Цветок вампира - аконит - Мокашь Лили - Страница 37

— Правда спасибо. И за вчера, и за сегодня.

Только сейчас я заметила, как красивы и теплы его глаза. Как безупречна и чиста белая, словно мрамор, кожа. Неестественно гладкая, без малейшего изъяна или родимого пятна она притягивала взгляд. К ней хотелось прикоснуться. Проверить, так ли безупречна эта гладь наяву или же всё это лишь идеальная маска, таящая внутри стальную крепость.

— Но вопросы ты всё равно задавать продолжишь, — уверенным тоном сказал он, скорее констатируя факт.

— Я просто не смогу иначе.

Он запустил руку в медные волосы и бросил прежде, чем удалиться:

— Уж лучше бы ты всё забыла.

Ко мне за парту на уроке подсела Татьяна и я удивилась. Никогда ещё ранее никто не садился со мной вместе на физике, а уж если это оказалась Ростова — жди беды. Первую половину урока Таня была на удивление молчалива, отчего напряжение росло. Я пыталась вслушиваться в слова учителя, но они смысл ускользал, как бы ни старалась сосредоточиться. В мыслях витали догадки, а взгляд невольно скользил к пустому стулу, где должен был сидеть Никита. Оставалось только надеяться, что с ним всё в порядке. Странно, но мои чувства менялись, стоило ему пропасть из поля зрения. Казалось, внутри меня крепла лишь дружеская привязанность, однако стоило Каримову прикоснуться, как в висках слышалось биение пульса, точно сердце отправлялось вскачь, желая продлить сладостное мгновение. Ничего подобного я не ощущала, думая о нём в классе. Даже прокручивая в голове наш первый поцелуй, теперь он не казался чем-то особенным и желанным, словно внутри меня кто-то дёрнул за переключатель, сменяя одни чувства на другие, более мрачные. Всё хорошее меркло под гнётом страха, который я ощутила, смотря в алые глаза. Неужели это и есть истинная суть вампира?

Сила, с которой Никита ударил по периллам ужасала. Что, если однажды ему под руку подвернулась я? Даже несмотря на то, как Ник всегда был обходителен рядом и добр, скользкое предположение вызывало у меня дрожь. От неприятного ощущения на мгновение мне показалось, что даже в кабинете стало значительно холоднее и я натянула рукава кофты, насколько позволяла ткань. Это едва ли помогло и тогда я прислонила пальцы к губам и попробовала отогреть дыханием.

— Замёрзла? — спросила Татьяна, впервые заговорив за урок.

Я кивнула и продолжила смотреть на учителя, который держал на раскрытой ладони учебник и выписывал на доске мелом условия задачи.

— Знаешь, это не очень честно с твоей стороны, крутить шашни сразу с двумя крутыми парнями из школы.

На мгновение я потеряла дар речи, не понимая, откуда взялись такие подозрения.

— Ты о чём? Я встречаюсь только с Никитой, — я украдкой посмотрела на Ростову и заметила, как она закатила глаза.

— Да ладно, не придуривайся. К Эдику ты тоже неровно дышишь и даёшь всякие ложные надежды.

— И в чём, по-твоему, они проявляются?

— Как в чём? Что это вообще сейчас было в столовой? Ты со Смирновым откровенно заигрывала.

— И в мыслях не было. Я лишь поддержала твоё предложение.

— Интересная поддержка, — сквозь зубы процедила Таня: — Взяла и пригласила его на медляк.

— Я не приглашала его на медляк, — возмутилась я: — Танцевальный номер мог включить всех нас.

Не зная, как развеяться мысли Татьяны, я принялась врать. А что мне ещё оставалось? Не могла же я рассказать Ростовой свои истинные мотивы. Если бы все в городе знали о существовании вампиров, это вскоре бы стало общественным достоянием. Аттракционом, на который лёгкие на руку быстро бы начали заманивать туристов, однако ничего подобного в Ксертони я не замечала. Раскрывать чужой секрет главной сплетнице школы мне не хотелось, да и подругами мы никогда не были, чтобы делиться сокровенным. Меня раздражало, как Ростова лезла не в своё дело и хотелось дать отпор. Вот только времени на обдумывание, как сделать это достойно, не было, а значит, приходилось импровизировать.

— Мог? То есть всё зависело отчего?

— Я думала, ты поддержишь идею и поможешь организовать, придумаешь хореографию. У тебя отлично получается собирать всех вокруг себя.

Татьяна с недоверием смотрела на меня, однако лёгкая улыбка прослеживалась на её губах, точно слова ей польстили.

— Значит, — медленно начала она: — Никаких видов на Эдика.

Я демонстративно подняла левую руку раскрытой ладонью вверх, а указательным пальцем правой прочертила на груди невидимый крест, подражая на манер клятв из фильмов о подростках.

— Клянусь на сердце.

Ростова довольно ухмыльнулась, и стоило ей повернуться к доске, как глаза одноклассницу округлились. Она шустро ткнула меня локтем в бок и я тоже обернулась. Учитель стоял у доски, скрестив руки на груди. Из-за приспущенных на нос очков в нашу сторону взгляд преподавателя в нашу сторону казался зловещим и не предвещающим ничего хорошего.

— Анастасия Черная, — его басовитый голос разнёсся по классу, как раскаты грома: — К доске.

Никита так и не появился на оставшихся уроках. Никто не поджидал меня на выходе из класса и не провожал до следующего. Я держалась Даши, с которой, к счастью, два последних урока у нас оказались совместными по расписанию. Мне нравилось узнавать её. У нас было много общего: мы любили одних и тех же классиков английской и русской литературы, смотрели «Закрытую школу» и шоу о путешествиях – «Орёл Решка». Как и я, Даша хотела когда-нибудь посмотреть мир. В её списке желаний числилась Япония и Арабские эмираты. Я же всегда хотела попасть зимой на Байкал. Холод страшил меня, однако вера внутри о том, что всё решается правильно подобранной одеждой, ободряла. Фотографии прозрачной и толстой корки льда, с узором из василькового оттенка трещин по всей глади, уходили глубоко вглубь, касаясь тьмы, отчего, казалось, всё озеро промёрзло насквозь. Я представляла, как стою посреди бескрайней гладкой поверхности, вдыхаю морозный воздух и наслаждаюсь безмятежным моментом, единением с естественной красотой природы. Одно это мгновение стоило длительного и дорогого перелёта, разницы часовых поясов и трёх слоёв одежды. В конце последнего урока я показала Даше со смартфона фотографии Байкала из интернета. Она смотрела на снимки с нескрываемым интересом и восхищением, отчего мне стало внутри уютно и тепло.

— Вау! Знаешь, я бы с радостью тоже на это посмотрела.

— Жаль в этом году никак не получится.

— Да уж, — с грустью отозвалась Даша: — В следующем тоже вряд ли. Ехать за такой красотой нужно точно зимой, а кто знает, как пройдёт первая сессия.

— Ты уже знаешь, куда будешь поступать?

— Кажется, да. Думаю всё ещё над факультетом. А ты?

Я подхватила рюкзак и вместе с Дашей пошла на выход из класса.

— Не-а. Я пока даже с городом не определилась.

— Понимаю. Наверное, это трудно: начать все с нуля на новом месте. Я бы так не смогла.

Я пожала плечами. Мы стояли в рекреации на первом этаже. Сбросив рюкзак на ближайшую лавку, я принялась натягивать куртку, а затем повязывать шарф. Насколько можно было судить по виду из небольшого окна у стола дежурного учителя, снег перестал идти. Вспомнив, что Костя из школы меня сегодня не встретит, я случайно выругалась и Даша обратила на это внимание.

— Что-то не так?

— К сожалению, — я достала из кармана телефон, но вспомнила, что не знаю номера Дианы и это расстроило ещё больше. Весь день всё шло совсем не так, как мне бы того хотелось начиная с самого утра, вплоть до этого момента. Нужно было позвонить Косте, но Даша продолжала стоять в дверях в ожидании.

— Ты иди. Мне позвонить папе: Диана должна была подбросить меня до дома, но, похоже, она уже уехала.

—Может, позвонишь ей?

— У меня нет её номера, — от досады я слегка улыбнулась, понимая абсурдность ситуации: я общалась несколько часов подряд о существах, которых считала вымышленными всю свою жизнь, с девушкой, номера, которой у меня даже не было никогда.

— Давай тогда посмотрим на улице. Вдруг она ждёт тебя в машине?