"Инквизитор". Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Конофальский Борис - Страница 535

Время тянулось, а офицеры врага всё не уезжали. Судя по всему, им совсем не нравилось то, что они увидали.

— Кавалер, так уже скоро темнеть начнёт, они сегодня точно драку не затеют? — Всё ещё сомневался Увалень.

Он редко задавал вопросы, кажется, волнение у молодых людей ещё не утихло.

— Сейчас ляжем отдыхать. Нужно поесть и отдохнуть.

— Значит, начнут они с утра?

— Нет, они начнут ночью. Попробуют перелезть через овраг.

— А где? — Удивился Максимилиан. — В каком месте?

Волков поглядел на него с укором и ответил:

— Иногда, Брюнхвальд, вы мне кажетесь умным.

— Извините, кавалер, — ответил Максимилиан.

Волков помолчал и сказал:

— Я бы заплатил пять золотых, если бы кто-нибудь мне об этом мог сказать. Пойдёмте, господа, нужно сказать фон Финку и Рохе, чтобы распределили секреты вдоль оврага на ночь.

Откуда он это знал? Откуда он знал, что ночью враг попробует перебраться через овраг? Кавалер не знал этого, просто врагу ничего другого не оставалось.

Он моментально заснул. Ещё не стемнело, как он, поев немного, лёг в телегу прямо в доспехе и заснул. Даже зелья у монаха не просил. Тот только пришёл и накрыл его одеялами от холодного ветра.

Ещё до полуночи время не дошло, как его разбудили. Из секрета с запада прибежал солдат и доложил, что на той стороне оврага шум. Кони были под сёдлами, только подпругу подтянуть нужно.

И через три минуты он уже ехал в полной темноте на запад. Коня под уздцы вёл солдат из людей Рохи. Роха был тут же, с ним ещё пятьдесят стрелков. Был с ним и Брюнхвальд со всеми своими людьми. Ехали не очень быстро — темень, хоть глаз коли. А огонь зажигать боялись. Ещё не доехали, как услыхали выстрелы. Били аркебузы. Одна… Другая… Чуть позже третья. А потом рассыпать из десятка выстрелов. Крики, команды. Пока добрались до места, было ещё несколько выстрелов.

Но ничего страшного не произошло. Просто солдаты из секрета услышали шорохи за оврагом. Поняли, что это враг и он приближается. Подождали немного, пока шорохи усилятся.

И когда, как солдатам казалось, горцы подошли к оврагу совсем близко, стрелки начали стрелять. Стреляли не прицельно, на шум в темноту. Обратно прилетело пару арбалетных болтов, вот и всё. Никого не задело. Противник отошёл. Снова стало тихо, даже ветер стих.

Волков подождал немного, подождал, а потом из тех людей, что пришли с ним, отправил ещё дальше на запад, вдоль оврага, вдруг враги дальше пошли. И стал возвращаться назад в лагерь.

Он только вылез из седла, как опять прибежал солдат, на сей раз с востока. И то же самое говорил — за оврагом, напротив них, кажись, шевелятся, сволочи.

Снова в седло. Это было как раз то место, которое Волкову не нравилось. Тут овраг изгибался немного, вода размыла стены.

Стены стали полги, да ещё и совсем невысоки, по пояс мужчине.

Удобное место для атаки. Именно тут он приказал фон Финку срыть северный склон и набить вокруг него рогаток в землю.

Именно там и началась заваруха. Когда Волков подошёл с помощью, выстрелы уже не смолкали. Ещё на подходе к месту Волков увидел бивуак, тут располагался секрет. За кустами горела лампа, рядом лежал человек, над ним склонился другой.

— Он ранен? — Прямо через кусты спросил кавалер.

— Нет, господин, — отвечал ему солдат, вставая, — насмерть хлопнули, болт прямо в лоб, под шлем прилетел.

Вот и первый убитый.

— Максимилиан, шлем. — Приказал он. Дело, кажется, начиналось.

Пока кавалер разговаривал и надевал шлем, люди Рохи и Брюнхвальда, звеня оружием и доспехом, обогнали его, прошли дальше.

А над оврагом летали арбалетные болты и пули. Когда кавалер подъехал к месту, к нему подошёл спешившийся Брюнхвальд и сказал:

— Судя по всему, за оврагом народа немало. Они к чему-то готовятся.

— Вы видели? — Спросил Волков.

— Слышал. Команды слышал.

Тут же с давно знакомым им обоим звуком и быстрым шелестом прилетел арбалетный болт, звонко щёлкнул Волкова под шлем, в горжет.

Конечно, его броню он пробить не смог.

— Дьявол! — Выругался Брюнхвальд. — Вам лучше отъехать за кусты, кавалер, будет обидно, если ранят коня.

Это было разумное предложение. Конь кавалера стоил шесть десятков талеров.

Волков встал за кустами невдалеке, так, чтобы быть рядом, а Брюнхвальд ушёл к оврагу.

И тут кавалер услыхал команду, голос знакомый, зычный, властный, с характерным своим «р», таким голосом отдавал команду Роха:

— Ребята, они целятся по фитилям, фитили прятать! И товсь! Аркебузы к плечу!

Ох, не орал бы он так. Дьявол одноногий. Волков и сам был не дурак, чтобы пустить болт на звук.

При осадах это было обычным делом. Бывало, что под стенами поутру находили вот такого вот крикуна, который думал, что темнота его укроет от смерти. А она не укрывала. И утром лежал такой с двумя болтами в животе и ещё одним в ноге.

Но Роха продолжал орать:

— Аркебузы к плечу! Ребята, бери чуть ниже. Нечего нам свои пули плющить об их кирасы! Целься! Первый ряд, пали!

Залп аркебуз прокатился над темнотой ярким всполохом. И Волков сам, своими глазами всё увидал. Всего в тридцати шагах от себя он увидал тусклый блеск железа. Ряды доспехов, ряды кирас и шлемов среди полуопавшей листвы кустарников.

Брюнхвальд был прав. Противник что-то тут задумывал.

— Второй ряд, видали их? — Продолжал орать Роха. — А ну-ка, дайте им, псам! Целься, ребята, лучше! Целься по памяти! Пали!

Гадать, ждать и размышлять, что задумал враг, он не собирался.

Пойди, угадай, пока угадаешь, он уже перелезет через овраг. Нет, так не пойдёт.

— Максимилиан. — Он обернулся к оруженосцу. — Капитана фон Финка со всеми его людьми сюда. И пусть не медлит!

Стрельбы продолжалась до самого прихода фон Финка. И как только он подошёл, болты с той стороны оврага перестали прилетать. Всё стихло. Итог всей этой суеты — один из его людей был убит и шесть человек ранены.

Волков оставил фон Финка на этом месте на всякий случай, а сам с Рохой и Брюнхвальдом отправился в лагерь, под холм.

И только когда приехал туда, узнал, что на позиции Рене, прямо через овраг, противник совершил вылазку.

— Их было человек сто, не больше, — рассказывал Бертье, у которого рука была замотана окровавленной тряпкой. — Подошли очень тихо. Наши, конечно, их прозевали, но успели поднять тревогу. Я подошёл, за мной пришли арбалетчики, в общем, отбили их. Они ушли.

— Сколько убитых? — Сразу спросил кавалер.

— Двое, ещё шесть ранено, — сообщил Рене.

— Проведите перекличку. — Сухо произнёс он.

Как он и думал, двух солдат не хватало. Теперь горцы узнают все, что им нужно.

Что ж, враг был опытен и умел. А разве он думал, что будет иначе?

Глава 55

Он давненько не просыпался от этого звука. Бог знает, когда такое было. Звук доносится издалека. Кажется, он сливается с гомоном и шумом лагеря, становится почти неуловим, но нет, этот звук он ни с чем не перепутает. Даже на смертном одре его узнает.

Бум. Бум. Бум-бум-бум…

У него затекло всё тело оттого, что спал в доспехе, ещё чешется спина. Он откинул одеяла, привстал на локте. Зараза, кажется, сразу закружилась голова. Уже светает. Рядом с телегой на корточках сидит брат Ипполит. Он опять что-то мешает в чашке.

— Почему меня не разбудили? — Сразу спросил Волков, пытаясь хоть чуть-чуть размять члены. Он вертит головой, в шее чувствует застарелую боль, рана над ухом опять саднит.

— Я не дозволял вас будить. Ни к чему было. Горцы всю ночь и утро тихо сидели, только что зашевелились. — Отвечал монах. — Вот. — Он встал и поднёс кавалеру чашу с мутным питьём.

Волков уже знает, что это, молча берёт чашку и пьёт. Затем, вытерев рот, вылезает из телеги, бросает коротко:

— Умыться.

У него чешется спина, бок. Но, чтобы почесать их, ему придётся снять ваффенрок, кирасу, горжет, кольчугу, стёганку. Придётся терпеть. Как в молодости.