Сталь и камень - Санчес Сильвана Дж. - Страница 4

– Не могу, – выдыхаю я, сжав кулаки.

– Только ты можешь вернуть ее! – возражает Малис. – В пяти королевствах нет более опытного и смелого воина, чем ты! – Малис замолкает, чтобы перевести дух. – Филлип, ты ранил темного бога!

Я запрокидываю голову и смотрю на потолок. Тяжело вздыхаю. Бремя обязанностей правителя обрушивается на меня, словно мельничный жернов. Опустив голову, я провожу пальцами по волосам.

– Ты не понимаешь, Малис! Я бы отдал жизнь, если бы это означало спасение Авроры. Но я не могу рисковать. Не могу бросить свое и ее королевство. Стоунволл буквально лежит в руинах! Люди нуждаются во мне! – Мой голос дрожит, и горе сжимает горло. – Пламя Преисподней, это ты во всем виновата!

Я поднимаю голову и замечаю, как портал исчезает во тьме.

– Никто не должен узнать, что я замешана в этом! – с мольбой восклицает Малис, прижав руку к груди. – Если отец узнает, он прогонит меня, как и грозила его любовница. – Она опускает голову, и слезы текут по ее раскрасневшимся щекам. – Я уже потеряла любимую мать – как и ты. Мое сердце никогда не оправится, если меня отошлют.

– Возвращайся в Уайтхейвен, – тихо отвечаю я, не сводя пустого взгляда с лица своей возлюбленной. – Никому не рассказывай о случившемся.

– Но как…

– Мы что-нибудь придумаем, Мал. А теперь иди!

Девушка кивает и встает, коснувшись рукой моего плеча.

– Береги ее, Филлип, – шепчет она. – Ради Стоунволла и всех нас. – Уголок ее рта изгибается в горькой улыбке. Малис поспешно разворачивается и уходит. Ее белая меховая накидка развевается, блестит, словно лунный свет в ясную ночь.

Сердце бешено бьется в груди, двери бального зала захлопываются, и мы с Авророй остаемся одни. В этой мрачной тишине боль ее предательства впивается в мое раненое сердце. Сдерживаемые так долго слезы устремляются вниз по моему лицу, я скорблю – не из-за проклятья моей возлюбленной, а из-за гибели того, что я считал истинной любовью.

Смахиваю слезы тыльной стороной ладони и поднимаюсь на колени, неожиданно заметив бриллиант на мраморном полу, манящий своим сверкающим светом. Я тянусь к нему и сжимаю гладкий камень в пальцах.

В последний раз взглянув на лицо своей возлюбленной в лунном свете, проникающем из окон, я беру ее руку, такую мягкую в моей жесткой ладони.

– Знай, любимая, – шепчу я, чувствуя, как слезы вновь подступают к глазам. – Мое сердце всегда будет принадлежать тебе, пусть ты и разбила его. – Я осторожно надеваю кольцо на ее нежный палец. – Отныне я клянусь защищать тебя и все, что тебе дорого, хотя я больше никогда не смогу дышать тем же воздухом, что и твои подданные.

Я склоняю голову и медленно припадаю губами к руке своей возлюбленной.

– Пока не погаснет пламя царства мертвых и все долги не будут возвращены… – с болью шепчу я. – Прощай, любимая. Я никогда тебя не забуду.

Семь лет спустя

1. Филлип

– Мятеж? – переспросил я, отказываясь верить, что Малис осознавала суровость наказания за государственную измену. Я в изумлении смотрел на девушку перед собой. Всего несколько недель назад она была прекрасной принцессой – миловидной и послушной, одетой в дорогие шелковые платья и самые роскошные драгоценности. Теперь ее ноги обтягивали бриджи, на хрупком запястье выделялось клеймо разбойников, черные волосы были заплетены в косы на манер диких фейри. Я с трудом узнавал ее в таком виде. Передо мной стояла незнакомая королева-воительница.

– Осмотри большой зал, – нараспев произнесла Малис. – Видишь фейри над платформой для музыкантов? Вот мой меч и щит. Видишь мужчин в черных капюшонах? Это самые сильные маги во всем мире – «Семерка».

– Колдуны-наемники, – с нескрываемым неодобрением пробормотал я. Легенды описывали их как самых жестоких захватчиков, и у меня не было ни малейшего желания связываться с ними.

– Держи крепче свой меч, Филлип, – предупредила Малис, решительно посмотрев на меня. – Грядет кровавая битва.

Эти слова вселили в меня ужас. Мне было страшно не за себя, а из-за того, что последует после битвы.

– Кровавая?.. – недоверчиво проговорил я. – Нет… – Я тряхнул головой, чувствуя, как стынет кровь в жилах, и попятился, заметив фигуры в капюшонах в шумной толпе, собравшейся в замке Уайтхейвен на коронации короля фейри. Кто-то готовит нападение, и оно повлечет за собой бойню и смерти. Этот жестокий план будет стоить жизни невинных людей и фейри. Я презирал фейри, но не пожелал бы такой ужасной судьбы и злейшему врагу.

Я украдкой посмотрел на Малис, зная, что в одиночку ни за что не остановлю жернова этого безжалостного плана.

– Филлип, – прошептала она, придвинувшись ко мне. – Ты сразишься вместе со мной?

Я стиснул зубы.

– Нет, – твердо ответил я, шагнув от нее в сторону большого зала. – Я не собираюсь участвовать в этом.

Малис выглядела потрясенной, но я продолжил:

– Я прибыл сюда вовсе не для того, чтобы развязывать войну. Не теперь, когда мы заключили хрупкий союз с фейри. – Я замолчал, в отчаянии всматриваясь в лицо девушки, ища малейшее изменение – вдруг она передумает? Так и не найдя его, я продолжил: – Тебя не было слишком долго. Разве ты не видела, какую бойню фейри устроили, когда пришли на эти земли? – Ужас просочился из моего сердца и потек по венам. Мысли устремились к беспомощному королевству у моря.

Но на лице Малис застыла холодная маска равнодушия.

– Я заполучу свою корону, – решительно заявила она. – Я верну Белый трон… с твоей помощью или без нее.

– Мое мнение таково. – Я кивнул, с трудом сдерживая ярость. – Прости меня. У меня есть королевство, о котором я должен заботиться. – Я направился к дверям, но в последний момент остановился. Я обернулся, бросил на Малис последний яростный взгляд и добавил: – Да помогут нам боги, если твоя безрассудность приведет к гибели все, что нам дорого.

Я выбежал из замка с дурным предчувствием. Мой пульс ускорился. Ледяной ветер принес первые кружевные снежинки, и меня охватила дрожь.

– Капитан! – прорычал я. Отчаяние исказило мой голос, я бросился к конюшням. С каждым хриплым выдохом изо рта вылетало белое облачко пара. – Капитан!

Я всматривался в туман и наконец заметил капитана Мурскилл в отполированных бронзовых доспехах. Она перестала точить кинжал и обернулась на звук моего голоса. Сквозь забрало в шлеме были видны светло-голубые глаза. Заметив мое напряжение, капитан Мурскилл схватила поводья моего жеребца. Затем взобралась на своего кремового коня, пришпорила его и устремилась ко мне.

– Прямо сейчас в Уайтхейвене готовится мятеж против короны, – задыхаясь, проговорил я и вскочил на коня. – Боюсь, на нас обрушится гнев фейри. Замок Стилборн должен готовиться к скорой осаде. – Я схватил поводья и натянул их. Лошадь беспокойно била копытом землю. – Немедленно сообщи весть королю.

– Ваше высочество? – растерянно спросил капитан, нахмурившись. – Я не понимаю. Вы не поедете?

– Нет, – решительно ответил я, проведя ладонью по блестящей шее своего скакуна, пытаясь его усмирить. – Тише. Тише… – прошептал я ему на ухо. Конь заржал, но все же успокоился, а вместе с ним и я.

Капитан раздраженно выдохнула. В молниеносном движении шлем слетел, зазвенев о блестящие наручи, и густые светлые локоны рассыпались по плечам.

– Куда ты собрался? – почти потребовала капитан. Черты ее лица стали резче – так она была серьезна.

Я никогда не позволял подобной дерзости обычным солдатам, но капитан Мурскилл сражалась со мной плечом к плечу множество раз. Военные походы сблизили нас. В остальном мой отец воспитал нас как брата и сестру, хотя между нами не было кровного родства.

– В Стоунволл, – ответил я. – Нужно предупредить их.

– В Каменную крепость? Это могу сделать я, – уверенно сказала капитан. – Ты должен быть со своим отцом. Его здоровье заметно ослабло с тех пор, как…