Долг чести, или Верность чужому мужу (СИ) - Полевая Рина - Страница 24

— Мою старшую дочь вернула домой иномирянка, сняла с неё рабский ошейник. И отказалась принять за это благодарность. Вторая дочь оказалась настолько слабой, что не захотела решать проблемы сама, хотя у неё было всё для этого. Хейллин предпочла сбежать при первом удобном случае, воспользовавшись непроверенным ритуалом. Помочь этой девочке — мой долг перед ней и перед богами.

— Никогда не поверю, что причина только в этом, — бывший советник никогда и ничего не делал просто так, даже долги отдавал в том виде, каком считал необходимым сам. Особенно долг перед Императором и Империей.

Пожалуй, он единственный кто открыто выражал свое недовольство действиями Славлена и не поддерживал его политику по отношению к другим мирам. Но Императору нечего было предъявить герцогу Виндау, даже если своими высказываниями или действиями он подрывал авторитет правителя — прежнего влияния он не утратил и в заговорах участия не принимал. А за всё остальное наказать аристократа можно только штрафами.

— Конечно, не только в долге. Дело в том, что Славлен еще не понял — Янира не любит, когда её слова перевирают и пожелания не выполняют. Я был единственным свидетелем кроме Императрицы, когда богиня недвусмысленно намекнула на скорейшее принятие общих законов для всех миров. Боюсь, что появление «одаренных» девушек — ещё одно испытание для нас, и мы его успешно провалили, благодаря политике Славлена и Оргины. Законы принимаются медленно и не принципиальные, тормозится ввоз товаров и обмен знаниями.

— Какое отношение к этому всему имеет ваша дочь и иномирянка?

— На этот вопрос я тебе не могу ответить. Прошу только об одном, сохрани её жизнь, и чтобы она не предприняла и не решила — не мешай ей, — взгляд герцога буквально пригвоздил меня, обещая все кары богов, если я не прислушаюсь к его словам. Но я смело встретил этот взгляд: герцог не требовал больше того, что сказано в контракте.

Похоже не всё так спокойно на Карносе как кажется, раз герцог Виндау так печется об этой иномирянке.

Линн вернулась в кабинет, и герцог взглядом показал, что разговор при ней продолжать не стоит.

— Я знаю, где вы остановились. Карету оставите здесь. От дворца скорее всего за вами следят, а выдавать где вы остановились не разумно. Покушений скорее всего в ближайшее время не будет, но рисковать не стоит. Мои люди помогут вам незаметно покинуть дом, — расслабившаяся было женщина опять насторожилась и с подозрением слушала, что говорит герцог.

Слава Мракешу, спрашивать или протестовать не стала. Не понимаю её. Лариния или любая другая аристократка уже засыпала бы меня десятком вопросов или замечаний, а эта только молчала и поджимала недовольно полные губы. Сомневаюсь, что её безропотному молчанию послужило присутствие герцога, здесь было что‑то другое.

Дом мы покинули через один из выходов для слуг. Линн опять прикрыла волосы шляпкой и не отказалась накинуть капюшон легкого плаща, выданного секретарем герцога. Пришлось долго петлять по улочкам города, но ни слова упрёка или недовольства я от неё так и не услышал, хоть и было заметно — много ходить ей раньше не доводилось.

Тетради, сложенные в простую сумку вместе с папками, посомневавшись немного, она все же доверила мне — весили они прилично.

Но мысли о них, о результатах расследования и поведении женщины я отодвинул пока. Гораздо больше меня волновали слова герцога, и что я могу полностью все это сообщить в Гильдию. Казалось, что он не сказал мне ничего нового, но намеков и по‑иному расставленных акцентов было достаточно, чтобы сделать определенные выводы.

Например, закон о защите переселенцев и их обеспечении так и не был принят до сих пор. Этот закон действовал уже несколько лет во всех мирах кроме Карноса. Тоже ничего нового, но если посмотреть на это со стороны моей подопечной и условий контракта…

Получалось, что узнай кто‑то о том, что Елена переселенка — и она окажется совершенно беззащитна перед Императором, учеными или даже рабом. А это гораздо худшая участь, чем участь маркизы Блисс — последнюю хоть немного защищало положение её отца и мужа.

Я все это знал и раньше. Всё-таки мозг мой после общения с Ларинией и привязки к ней работал плохо, раз я не подумал об опасности для подопечной и, привезя её в столицу, не предупредил о последствиях посещения дворца и общения со знакомыми Хейллин. Знал же, что воспоминания в ней полностью не открылись.

Девушку срочно необходимо увозить из столицы, а еще лучше вообще с Карноса.

Как теперь преподнести ей всё это? Ещё и об изменениях в сознании не сказал, идиот. Её слова о последнем шансе после встречи с герцогом я воспринимал всерьез — она не побоится расторгнуть мой контракт и остаться без телохранителя. Остаться рядом с ней хотелось уже не только ради спасения репутации и выполнения долга перед Ранессией.

К дому на окраине мы подошли уже в сумерках. Линн, как и я, усиленно размышляла всю дорогу. Не представляю до чего она додумалась и что решила, но поужинав достала папки из сумки и отдала их мне:

— Подумайте, как вы можете меня от неё обезопасить, — она не могла знать точно, что в них находится, но было видно — абсолютно уверена в своих словах. — Завтра я дам первое задание. Что, кто и как будет делать — меня не интересует, лимита на расходы нет. Мне нужен результат в кратчайшие сроки, — после этого встала и устало поднялась по лестнице к себе.

Герцог Виндау сказал не мешать ей? Его слова приобрели совсем другой оттенок и предупреждение оказалось своевременным — Линн оказалась скорой на принятие решений.

‍​Попробую поверить своему опыту и словам бывшего советника.

Глава 15

Хейллин маркиза Блисс‌​​

‌День оказался богатым на воспоминания, эмоции, события, встречи и открытия. Не все из них были приятными и ожидаемыми. Необычайно насыщенный день на фоне прошедшего месяца. Да наверняка и на фоне всего последнего года.

Пожалуй, самым непредсказуемым оказался результат встречи с герцогом Виндау. Я понимала, что он не станет открыто отказываться от меня как от дочери, не будет демонстрировать всем свою антипатию или неприязнь. Но чтобы вот так сразу принять меня в семью? Без всяких условий или оговорок?

Нет, я не верю в его щедрость и бескорыстную доброту. Хотя и подвоха пока тоже не вижу. Тот герцог Виндау, которого я вспомнила, был политиком, циником и принципиальным мужчиной. Правда принципы его по отношению к семье отличались от отношения ко всем остальным.

Дочерей он безусловно любил и расстался с женой, когда та не приняла его отставку с поста Первого советника и открыто выразила возможность выгодно продать Императору Хейллин и Клод. Полностью разорвал с ней отношения и запретил приближаться к обеим дочерям под страхом лишения содержания. Это только то, что знала Хейллин. А сколько было того, что скрывалось от неё?

Поэтому я и не торопилась радоваться принятию меня в семью. Кстати, помощи в защите от Императора он мне так и не предложил. Скорее всего и не предложит. Но за то, что расследование провел, виновных нашел, сократив на это время и затраты с моей стороны, я была ему благодарна.

Длительная прогулка по городу дала дополнительное время на раздумья. Уже подходя к дому я знала, что буду делать дальше.

Нападавших наняла всё-таки Лариния Трейтор и привлекла к этому Мерианну. Обе ещё не знали в тот момент, что маркиз Блисс был похищен. Да, и это я тоже вспомнила. Он успел сообщить Хейллин, что не исключает такой провокации со стороны противников политики Славлена.

‍Никогда бы не поверила, но Хейллин знала о предстоящей встрече и о том, что планирует Славлен, больше любого из министров. Порталы, способность «одаренных Янирой» девушек и маркиз Блисс, с его возросшими магическими силами, должны были послужить способом давления на представителей оставшихся миров. Маркиз Блисс похищен, а вот от своих планов Славлен не отказался. Получить еще одного такого мага в свои руки — дело нескольких месяцев, максимум — года, стоит только выдать меня замуж за любого.