Подземная пирамида - Леринц Ласло Л. - Страница 84

А потом она склонила голову мне на плечо и сквозь слезы прошептала:

– О, Сэм… Наконец, наконец, я тебя нашла!

Луна довольно усмехнулась над Сан-Антонио, а мне было чудовищно стыдно. Я ни вот на столько не был влюблен в Сети, а она все же лежала в моих объятиях. Может быть, она излучала неземную силу, которой я не мог противостоять, а может быть, только ее непорочность пленила меня.

И сегодня еще я не знаю ответа.

VI. СОЛНЕЧНАЯ ЛАДЬЯ

Неприятности начались с того, что у меня не было визы в заграничном паспорте.

Представитель власти оторопело посмотрел на меня, не в силах даже опустить руку, в которой замерла печать, благословляющая на въезд.

– У вас нет визы, – пробормотал он тихо, словно не веря своим глазам и опасаясь высказать вслух свои подозрения. – Послушайте, у вас нет визы!

– Нет, – согласился я с удовлетворением, потому что краем глаза увидел, что остальные члены экспедиции, пройдя контроль заграничных паспортов и таможенный досмотр, благополучно растворились в суматохе аэропорта.

Мой собеседник беспомощно посмотрел на свою соседку, которая, однако, не желала ничего замечать. Высокая дама в очках склонилась над дорожными документами и углубилась в изучение длинного списка, отпечатанного на машинке.

Я наклонился к чиновнику и попытался заглянуть ему в глаза.

– Послушайте, начальник, – сказал я ему. – Дома у меня не было времени сбегать за визой. Мне очень хотелось бы попасть в эту страну… что же касается…

Он бросил на меня испуганный взгляд и приложил к губам палец.

Я вынул стодолларовую бумажку, небрежно скатал ее между двумя пальцами и бросил тоненький бумажный рулончик служащему под нос. Тот со скучающим видом поднял голову, и наши взгляды как бы случайно встретились.

Я протянул руку, щелкнул пальцами по кончику бумажного рулончика, который, совершив изящное сальто, упал под стул моего собеседника.

Инспектор по заграничным паспортам сдвинул брови и возвысил голос.

– Почему вы не получили визу дома? У вас кто-то умер?

– Именно поэтому, – поддакнул я.

Он с кислой миной повертел в руках мой паспорт.

– Не любим мы такого, – сказал он и покачал головой. – Но все же иногда делаем исключение. Сколько времени вы намереваетесь пробыть в этой стране?

– Где-то с неделю.

– Вы желаете с кем-нибудь там встретиться?

– Не желаю. Меня интересуют исключительно пирамиды.

– Деньги у вас есть?

Я достал свою чековую книжку и показал ему. Он утвердительно кивнул и стукнул печатью в моем паспорте.

– Одна неделя. Ну что ж, мы желаем вам приятно провести время у нас, мистер Нельсон!

Я подхватил свои вещи и вышел в большой зал.

Я даже не слишком удивился, столкнувшись кое с кем у выхода.

Это был маленький элегантный человек, в галстуке и черной шляпе.

– Хэлло, Сэм, – сказал он, приподнимая шляпу. – Как поживаете?

– Хэлло, Бенни. Когда вы приехали?

– Еще вчера. С тех пор я здесь и ожидаю вас.

– Вам бы следовало знать, что я приеду только сегодня.

Он пожал плечами и ухмыльнулся.

– Время у меня есть, и я люблю наблюдать за летчиками, А вообще, как ваши дела?

– Терпимо.

– Я полагаю, вы едете в город?

– Хотел бы.

– Я забронировал для вас номер.

– Вы очень любезны. Бенни.

– Не стоит. Вас подбросить в Сити?

– Ну, если и вам туда же…

Я послушно следовал за ним, когда он, лавируя сквозь скопление ожидавших перед зданием аэропорта автомобилей, пробирался к огромной черной колымаге.

– Вот мы и приехали, – сказал он с довольным видом. – Я занял вам номер в «Хилтоне».

– Вы знаете мои вкусы. Бенни, – сказал я с уважением.

Коротышка ничего не ответил, сел за руль и указал мне, чтобы я сел на сиденье рядом с ним.

Я опустил свою сумку на заднее сиденье и, садясь в автомобиль, осторожно вынул револьвер. Чтобы он был у меня сразу же под рукой.

Бенни завел двигатель, и мы двинулись к городу. Он довольно долго молчал, потом, когда истекли десять минут регламента, сбросил скорость и подмигнул мне одним глазом.

– Однако и здорово же вы меня провели, Сэм, – сказал он с упреком.

Я состроил такую удивленную мину, что мне могла бы позавидовать любая звезда сцены.

– Я?

– Признаюсь, я вас немного недооценил. И шеф, пожалуй, тоже. Но этот ваш трюк был высший класс.

– Какой трюк?

– С бумажным носовым платком и со спичкой. Я так заглотнул наживку, что любо было посмотреть. Вы сразу же и уехали?

– Вскоре после этого.

– Представьте себе, я был вынужден поехать в Лас-Вегас, чтобы разыскать вас. Целый день ушел у меня на то, чтобы установить, что вас там нет. Джиральдини облаял меня, как собака. Угрожал, что свернет мне шею, если я позволю вам улизнуть. Дела, а?

– Здорово, – сказал я.

– Тогда я поехал снова в Санта-Монику. Еще полдня потерял, пока не выяснил, что вы улетели в Сан-Антонио. Тут же я а и да за вами!

– Вы превосходно знаете свое дело. Бенни! – заметил я вежливо,

– А, нечего меня хвалить. Я никогда не прощу себе, как вы меня надули с мусорной урной и тем бумажным платком. Ход был высший класс, Сэм!

– Я полагаю, Джиральдини тоже здесь на борту? – спросил я небрежно.

Бенни осторожно объехал вилявшего велосипедиста и затормозил перед «Хилтоном».

– Джиральдини всегда там, где ему нужно! – сказал он и потянул за ручной тормоз. – Ну, вот мы и приехали, Сэм. Я могу подняться к вам?

– Всегда пожалуйста. Бенни!

– Кстати, – сказал коротышка. – Я велел положить бутылку бурбона на лед. Правильно сделал?

– Лучше не бывает. Бенни.

В лифте мы стояли вплотную друг к другу, и я был начеку, ни на секунду не отпуская рукоятку своей пушки.

Я толкнул дверь в свой номер, пропустил гостя вперед и швырнул сумку на пол.

Бенни рухнул в кресло и поднял на меня черные глаза.

– Жарко, Сэмми, – сказал он. – Вы позволите снять пиджак?

– Естественно, – ухмыльнулся я, глядя на него, и еще крепче сжал рукоятку пистолета.

Он снял пиджак, с преувеличенной заботливостью повесил его на подлокотник и отпустил ремень кобуры под мышкой.

– Я могу позвонить, чтобы принесли бурбон? – спросил он и прикрыл глаза.

– Позвольте мне, – я вежливо встал и, ни на секунду не выпуская гостя из виду, нажал кнопку звонка.

Он поднял веки, лишь когда в комнате появился официант с напитком и льдом.

Я смешал бурбон со льдом, поставил бокал Бенни на стол, потом взял свой бокал.

Тут он окончательно открыл глаза, тоже взял бокал и, повернувшись ко мне, улыбнулся.

– Можете расслабиться, Сэм. Я не получил указания кончать с вами. А без указания я никогда ничего не делаю. Это, надеюсь, вы знаете?

Я кивнул головой.

– Что ж, тогда – ваше здоровье!

– Ваше здоровье. Бенни!

Мы отпили до половины, поставили бокалы на стол, и Бенни с удовлетворением причмокнул губами.

– Ничего не скажешь, приятно. Но пора нам вернуться к более серьезным вещам, Сэм. Мне интересно, почему вы меня надули в Санта-Монике.

– Не люблю, когда в меня вцепляются клещом.

– Я – ваш телохранитель.

– Это одно и то же.

– О'кей. И что вы там выяснили? Я мгновенно приготовил западню.

– Об этом я могу отчитаться только Джиральдини. Вы могли бы позвонить в Европу?

– Это излишне. Джиральдини здесь.

То ли мне удалось его одурачить, о ли он и сам бы это сказал – сейчас это не имело значения. Я узнал то, что меня интересовало.

– Я могу с ним поговорить?

– Всему свое время… Так я слушаю, Сэм.

– Кажется, я нашел малыша…

– В Сан-Антонио?

– Может быть.

Он отпил еще глоток, и было видно, как он напряженно размышляет.

– Я все еще не возьму в толк, почему вы меня надули.

– Я ведь уже сказал.

– Надеюсь, вы понимаете, что просто так это вам не сойдет с рук?