выковывая новые мечи, закалялись наконечники для стрел. В единый миг мастеровые и ремесленники превратились в оружейников. Весть о том, что с севера грозит вторжение, и это вовсе не рагардцы, которых Сидерим держит в узде, взволновала всех от мала до велика. Даже ворчливые аристократы смирились со своим участием в освободительной кампании Рагарда. Им стало понятно, что не тот враг, когда можно жеманничать и предавать, переметнувшись на сторону сильнейшего. Этого не поймут и не простят не только жители страны, но и соседних государств, и жреческие Ордена. К тому же доходили слухи, что варвары беспощадно жгут взятые города, полностью вырезая население. Из-за подобного поведения вторженцев становилось очевидным, что они пришли не покорять народы. Нет, они пришли забрать именно землю, уничтожив всех, кто с незапамятных времен на ней жил. Они не брали пленных, не вели переговоры, смертоносной саранчой разлетаясь по территории Рагарда. И вопрос времени, когда враг подойдет к Смирнису. Король это понимал и торопился, в который раз коря себя за промедление. Еще ни разу за все годы Сидерим не оказывался столь близко к гибели. Чем ближе подъезжал к границам государь, тем более тревожился, выслушивая донесения разведки.

— Что же Разящие? Как пропустили? — поинтересовался король у красного жреца-посла, прибывшего с неутешительными вестями из Рагарда.

— По нашим сведениям подобного вторжения еще ни разу не было. Граница сдерживает основную армию, в Рагард проскользнула лишь небольшая часть орды, — пояснил жрец.

— Малая часть? Войско в шестьдесят тысяч — малая часть? — Садар опешил. Такого ответа он не ожидал. Было подумал, что эта саранча смела Разящих, и так проникла в Таридат. Оказывается, стражи границы сдерживают вторжение, оставив таридийцам самим разбираться с "малой частью".

— Увы, но это так. Ожесточенные бои по всем перевалам. Но они держатся. Опять же, по нашим сведениям, последние годы за хребтом были неурожайными, зимы суровыми. Видимо, это послужило причиной, что варвары столь рьяно ринулись на юг, через Фуграду в Таридат, — поделился мыслями посол, пытаясь вывести короля из ступора.

— Боги! Если это "малая часть" орды, то сколько же их там, за Фуградой?! — впервые за всю жизнь Садару стало по-настоящему страшно. Дослушав "красноплащника", он взял бумагу и перо, принявшись писать прошения в Белую Цитадель и Мадру. Не до старых распрей, когда все земли Таридата под угрозой. Правитель Сидерима понимал это, как никто другой, в каждой строке, в каждом слове призывая к объединению. Он знал — самостоятельно сидерианам не сдержать орду. И злился на Ратимирка, не объяснившего всей устрашающей величины угрозы, не позвавшего вовремя на помощь. Злился на себя, что раньше не придал значения вестям с северных границ.

Смирнис, год 2590

Встревоженные войска стекались в Смирнис, разбивая промежуточный лагерь в окрестностях Тадаска. Если враг успеет приблизиться к границам, то ему больше негде пересечь не желающую укрываться льдом Таду, кроме как у крепости. Однако и солдаты, и полководцы понимали — это временное пристанище, король лишь собирает войско, планируя двинуться на Рагард, отбросить варваров обратно в горы. Нависшая угроза требовала радикальных решений, тут соблюдением границ не обойдешься, врага необходимо уничтожить.

Промозглая земля устало поддавалась, позволяя устанавливать шатры и коновязи. Следующие за армией интендантские караваны и вовсе оставались в кибитках, не рискуя разбивать собственный лагерь. Первая волна пришлась на Смирнис, чьи вельможи в кои веки не торговались, предоставляя войску всё необходимое, осознавая, что удар варваров придется сначала по ним, если Садар не удержит Тадаск.

— На рассвете переходим Таду. Передайте всех командирам, чтобы готовились. Да, понимаю, ночь выдастся бессонной. Но на том свете отоспитесь, — король привычно засел над картами, вычерчивая пути передвижения. Разведка доложила, что армия врага в трех днях пути. Значит, стоит поторопиться, нельзя пустить их в земли Смирниса, иначе разбегутся, и будет сложно выбить их из провинции. Необходимо действовать на опережение. Садар это понимал. А еще понимал, что его армия в три раза меньше вражеской. И тут впору вспомнить, что в войне нет чести, лишь победа. Придется действовать больше хитростью, нежели прямой силой. Жаль, нет Зелика, тот был мастером на всевозможные ловушки, западни. Что ж, есть его последователь, пусть он мозгами шевелит. Примерно так и размышлял король, читая сводки от разведки. Они были неутешительны — вражеское войско практически в полном составе смело оборону столицы Рагарда, сокрушив, казалось бы, неприступную твердыню. Наследник императора погиб в бою, обороняя город, сам же правитель принял яд, не дожидаясь, пока враг ворвется во дворец. Старый Ратимирк не мог смириться с тем, что его казнят варвары, не мог больше смотреть на страх, поселившийся в глазах домочадцев и дворцовой челяди. Его примеру последовали многие, предпочитая смерть от яда вражеским клинкам. Заняв столицу северной империи, варвары двинулись на юго-запад, к Смирнису, обходя стороной озеро Илтыр. Разделившись, они выслали треть армии к границам, оставив основную часть солдат на покорение оставшихся городов Рагарда. Получив эти сведения, правитель Сидерима принял решение выдвинуться навстречу авангарду варваров и попытаться их разбить до воссоединения с ордой. Тогда, возможно, появится шанс на победу. Если Мадерек не будет медлить и пришлет подмогу. Садар понимал, что самостоятельно ему не победить. Потому и посылал одно письмо за другим в надежде на быстрый отклик.