Красные журавли - Тупицын Юрий Гаврилович - Страница 22

Шорох ветвей и сердитый писк голубых цветов привлекли внимание Гирина. Он огляделся и заметил, как шагах в десяти от него через кустарник к озеру протискивается огромная бульдожья голова с выпуклыми золотистыми глазами. Верхнюю челюсть её украшали два направленных вниз голубоватых клыка настоящие клинки по метру каждый, а то и больше. Высматривая что-то в воде, голова выдвигалась все дальше и дальше и тащила за собой изумрудную шею с хорошее бревно толщиной. Гигантская змея! Что-то вроде анаконды или питона! Но голова вдруг с верблюжьей замедленностью поднялась к небу, послышался треск кустарника, писк, и на берег вышел зверь ростом со слона, но с длиннющей, как у жирафа, шеей. Этакий саблезубый динозавр, точнее, динотерий! Он был покрыт короткой, лоснящейся на солнце шерстью, голова и шея изумрудные, спина и длинный, волочащийся хвост темно-зеленые, почти чёрные и бледное брюхо салатного оттенка. Динотерий вошёл в воду по самое брюхо, пристально вглядываясь в глубину и нервно подёргивая хвостом. Вдруг бульдожья голова изящно, по-лебединому запрокинулась назад, а потом, выставив клыки-рапиры вперёд и вниз, метнулась в воду. Взлетел радужный гейзер брызг, громкий всплеск ударил точно выстрел, по бирюзовой озёрной глади побежали крупные атласные волны. Спустя секунду голова вынырнула из кипящей воды, на голубоватых, словно металлических, клыках её билась большая чёрная рыба с сизыми глазами и громко стонала: «Йо! Йо!» Из её крупных жаберных щелей, похожих на акульи, фонтанчиками била оранжевая кровь. Шея запрокинулась, закончив это движение рывком, чёрная рыба, не переставая жалобно стонать, взлетела и закувыркалась в воздухе. Бульдожья пасть расхлябилась пурпурным мешком и ловко подхватила рыбу на лету. По длинной шее пробежала судорога сокращений, зверь брезгливо передёрнулся, облизал языком-лопатой испачканные липкой оранжевой кровью клыки и, опустив голову, начал пить. Он не лакал воду, как это делают земные звери, а с шумом и всхлипом всасывал её, а потом с наслаждением отдувался, точно гурман после глотка выдержанного вина.

Самое время удирать! Стараясь двигаться как можно осторожнее, Гирин проскользнул в гущу жёлто-зелёных ветвей. И тут же поднялся громкий писк и стон — он совсем забыл о коварных голубых цветах! Александр отпрянул назад и, услышав громкий плеск за спиной, обернулся. Саблезубый динотерий шёл к берегу. Его змеиная шея была поставлена торчком, бульдожья голова вознесена на высоту двухэтажного дома, золотистые глаза неотрывно смотрели на двуногую жертву, словно гипнотизируя её. Взбесившийся жираф, вооружённый двумя стальными клыками.

Бежать? Что толку? Неосторожное движение — и метровые клыки-рапиры обрушатся на его тело с шестиметровой высоты. Бульдожья голова зверя, изящно изгибая шею, начала откидываться назад. Гирин почувствовал, что вот-вот последует удар, и присел на полусогнутых ногах. Сердце билось гулко, часто, но страха не было, только голову чуть кружил азарт предстоящей схватки. План действия родился сам собой: дождаться броска, увернуться, отпрыгнуть в последний момент в сторону, — и в кусты, куда глаза глядят. Пока это чудовище вытащит из песка клыки, снова вознесёт свою башку на шестиметровую высоту, проморгается и осмотрится, можно будет где-нибудь укрыться.

Вибрирующий пронзительный свист заставил Гирина вздрогнуть, свистел отнюдь не змей-горыныч, стоявший перед ним, пронзительный звук донёсся откуда-то со стороны. Напряжённая шея зверя расслабилась, голова с верблюжьей надменностью повернулась направо. Обернулся и Александр. И оторопел: метрах в десяти от него, опираясь на розовый песок крепкими загорелыми ногами, спокойно стояла молодая женщина в белой спортивной одежде. Женщина приложила указательный палец к губам, и снова воздух разорвал пронзительный вибрирующий свист. Монстр недовольно тряхнул головой, шумно чихнул, будто выстрелил, и шагнул навстречу дерзкой женщине, нервно подёргивая хвостом.

— Бегите! — опомнившись, крикнул Гирин.

— Спокойно, — не повышая голоса, хладнокровно проговорила женщина.

И словно приветствуя бульдогоголового зверя, вскинула правую руку. Холодно сверкнула голубая молния, со звонким щелчком вонзившись в шею чудовища. Длинная шея надломилась у основания, тяжёлая голова, украшенная сверкающими клыками, тяжело, точно куль с мукой, шмякнулась на песок. И уж потом ноги зверя подогнулись, он мягко, как в замедленной съёмке, повалился на бок, взметнув шумные струи золотистого песка. Несколько раз судорожно дёрнулся толстый хвост, сбивая гроздья голубых цветов, бессильно приоткрылась пурпурная пасть, и зверь затих.

Только теперь Александр с неожиданной пронзительной ясностью понял, что нелепая смерть от клыков поверженного чудища буквально висела над ним. В ушах у него зазвенело, будто его атаковала стайка незримых комаров, колени ослабели. Он шагнул к ближайшему камню, сел и некоторое время отходил от напряжения. Услышав шорох песка, Гирин поднял голову — в трех шагах стояла его спасительница. Ровный загар её кожи подчёркивала белоснежная одежда рубашка с открытым воротом и шорты, тонкую талию перетягивал широкий пояс, тёмные, коротко стриженные волосы шевелил тянувший с озера ветерок, светлые глаза смотрели пытливо и доброжелательно. Это была не зрелая женщина, как показалось Гирину сначала, это была девушка, едва переступившая порог зрелости. Александр сразу почувствовал себя свободнее и признался:

— Без вас я бы пропал. — Александр ещё раз, теперь уже с улыбкой оглядел девушку. — Вы как с неба свалились!

Усаживаясь напротив Александра у самой воды, камней на берегу было предостаточно, девушка засмеялась:

— Я и правда свалилась.

Устроившись на камне поудобнее и видя, что Александр не совсем понимает её, она пояснила:

— Спешила очень. Не удержалась на ногах во время приземления и свалилась! Хорошо ещё, что песок мягкий.

— Вы умеете летать?

— Умею, — спокойно ответила девушка.

Александр огляделся в поисках чего-либо похожего на летательный аппарат, но озёрный берег был чист, лишь саблезубый динотерий лежал возле примятых кустов.