Дети богов - Фарутин Антон - Страница 44

– Весьма аскетично, – заметил Пирсон, также озираясь по сторонам.

– Ну, если вы ожидали встретить здесь духовой оркестр, то очевидно, ошиблись адресом, – ответил ему Джек. – Мороний, вы там еще долго сидеть будете? Вылезайте, или мы уходим без вас!

Недовольно ворча себе под нос, из горловины люка показалась бородатая голова. Оглянувшись по сторонам, старик проворно покрутил головой влево и вправо, затем посмотрел в сторону лестницы.

– А там что?

– Именно это мы и собираемся выяснить. Вы с нами?

На секунду замерев, голова уставилась на мужчин. Затем Мороний перевел взгляд на лежащее на полу тело доктора Краун и, что-то решив для себя, борода убедительно закивала. Вскоре антиквар вылез из лодки и перебрался на бетонный пол. Антиквар провел ладонью по раскрасневшемуся и мокрому от пота лицу. Затем он пригладил бороду, зачем-то отряхнул невидимую пыль с одежды и подтянул рукава куртки. Детективу вспомнилось, каким щеголеватым франтом антиквар был в своей лавке, и подумал, насколько некомфортно ему должно быть теперь. Все еще поглядывая на лежащую Еву, он вслух заметил:

– Мне кажется, она приходит в себя… Может быть, дать ей воды?

Кайл оглянулся по сторонам в поисках какой-нибудь фляги, а потом, присев на корточки возле края шлюза, зачерпнул воду в ладонь. Она оказалась жгуче холодной, но абсолютно прозрачной. Понюхав ее, Пирсон умыл разгоряченное лицо. Затем вновь зачерпнул полную пригоршню ледяной воды и отнес Еве.

– Как вы? – участливо спросил Кайл.

– Нормально, – покивала головой девушка. Кожа ее лица начала приобретать румяный цвет, и дело явно быстро шло на поправку.

– Идти сможете? – вмешался в разговор Джек.

– Да, конечно. Просто дайте мне пару минут…

Мужчины отошли в сторону металлических ступеней, и Джек, который разумно прихватил с собой отобранный у дозорного автомат, снял его с предохранителя и осторожно заглянул в темный проход. Со своего места он не увидел ничего, кроме сумрака на другом конце лестницы.

Медленно двигаясь по плохо освещенному коридору, они миновали очередную развилку. Насколько можно было судить по увиденному ранее, коридор соединял в себе все шлюзовые доки четырнадцатого уровня. Всего их было восемь, и размеры всех камер были абсолютно одинаковы. Мороний, как всегда, принялся рассказывать небылицы про жизнь Новой Швабии, как он окрестил это место. Все вокруг выглядело неживым и опустошенным, хотя в отличие от Базы 211, которую они видели на поверхности, не было заброшено в панике или в результате бегства.

Переходя с уровня на уровень, они видели, что морской, или, вернее сказать, подводный, порт был в абсолютном порядке и находился в состоянии консервации. Его просто давно не посещали в силу неких, пока не известных, причин. На некоторых этажах им попадались небольшие смотровые отверстия, через которые были хорошо видны мерцающие огни портовых доков. Подводная станция чем-то напоминала здание аэропорта – здесь были места для ожидания, металлические скамьи, многочисленные переходы с указателями на немецком языке. Масштаб строения производил колоссальное впечатление, и оставалось только гадать, как все это выглядело в те времена, когда было наполнено людьми.

Поднимаясь все выше и выше, они замечали, что некоторые доки были освещены лучше, чем другие. Видимо, часть из них предназначалась для швартовки лодок высшего командования Третьего рейха. На первом уровне они даже увидели широкие красные ковровые дорожки, покрытые пылью, но все еще чистые и торжественные. В широком зале на стенах висели полотнища с черной свастикой в белом круге, а потолок украшала яркая цветная мозаика с крупным изображением орла, держащего в цепких когтистых лапах символ торжества нацистского рейха.

Озираясь по сторонам, Джек приблизился к Пирсону. Бродить по этим местам в полном молчании было как-то совсем не по себе, и он спросил:

– Так что, летающие тарелки фашистов над Антарктидой – это не миф?

– И да, и нет, Джек. Как я понимаю, сейчас мы находимся на одной из баз Четвертого рейха, неудачного наследия послегитлеровской Германии. Немецкие ученые действительно создали много различной техники на основе расщепления ядра, и надо отдать им должное – они смогли сделать довольно компактный ядерный реактор, который питал и их подводные лодки, и летательные аппараты. Те самые «тарелки», что мы видели ржавеющими в подводных доках. Я допускаю, что после окончания войны немцы могли перемещаться на них отсюда до южной Америки. Но, к сожалению для Четвертого рейха, они не долго наслаждались своим преимуществом в этой технологии. Уже через двадцать лет сначала у Советского Союза, а чуть позже и у американцев появились аналогичные технологии, и в конце шестидесятых в космосе уже начали летать спутники-шпионы обеих стран. С того момента, насколько я знаю, немцы прекратили свои полеты на дисколетах, чтобы не быть замеченными. Собственно, тогда и закончился пик упоминаний об НЛО. И еще, насколько мне известно, немецкие дисколеты никогда не летали в космос.

– Как это?

– Ну, полагаю, это были сугубо земные летательные аппараты с ядерной энергетической установкой и небольшой грузоподъемностью, не более пяти человек.

– Вы уже дважды произнесли «насколько мне известно». А откуда вам столько известно про немецкие летающие тарелки, Кайл?

– Джек, ты все время меня в чем-то подозреваешь. Но ответ прост – одна из наших лабораторий занимается разработкой беспилотных летательных аппаратов, ну что-то вроде летающего такси. Так вот, мы в свое время провели очень большое исследование в области различных технологий создания летательных аппаратов в поисках надежной, простой и дешевой технологии. Так что все доступные материалы по НЛО, включая секретные архивы ФБР, мы тоже исследовали с целью найти именно научную подоплеку конструкций или методов передвижения летающих дисков.

– И каков результат?

– Как ты знаешь, фон Браун, который отвечал за космические разработки «Аненербе», после войны был вывезен в США и работал на НАСА. Он ученый, Джек, и сконцентрировал свои усилия именно на освоении космоса и высадке на Луне. Ракеты, которые могли преодолевать тяготение Земли, интересовали его гораздо больше, чем эксперименты с «тарелками». Может, конечно, у него были и другие причины развивать лунное направление. А что касается нашего проекта, то он еще не закончен. Мы рассматриваем и конструируем несколько разных вариантов. И может быть, я тебя разочарую, Джек, но если мы говорим не о дальнем космосе, а об обычных полетах в атмосфере Земли, то лично мне больше всего импонируют мультикоптеры, автожиры, конвертопланы и даже советский проект экраноплана, который был крайне интересным изобретением в годы холодной войны. Может быть, скоро ты сам его увидишь.

– А что за Четвертый рейх? Я о нем ничего не слышал.

– А о нем и нечего слышать. После поражения в войне многие нацисты из высшего командования СС бежали при помощи подводного флота. Кто-то, как мы видим, сюда, в Антарктиду, другие направились по соседству – в Аргентину и Чили. Надо признать, они неплохо подготовились к отступлению, многие из них никогда не были преданы Гитлеру, хотя и разделяли его идеологию расового превосходства. Так или иначе, создать новый Рейх у них не вышло в силу множества обстоятельств. После разгрома они были больше озабочены сменой фамилии, сохранением своего инкогнито, бегством от советского и английского правосудия. В итоге они предпочли стать политиками и бизнесменами в Южной Америке, вместо того чтобы строить новый Рейх, рискуя своими жизнями. То что мы видим здесь – закономерный конец любой империи. Крах и упадок. Я думаю, эта база просуществовала еще лет пять, ну максимум десять после окончания войны. Затем ее законсервировали и покинули. Какой смысл жить во льдах? К 1955 году уже умер Сталин и мир изменился. Все, кто здесь оставался, вероятно, уплыли в теплые страны.

В задумчивости они прошли дальше и вышли в служебный коридор со множеством дверей. За одной из них им послышались какие-то звуки. Надпись на двери гласила «диспетчерская», и Джек, дав команду своим спутникам оставаться на месте, резко толкнул плечом дверь и впрыгнул внутрь, готовый открыть стрельбу. Однако, как и в других местах подводной базы, помещение оказалось абсолютно безлюдным.