За краем небес (СИ) - Сурикова Марьяна - Страница 50

Глава 18.

— Пора просыпаться, Мира, ведь я жду тебя, а век не бесконечен, ты знаешь.

Голос короля журчал шепотом накатывающей на камни воды. Но возвращаться не больно хотелось, мне хорошо было там, куда я попала.

— Мира, как же твои обещания? — продолжал переливаться звонкими каплями воды голос. — Открывай глаза, ведь ты можешь.

Могу, наверное. Во сне все возможно. Решилась и веки сами поднялись.

Над головой покачивались листья деревьев, шуршали совсем обычно и голоса их я больше не понимала. А лежала по-прежнему на пригорке, но у края болота. Чуть согнула в локте руку и привстала, глядя на темную воду с островками ряски. Именно из этой чернеющей глубины глядел на меня с улыбкой король.

— Очнулась?

— Да.

— Так что же лежишь? Дорогу к озеру не забыла? Если позабыла, ястреб проводит.

— Как же проводит, убили ведь его злодеи? — король шире улыбнулся, а я вспомнила птичий крик пронзительный перед тем, как сама в полет отправилась к небеса. — Что же, притворился погибшим, а сам тебе весть снес?

— Рассказал, где держат тебя, а я отправил остальных.

— А потом, потом что?

— А после он вернулся с вами через портал и долетел до озера. Повезло, что успел я передать для тебя шар магический с даром моим в последний момент.

— Я шара не помню.

— Ты и не можешь помнить, не в состоянии была. Подарил я тебе, Мира, подарок. Вернул, как и предлагал когда-то, тот облик, что твоему сердцу ближе всех, поэтому ты жива осталась.

Я провела растерянно по волосам, подхватила длинную прядь и к глазам поднесла. Моя, русая с золотистыми нитями, растрепанная и испачканная, но родная. И руки… на ладони взглянула, знакомые мозоли сосчитала. Ноги тоже…, батюшки! Ноги по самое бедро открыты, а я пока руки рассматривала, не заметила, что прикрыта лишь курткой чьей-то, а одежи вовсе нет.

— Почто раздели-то? Своих одеяний не хватает что ли? Стоило девке умереть, так стянули с нее все по-быстрому?

— Ты не умирала, Мира. Мне пришлось припаивать чужой облик к эльфийскому телу. Извини за боль, огонь был необходим, никак иначе не смог бы удержать этот образ.

Огонь… и правда ведь, мнилось пламя перед гибелью. Обжигал и изнутри, и снаружи. И ведь не меня одну.

— А Эртен где? — подхватилась. Куртку к груди притиснула, села и огляделась по сторонам. Пуст пригорок был, остались на нем только двое: эльф, да воин, но сидели, ко мне спиной поворотившись, пока не окликнула.

— Тинар, Тальраир!

Обернулись живо, улыбнулись мне разом. И счастье на лицах, и радость такая, словно впервые в жизни довелось подобную испытать.

— Ждали, пока позовешь, — воин отмолвил.

— Как ты, Мира?

— Эртен где? Живой?

Смешались чуток, Тинар голову опустил, поскреб по макушке, а Тальраир опять вид невозмутимый принял, спокойно ответил:

— Его родители в лазарет перенесли, во дворец, после того, как король нам пояснил, что ты будешь в порядке и нельзя тебя трогать, а нужно дать время прийти в себя.

— А с ним что?

— От пламени пострадал.

Ух, сердце заныло.

— Сильно?

Смутились теперь оба, ничего не ответили.

— Зверюга подозерная! — я к довольному королю снова повернулась, — ты зачем его обжег!

— Он сам тебя из рук выпускать не хотел, Мира. Отпустил бы, не пострадал. А сила этого пламени никому не подконтрольна.

— Как есть зверюга!

— И это твоя благодарность? — усмехнулся.

— Благодарностью обещание мое тебе служит. Ты слово сдержал, я сдержу. Ты нам помощь привел, мне ястреба подарил, в подземелье отыскал, а после погибнуть не дал. Знаю я, чем обязана. Приду.

— Мне нужно, чтобы ты сейчас пришла, Мира. Попроси попутчиков проводить.

— Куда ж так торопишься? Разве нет еще немного времени?

Склонил голову набок, глаза сощурил:

— Не стоит дворец посещать, оттуда можешь и не уйти.

Сжала ладони, прижала крепче куртку к груди. Не даст значит взглянуть в последний разочек? И ведь его на то право с меня долг требовать. Кабы мог дотянуться, не стал бы разговоры разговаривать, мигом в царство подводное утащил.

— Ну так как? Обещаешь?

Повернула голову к путникам моим, а они молча смотрят, тоже моего решения ждут. И ведь правду король говорит, коли во дворец попрошусь, назад могу и не захотеть. А сейчас вот оно, озеро, недалеко совсем, еще сколько-то прошагать осталось. А обещания нарушать нельзя, особенно когда жизнью обязан, да и не только своей. Нарушенные обещания после свой долг иным образом вытянуть могут, еще и цену в два раза выше стребуют, так и пожалеешь, что вовремя слова не сдержал.

— Проводите? — спросила.

Тальраир спокойно кивнул, он ведь в волнение душевное редко когда приходил, а уж чтобы свое мнение навязывать или высказывать, так и вовсе не дождешься. А вот Тинар поморщился и с большой неохотой на ноги поднялся, меч в ножны вогнал.

— Если сама того желаешь, — ответил.

— Тальраир, — окликнула я заботливого эльфа, вот уж кто о мелочах насущных позаботится, — одежи не завалялось?

— Эджелина для тебя оставила, — протянул он мне юбку черную и тунику.

Эх, штаны бы лучше, конечно, в фаворитки ведь иду.

— Вот обувь, тебе помочь? — протянул снеговолосый руки.

— Справлюсь, — прикрылась курткой.

Эльф с воином отвернулись, а я глаза на болото скосила. Исчез. Ладно, поверим, что не подсматривает. Натянула наряд, а он ровно по щиколотку, удобный, не то, что эльфийское платье. Обувь опять же впору, словно сестра диора умудрилась ступню мне замерить.

— Это одежда придворных магинь, — пояснил мне эльф, когда я к ним подошла, на ходу косу заплетая.

— Внимательная у Эртена сестра, хоть мало пообщались, а хорошего человека с первого взгляда видать.

— Защиту держала до последнего, выдохлась, на руках уносили на пару с Эртеном, а позже для тебя вещи прислала.

Ох ты, послышалось или взаправду в голосе что-то такое прозвучало. Да нет. Пригляделась к эльфу, о черноволосой диорке задумавшемуся, посмотрела на него, как раньше бы Шеаллин взглянула, в ее то памяти, которую я прежде с ней разделила, все движения сохранились, каждая его черточка дорога была. А потом ведьмы предсказание вспомнилось, про то, что эльф другую встретит. Гляди ты, правда встретил. И она-то при встрече как смущалась, а еще смотрели друг на друга по-особому, когда он защитить ее хотел и пытался вновь на дерево поднять. Потом стоял на коленях за спиной, оберегал, свою магию в ее вплетал.

— Понести тебя? — эльф спросил. — Без сил ведь осталась.

— Сейчас иначе себя ощущаю, обновилась как будто.

— Да, удивительная у короля магия, прежде не встречал и не слышал о такой, — покачал головой эльф. — Нам мнилось, ничего помочь не может.

— Как это случилось?

— А ты короля спроси, мож покажет. Словами такое и не опишешь, — Тинар вмешался, еще и хмыкнул. Не иначе, решил, что королю то не под силу? Плохо еще властителя подводного знает.

Но мне его мысль запала, потому снова шагнула к болоту.

— Озерское величество, следишь ведь?

— Наблюдаю, — лик проявился.

— А чуток пораньше тоже наблюдал? — подозрительно покосилась.

— Отвернулся, как же иначе? — и усмешечка такая холодно-царственная на лице. Мол, глупости и напраслина, и ниже королевского достоинства за девицей подсматривать.

— Покажешь, как дело было? Что за чудо ты сотворил?

— Нервы побереги, Мира, — посоветовал, — не каждый день со стороны наблюдаешь, как вот-вот погибнешь.

— Надеюсь, и не увижу больше, но сейчас очень надо.

— Ну если надо, — рукой махнул, — смотри.

И отразила черная гладь болота пригорок наш в тот миг, как я в портал запрыгнула, а ястреб следом над моей головой влетел. Твари замешкались, когда мерцающий вход схлопнулся, а Эртен извернулся и псине, которая его за плечо хватанула, пальцем в глаз кольнул. Та шарахнулась, зубы разжала, и диор рукой освободившейся в шею второй собачине вцепился. Прочие волкодлаки от ярости или испуга челюсти крепче сжали, клыки в кожу диорскую глубже вогнали, но тут помощь со стороны подоспела. Кто от чердушей отбился, бросился к черноволосому. Кни=го=лю=б.н-е-т