Наперекор стихии - Хэвиланд Диана - Страница 27

Селена пыталась возразить:

— О нет, нет, Уинифред!

— Он сделает это. Ты не знаешь Джошуа так, как я… — Уинифред посмотрела на Селену, ее взгляд молил о сочувствии. — Я не сумасшедшая. Правда, иногда я слишком много пью, но это не моя вина. После того как я потеряла третьего ребенка… — Ее смех стал отрывистым и неровным. — Как раз доктор посоветовал мне выпивать стакан портвейна перед обедом для аппетита. Второй стакан — перед сном, чтобы лучше заснуть. А потом, когда выяснилось, что детей у меня больше не будет, и Джошуа перестал со мной спать…

— О, пожалуйста, — прервала ее Селена. — Я не желаю об этом слышать…

Но Уинифред было невозможно остановить.

— Я знаю, что он ходил к этим мерзким женщинам, — он мне об этом проговорился… Но когда он привез тебя сюда… чтобы жить с тобой, под этой самой крышей…

Взгляд тусклых глаз Уинифред ужесточился, и она выпрямилась со странным выражением достоинства.

— Я положу этому конец. Я напишу своему отцу! Так я и сделаю… Мой отец — важная персона, влиятельный человек. Он придумает, как прекратить это постыдное положение… Он заставит Джошуа…

Несчастная женщина неожиданно замолчала, глядя поверх Селены на мужа, который вошел в комнату и встал напротив нее.

— Джошуа… я не то имела в виду…

— Ты сама не знаешь, что говоришь, — проговорил Джошуа презрительно. — Твой мозг полон болезненных фантазий. Это результат твоей отвратительной невоздержанности. Но ты не будешь писать своему отцу.

— Я…

— Не будешь! Потому что ты не захочешь, чтобы он узнал, что его восхитительная доченька стала пропойцей!

Несмотря на то, что Джошуа говорил мягко, Селена уловила в его голосе жестокость. Уинифред начала мелко дрожать. Селена инстинктивно встала между Уинифред и Джошуа, желая защитить несчастную женщину.

Джошуа продолжал:

— Я старался сохранить в секрете твое состояние. Но от доктора или слуг я скрыть этого не могу. И скоро все будут об этом знать.

— О нет, Джошуа, нет! — вскричала Уинифред.

— Я надеялся, что, может быть, присутствие Селены сможет помочь. Однако я ошибся. Молодая, хорошо воспитанная девушка вряд ли сможет служить сиделкой кому-нибудь в состоянии, подобном твоему…

— Сиделкой? Нет! Джошуа, я не больна так, как ты думаешь. Я могу выйти сегодня к гостям, я действительно могу! Дай мне лишь немного времени и…

— Тебе не нужно спускаться вниз. Селена согласилась выполнить твои обязанности хозяйки.

Селена окаменела, белая кружевная шаль спустилась с ее плеч, обнажив пышную грудь. Глаза Джошуа жадно блуждали по соблазнительным округлостям.

— Уинифред, подай мне свою шкатулку с драгоценностями. Давай сейчас же!

— Моя шкатулка, но почему…

— Делай, как я говорю! Немедленно.

Уинифред удалось чудом подняться на ноги и добраться до туалетного столика, где в одном из ящичков находилась шкатулка с драгоценностями.

— Давай ее сюда.

Селена, которая в годы своего детства и отрочества знала лишь любовь и ласку, была потрясена и повержена такой жестокостью. Хотя Джошуа не поднял руки на свою жену, Селена невольно вспомнила о грузчике, которого Дейзи привела в «Пристон Армс». Теперь, как и тогда, она чувствовала волнение и необходимость положить конец такой бесчеловечности. Но как?

Уинифред молча передала шкатулку с драгоценностями в руки Джошуа и опять скрючилась в кресле.

— Ну вот. Это подойдет, — сказал он, доставая из шкатулки чудесное ожерелье из сапфиров и бриллиантов. — Этот цвет идет к твоему платью, Селена…

Уинифред судорожно застонала.

— Это ожерелье ты подарил мне в наш медовый месяц…

— Я не забыл этого.

— Тогда как ты можешь?! — Уинифред отвернулась, прижавшись лицом к подушкам кресла.

Селена не могла больше выносить это. Повернувшись, она вылетела из комнаты, уронив свою кружевную шаль, но даже не попыталась поднять ее.

Торопливо сбегая по ступенькам, девушка шептала:

— Нужно уехать… Не могу больше здесь оставаться, не могу…

Но в зале, который был расцвечен огромными букетами цветов из оранжереи и сверкал огнями люстр, она остановилась. Ну, и куда она может пойти теперь, без денег, без друзей?

— Селена! — Джошуа подошел к ней сзади и взял за руку. — Ну-ка иди сюда, — приказал он и втолкнул ее в маленькую комнатку по соседству с прихожей, предназначенную для гостей женского пола. Там находились вешалки для верхнего платья и пальто, столик с зеркалом и коробка с принадлежностями для шитья. — Селена, надень ожерелье!

— Я не могу… — прошептала испуганная девушка, отлично понимая, что выбора у нее нет. В конце концов, если она подчинится требованию Джошуа и будет сегодня исполнять роль хозяйки, Уинифред хотя бы ненадолго будет защищена от его домогательств.

Но руки девушки закоченели, и она никак не могла справиться с застежкой. Джошуа поспешил прийти на помощь.

Драгоценные камни тяжело и холодно легли девушке на грудь. Жадные мужские руки скользнули в низкое декольте, и, не обращая никакого внимания на сопротивление девушки, Джошуа стал страстно целовать полные груди.

С трудом вырвавшись, Селена обрушила на него поток гнева:

— Если вы хотите, чтобы я сегодня исполняла роль хозяйки, уберите от меня руки! — Глаза Селены пылали возмущением. — Вы — презренный лицемер! Притворяетесь столпом нравственности. Вы… вы порочны и бессердечны! Совсем не лучше, чем этот грязный портовый слюнтяй, которого я встретила в «Пристон Армс»…

— Селена, ну подожди… — Джошуа не делал больше попыток обнять ее, но встал между ней и дверью, не давая ей уйти. Голос его был низким и настойчивым. — Не суди меня так безжалостно. Неужели ты не можешь понять, что для меня означало жениться на женщине, подобной Уинифред?

— Она больна и запугана…

— Она пьянчуга, жертва пагубной страсти… А мне что делать? Я еще молодой мужчина. В расцвете лет… Ты еще молода и неопытна, но даже ты должна знать, о чем я говорю…

— Не желаю больше слушать вас!

— Но тебе придется это сделать! Мне повезло. Начав с нуля, теперь я богат. Но связан с развалиной, которая не может исполнять свои супружеские обязанности и никогда не подарит мне сыновей. Мне нужна женщина молодая, здоровая, красивая и живая — такая, как ты…

— Уинифред все еще ваша жена. Думаю, вы не можете ожидать, что она позволит мне оставаться здесь в качестве вашей любовницы, даже если бы я согласилась на это.

— Уинифред скоро не будет здесь. Я принял кое-какие меры… Наш семейный доктор нашел санаторий, где об Уинифред смогут позаботиться… Ну, а после того, как она уедет…

Скрип колес и лошадиное ржание, доносившиеся снаружи, прервали его. Раздался стук в дверь, и послышался голос миссис Майтланд, приветствующей первых гостей, прибывших на ужин.

— Поговорим об этом завтра, — сказал Джошуа, одергивая атласный жилет и поправляя жемчужную заколку в галстуке. — Пойдем, Селена. Нам следует вместе встретить гостей.

В свете газовых светильников волосы Селены блестели, как атлас. Ее светло-голубое шелковое платье переливалось. А на груди сверкало ожерелье. Но она была равнодушна к своей красоте, ее занимали совсем другие мысли.

— Наша кузина Селена, — говорил Джошуа дородным мужчинам в хорошо сшитых костюмах и их женам, одетым в закрытые платья из атласа и бархата. — Уинифред страдает от мигрени… А Селена любезно согласилась…

Селена автоматически принимала ответные обращения, все время страстно желая как-то выбраться из этого невыносимого положения. Может быть, Дейзи может ей помочь? Или Дейзи уже уехала в Париж?

Наконец Селене удалось ускользнуть от гостей, когда те направились в гостиную, разбившись на небольшие группы.

Джошуа был поглощен разговором с высоким, тучным человеком со светло-рыжими бакенбардами.

— Это не может больше так продолжаться, Родман, — говорил человек. — Хлопок будет поступать из Индии…

— Только не сразу, — ответил Джошуа. — Я вчера разговаривал с владельцем фабрики. Он сказал мне, что качество индийского хлопка ужасно по сравнению с тем, который мы получаем с Юга. Ему придется переналаживать все оборудование, что стоит больших денег.