"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гореликова Алла - Страница 859

Кажется, эта мысль пришла в голову Эмери, потому что молодой рыцарь медленно попятился, в ужасе глядя на висевший на груди Даргана талисман, и желание немедленно складывать балладу у него пропало.

— Твой медальон ни при чем, — покачал головой Ренард. — Это же доппельгангер!

— Кто?

— Демон-двойник — доппельгангер, — объяснил следопыт. — Он способен принимать вид любого существа. Для этого ему надо всего ничего: коснуться человека, в которого он хочет превратиться. Ты же видел, как он в битве скопировал Эмери вместе с его броней и мечом.

— Демон? Проклятый? Но как же он принял вид девушки из Алкмаара… — Дарган посмотрел на уродливые серые пятна. — Погоди, ты сказал, ему надо кого-то коснуться?

— Ну да, какой-нибудь красотки, и пожалуйте, мигом получаешь дубликат.

— Теперь понимаю, как он это сделал… — прошептал Дарган.

Та девушка, что погибла в лапах паука! Она была настоящей, но никакой сестры-близнеца у нее на самом деле не существовало. Демон коснулся ее и принял прекрасный облик. Но девушка вскоре погибла, а эта дрянь уцелела.

— Ну да, ему надо было всего лишь коснуться какой-нибудь девицы, чтобы превратиться из серого чучела в красотку.

— Это хорошо… — прошептал Дарган.

— Что? — не понял следопыт.

— Видишь ли… Та, погибшая девушка, она была живой, понимаешь…

— Пока не очень.

— Ну как же! Значит, и Лиин тоже могла остаться в живых!

— Лиин?

— Моя невеста, я же тебе говорил о ней. Понимаешь, она может быть живой! Так ведь? Если девушка, которую скопировала Тейра, была живой, значит, кто-то мог уцелеть!

— Ну, в общем-то… — Ренард кивнул. — Да-а… в нашем мире так мало хорошего, что и такую ситуацию можно счесть за удачную.

— Сюда, помогите! — услышали они крик Цесареи.

Все разом повернулись.

Горгулья вернулась. Теперь она обрушила шквал камней на Гоара. Тот защищался — но отбивать камни мечом — даже таким здоровенным, какой имелся у Гоара, — дело почти безнадежное.

Следопыт пустил в летающую тварь стрелу и ринулся на помощь надменному рыцарю. Дарган и Эмери понеслись за Ренардом по камням.

Но горгулья не стала дожидаться, когда все соберутся, чтобы дать отпор, отлетела в сторону, подхватила демонолога и полетела прочь. Раненая тварь все время заваливалась на одну сторону, но в воздухе вроде бы держалась и когтей не разжимала. Идразель что-то выкрикнул сверху, но, что именно, никто не понял. Если угрожал, то это мало кого волновало — а магическим огнем он швыряться был сейчас не в силах.

Ренард пустил вслед парочке еще одну стрелу, но промахнулся.

— Бедный конь… — вздохнул Дарган.

— Что? Его тоже утащила горгулья?

— Нет… Я обещал ему труп демонолога. Обманул беднягу.

— Отдай ему демона. Думаю, Бешеному это блюдо понравится, — предложил следопыт.

— От демона ничего не осталось… Кроме грязи на камнях.

Цесарея стояла на коленях подле Джастина и плакала, гладя тонкими пальцами побелевшее лицо.

— М-да… Ренард как всегда прав, — заметил Эмери. — Храма рядом нет, а пока дойдем до ближайшего, тело начнет разлагаться…

— Мы возьмем его все равно. Во время войны Империи и Алкмаара Всевышний воскресил паладина Леонарда через сорок дней после смерти.

— Даже если он воскресит Джастина через два дня — тоже будет неплохо, — заметил Ренард.

— Он действительно был твоим братом? — спросил Эмери.

Девушка подняла на него полные слез глаза и, помедлив, кивнула.

Глава 25

Тело Джастина завернули в плащ, потом в попону и положили на коня убитого. Лошадям не нравился сей груз, разве что Бешеный радостно ржал, нюхая воздух и улавливая первый еще слабый запах разложения. Но и конь смерти вскоре вынужден был разочароваться — никто не собирался отдавать ему это тело на растерзание.

К вечеру отряд Даргана выбрался на более или менее широкую дорогу, ведущую к Ниинорду. Гоар ехал впереди, всем своим видом показывая, что именно он теперь возглавляет отряд, и в этом ни у кого не должно быть сомнений.

— Надеюсь, этот урод не заплутает и доведет нас до цели, — заметил Ренард. — Завтра вечером мы должны быть уже в городе. Только тебе, Дарган, там не стоит задерживаться.

— Почему?

После того как медальон вновь очутился у него на груди, алкмаарцу стало казаться, что он уже неотличим от живых: зеленоватый цвет кожи исчез, она вновь сделалась просто белой, как у человека, упавшего в обморок или только что умершего — когда смерть еще не пугает, но таит в себе жгучую тайну. Впрочем, смерть в Невендааре никогда не означает полное исчезновение, бытие может быть продолжено, весь вопрос — в какой форме и сколь многое ты утрачиваешь, когда твое сердце перестает биться. Дарган посмотрел на завернутое в плащ и попону тело Джастина. Во всяком случае, у каждого этот шанс есть. Весь вопрос — предоставят ли его человеку капризные боги.

— Слишком сильная штука висит на цепочке у тебя на груди, если ты еще этого не заметил, — шепнул Ренард.

— Да, я это понял давно, — крикнул Дарган. — Еще когда демон Белиарх убежал от меня во время боя. Поначалу решил, что он испугался Бешеного. Но потом понял: лиловый пузан дал деру от талисмана. Проклятые не выносят свет живой души. Я бы мог их распугивать одним своим видом…

— Они сожгут тебя издалека. Но не исключено, что именно проклятые знают, как воспользоваться артефактом эльфов, — заметил Ренард.

— Как именно?

— Дурацкий вопрос. Я же не проклятый. И не эльф. Ну, может быть… в него можно заточить десятки и сотни душ… и тогда он соберет до кучи нереальное количество магии и всех подчинит… снимет все печати с Преисподней, уничтожит всех богов и вырвет из заточения Бетрезена. Ты не рассматривал такой вариант?

— У меня на такое фантазии не хватило. Это же ты у нас мечтатель.

— Я просто допускаю, что на свете может быть много чего интересного. А вот у проклятых с фантазией все в порядке — недаром они кинулись за тобой в погоню, отправили сначала доппельгангера, потом — демонолога с сектантами и горгульей. Я еще подумал — что за странный отряд, ни одержимых, ни берсерков, только сектанты да горгулья в придачу к демонологу. Но теперь понимаю. Они делали ставку на магию. Сектантов в любом случае зарыли бы, как расходный материал, а демонолога вместе с талисманом в нужное место перенесла бы горгулья.

— Вот только к талисману они никак не могли подобраться. Я теперь уверен, что демонолог отлично знал, что Меченый попытается украсть медальон. Он просто наблюдал: что из этого получится. Только я не понял, зачем вернулась Тейра, то есть этот демондвойник, — спешно поправил себя Дарган. — Разве не лучше ей было действовать заодно с Идразелем?

Ренард рассмеялся:

— Наивная нежить, я же сказал! Проклятые предают друг друга постоянно. За медальон наверняка полагалась награда. Зачем было демону-двойнику уступать медальон демонологу? Ну уж нет — вся слава должна была достаться тому, кто принесет медальон, а кто погибнет и по какой причине — их это не волнует. Главное — поставленная цель и милость Бетрезена…

Вдали уже показался Ниинорд, или, вернее, то, что от него осталось, когда навстречу маленькому отряду выехал одинокий всадник. Рыцарь. Нежить. Конь под ним был почти точной копией Бешеного — разве что чуть помельче — видимо, его не так усердно кормили в последнее время, зато все четыре бивня были целыми, тогда как у Бешеного один был сломан и еще не успел полностью отрасти.

Всадник, восседавший на коне, был в черных доспехах, на вороненой стали белые абрисы костей складывались в человеческий скелет. На черном шлеме тускло поблескивал золотой обруч. Рыцарь поднял забрало, и Дарган узнал Зитаара.

— Вот и встретились, — один мертвый алкмаарец улыбнулся другому. — Долго же ты от меня бегал, Дарган!

Меч рыцаря смерти с противным скрежетом вышел из ножен.

— Ого, а он покруче будет, чем ты… — заметил Ренард и потянулся к колчану — стрел в нем осталось три штуки, после того как следопыт щедро осыпал ими горгулью.