Япония, японцы и японоведы - Латышев Игорь - Страница 185

В период оккупации страны вооруженными силами США американские военные власти установили тесный контакт с императорским двором и опирались на монарха при проведении в стране своих политических мероприятий. Вскоре после капитуляции Японии Хирохито выступил перед народом со специальным заявлением, отвергавшим версию о божественном происхождении японской императорской династии. Послевоенные реформы, проведенные в Японии под нажимом союзных держав и внутренних демократических сил, привели к существенному изменению роли императора в государственной и политической жизни страны. В соответствии с новой японской конституцией абсолютная монархия была упразднена, а император стал именоваться "символом государства и единства народа".

Много усилий приложили в послевоенные годы политические стратеги Японии, чтобы изменить прежнее представление народа об императоре как о боге и создать ему репутацию монарха-человека, приверженного принципам мира и демократии. Из гардероба покойного навсегда исчезли военные мундиры, а на смену им появились сугубо гражданские одежды. По сообщениям прессы, его главным увлечением были в минувшие десятилетия научные исследования в сфере ихтиологии и ботаники, опубликованные затем в виде книг и статей.

Но сила традиций велика, и поэтому до сегодняшнего дня значительная часть японского населения продолжает почитать императорскую династию"93.

Думаю, что в этой характеристике мне удалось не обидеть японских монархистов и в то же время не утаить от читателей "Правды" ту действительную роль, которую сыграл Хирохито в истории японского милитаризма.

В первые же часы после кончины императора в Токио были опубликована официальные сообщения о том, что его старший сын, 55-летний наследный принц Акихито, безотлагательно вступил на престол в качестве нового императора Японии. Символическим актом, знаменовавшим превращение Акихито из принца в императора, стало получение им в тот день трех священных сокровищ, якобы подаренных императорской семье богиней солнца Аматэрасу: меча, зеркала и драгоценного камня - яшмы.

Вступление Акихито на трон означало, что в соответствии с принятым в стране официальным летоисчислением день 7 января 1989 года стал последним днем "эпохи Сёва", продолжавшейся 63 года, ибо с кончиной каждого из монархов и вступлением на трон его преемников в Японии происходит и смена "эпох". С утра в тот день Совет императорского двора, возглавлявшийся премьер-министром страны, занялся определением названия новой "эпохи", с тем чтобы это название было бы кратким, состояло из простых по написанию иероглифов и в то же время представляло бы собой новое слово, не затертое в обиходе. Результаты работы совета были торжественно опубликованы во второй половине дня: "эпоха" обрела название "Хэйсэй". На русский язык это название было точно переведено словом "утверждение мира" (мира - в смысле мирной жизни.- И. Л.).

С кончиной Хирохито по всей Японии наступили дни траура: были приостановлены, в частности, передачи развлекательных телевизионных программ, отменены митинги, массовые зрелища и концерты, в торговых кварталах Токио и других городов перестали зажигаться по вечерам огни неоновых реклам.

Если в день кончины Хирохито средства массовой информации концентрировали внимание прежде всего на личности усопшего, то в последующие дни журналисты стали все больше говорить и писать о его сыне Акихито, ставшем новым императором страны. Согласно опубликованным сведениям, Акихито родился в декабре 1933 года, а в ноябре 1952 года был официально наречен наследным принцем. В отличии от прежних продолжателей императорской династии, свое образование он получил не в закрытых учебных заведениях для титулованной знати, а в "демократической среде": в школе и университете рядом с ним учились выходцы из "простых семей", под которыми в прессе имелись в виду семьи, принадлежавшие к имущим верхам местного общества. Комментаторы напоминали, что в апреле 1959 года состоялась церемония бракосочетания наследного принца с дочерью одного из финансовых магнатов страны Сёды Хидэсабуро. Названный брак, по утверждению тех же комментаторов, был первым случаем женитьбы наследного принца на дочери "простолюдина", ибо прежде японские престолонаследники вступали в брак лишь с дочерями титулованных особ, принадлежавших к той или иной ветви императорского рода. В печати настойчиво подчеркивался "демократический" образ жизни нового императора. Особо отмечалась его любовь к игре в теннис и тяга к естественным наукам, в частности к изучению тех же проблем ихтиологии, которыми занимался и его покойный отец.

С вхождением Акихито на трон его старший сын Хиро стал официально именоваться наследником престола.

События, связанные с кончиной Хирохито и вступлением на трон его преемника, вызвали в политическом мире Японии неоднозначную реакцию. Если правящие круги страны стремились использовать эти события для раздувания среди японского населения монархических настроений и взглядов, то их политические противники, включая коммунистов, социалистов и ультралевые студенческие организации, стремились в меру своих сил противодействовать этому. В своих заявлениях они подчеркивали несогласие с правительственными оценками роли японской монархии, а также с попытками властей возрождать в стране императорский культ. С такими критическими по адресу властей заявлениями выступили в те дни не только лидеры КПЯ, но и некоторые объединения пацифистов и верующих, прежде всего христиан.

В день императорских похорон 24 февраля 1989 года, объявленный нерабочим днем, на улицы Токио, по которым должен был проехать к месту погребения траурный кортеж, вышли сотни тысяч людей - жители столицы, приезжие и иностранцы. Хотя движение кортежа транслировалось телевизионными станциями, я не смог преодолеть любопытства и вышел с сыном на магистраль Аояма дори, включенную в маршрут движения похоронной процессии. Там под бдительным надзором тысяч полицейских мы погрузились в необозримую толпу жителей окрестных кварталов. Но вот что бросилось в глаза: никто из них не выставлял напоказ свою скорбь, слез я ни у кого не заметил. Едва ли не все собравшиеся представляли собой обыкновенных зевак, которые либо тянули шеи, стараясь увидеть проезжавший мимо катафалк и именитых участников похоронной процессии, либо торопливо снимали все происходившее на видеокамеры и фотоаппараты.

Но еще больший ажиотаж устроило японское правительство по случаю церемонии коронации нового императора, которая состоялась спустя год и десять месяцев после кончины его предшественника - 12 ноября 1990 года. Этой церемониальной акции были приданы небывалая торжественность и пышность. Как сообщала пресса, подготовка и проведение коронации обошлись японскому государству в 8,1 миллиарда иен. На территории императорского дворца и под открытым небом, а также под его сводами были воздвигнуты специальные ритуальные сооружения, поражавшие и японцев, и иностранцев своими грандиозными масштабами и роскошью убранства. Зрителями этой церемонии стали 2500 приглашенных во дворец именитых гостей из 158 стран мира, и в том числе из Советского Союза, а также миллионы японских телезрителей.

Но самым примечательным в церемонии коронации стала не столько расточительность ее устроителей, сколько их стремление провести все это торжество в духе приверженности стародавним средневековым ритуалам, призванным, судя по всему, восстановить и укрепить в сознании японского населения убежденность в уникальности и незыблемости японской монархии. Явная тяга к прошлому нашла свое выражение в проведении на территории дворца в день коронации архаичного ритуала, называемого по-японски "Сокуи но рэй". Облачившись в древние экзотические одежды, новый император, императрица, наследный принц и прочие члены монаршей семьи, а также более семи десятков служащих императорского дворца в течение 30 минут совершали под древнюю японскую музыку на специально построенных для этого подмостках замысловатые обрядовые телодвижения, малопонятные не только иностранцам, но, как было видно, и японским гостям.