Драконья луна - Троуп Алан - Страница 61

– И пора уже Генри спать по ночам в своей постели!

Не знаю, чему я больше рад – своему отремонтированному катеру или латиноамериканцу, сидящему в нем рядом со своей дочерью.

– Папа все порывался вести катер, – кричит Клаудиа, пришвартовываясь,- но я сказала, что с вами удар случится, если кто-нибудь опять покорежит вашу лодку.

Артуро сверкает белозубой улыбкой:

– А я ей ответил, что это было бы вполне справедливо после того, что ты сделал с моим «Лучом».

Я прыгаю на борт, принимаю поцелуй Клаудии в щеку. Потом подхожу к ее отцу, помогаю ему подняться. Он хватается рукой за мою руку и с трудом встает.

– Клаудиа рассказала мне обо всем, что здесь происходило, – говорит Артуро.

У него на лице до сих пор следы ссадин, голова забинтована.

– Не волнуйся. Врачи говорят, что со мной все будет в порядке. И действительно будет… после того как я рассчитаюсь с теми ублюдками, которые надо мной поработали. Мои люди уже нашли их. Так что ждать недолго.

Хлоя радостно вскрикивает. Мы оба с Артуро поворачиваем головы и смотрим на пристань, где Клаудиа передает моей жене большую коробку, которую мы отправили с Ямайки. Хлоя обнимает Клаудию, потом потрясает коробкой и кричит мне:

– Смотри!

Я киваю. Женщины уходят, болтая и смеясь.

– Они очень подружились, – замечает Артуро.

– Как парочка одноклассниц, – киваю я. Мне очень хотелось бы знать, что именно они сейчас обсуждают. – Клаудиа была на высоте. Без нее нам пришлось бы туго.

– Я же говорил тебе, что на нее можно положиться, – говорит Артуро. И сразу заговаривает о

деле, спрашивает, каковы будут мои дальнейшие распоряжения.

Через несколько дней документы и авиабилеты для Чарльза и Дерека готовы.

– С ними полетит Йен. Будет кому подписать документы у Клейпула, – говорит Артуро.

Я сообщаю об этом Чарльзу накануне их с Дереком отъезда на материк.

– Мои люди все устроили, – говорю я.

– Да? – Чарльз удивленно поднимает бровь.

– Мы выкупаем долю Клейпула в фирме «Клейпул и сыновья». Не волнуйся, он может оставаться

на своем месте, сколько пожелает. Но его главной заботой теперь будет защищать ваши интересы. Мы будем высылать средства, которых вам хватит на жизнь и даже на капиталовложения, а также на то, чтобы откупиться от правительства Ямайки и оставить за собой Яму Моргана.

– Это не обязательно, но очень благоразумно с твоей стороны.

Я пожимаю плечами:

– Мне это выгодно, только и всего. Мы собираемся оставить за собой Бартлет-Хаус. Хлоя хочет

иногда приезжать на Ямайку, а я буду спокоен, что с ней ничего не случится.

– Я уже дал тебе слово, черт возьми!

Я с улыбкой кладу руку ему на плечо:

– Не хотел тебя обидеть. Ты дал слово, но Саманта и Филипп слова не давали. И Дерек тоже.

Мы оба видим, как он зол. Так что мы все должны быть вежливы, и не более того. Кроме того, мы с Хлоей просто хотим помочь. Если захотите модернизировать ваш дом, например, мы и тут вам поможем. Было бы прекрасно, если бы вы провели телефон, чтобы Хлоя могла звонить, когда захочет.

Хлоя предпочитает проститься со своими родственниками на причале.

– У нас с Генри есть кое-какие дела, – с улыбкой говорит она.

– Какие такие дела? – спрашиваю я.

– Так. Дела, – загадочно отвечает моя жена. -Пока ты отвозишь отца и Дерека в аэропорт… При

едешь – все узнаешь.

– Ты опять ведешь себя настырно, – улыбаюсь я.

Хлоя тоже улыбается:

– И что из этого? Я ведь предупреждала тебя, что собираюсь именно так себя вести. – Она целует меня.

Я хмурюсь. Не знаю, что она там еще задумала… но делаю как она сказала.

Как только Чарльз, Дерек и Йен поднимаются по трапу самолета «Джамайка Эйр», я опрометью бегу из терминала к своей машине и мчусь обратно в Кокосовую рощу.

День – идеальный для прогулок на катере. Белые пушистые облака неподвижно висят в чистом голубом небе. Бриз покрывает поверхность бухты легкой рябью. Жду не дождусь возможности сесть в свой «Грейди», и – поскорее на остров, где теперь меня ждут только Хлоя и мой сын.

Когда я приближаюсь к Кайя де ла Сангре, из канала выруливает новая, сияющая темно-синяя лодка. Снизив скорость, внимательно ее рассматриваю. Это еще что за новости? Лодка обгоняет меня, оставляя за собой петушиный хвост пены, потом разворачивается и мчится мне навстречу.

Я тоже набираю скорость, готовясь вильнуть в сторону, если лодка не свернет. Но, подплыв поближе, она резко меняет курс и заходит с правого борта. За рулем Клаудиа. Интересно, какие наряды или книжки она привезла сегодня Хлое.

Девушка машет мне рукой. Машу в ответ, но рука моя опускается, когда я вижу рядом с Клау-дией Генри. Он тоже машет мне.

– Что ты тут делаешь? – беззвучно обращаюсь я к нему.

– Я сегодня ночую у Клаудии! – радостно отвечает он. – Будет здорово!

– Кто тебе разрешил?

– Мама, – отвечает Генри. – Это была ее идея.

– Ладно, – говорю я и улыбаюсь, припомнив наш с Генри разговор несколько дней назад.

– Что, если я буду называть Хлою мамой? – спросил меня мой сын.

– Конечно.

– А моя настоящая мама не рассердится?

– Нет, ей это будет приятно, – отвечаю я, обнимая мальчика.

Когда Генри впервые назвал так Хлою, глаза ее наполнились слезами.

– Эй, мамочка! – мысленно обращаюсь я к жене. – Что это ты отсылаешь моего ребенка?

– Это наш ребенок, не забывай об этом! – отвечает она. – Где ты?

– Уже почти дома.

– Хорошо. Когда пришвартуешься, зайди в большую комнату.

– Зачем это?

– Там увидишь.

Несколько оставшихся собак приходят к причалу встречать меня. Я печально качаю головой, видя, как мало их осталось. Потребуются годы, чтобы восстановить стаю такой, какая она была. Наученные горьким опытом с Дереком, собаки еще побаиваются рычать и лаять при моем появлении. Привязав «Грейди», я прохожу на галерею, через, две ступеньки взбегаю на третий этаж.

Я останавливаюсь в дверях, разинув рот от удивления. Хотя день теплый и солнце еще не село, в камине разведен огонь, повсюду расставлены зажженные свечи: на столах, полках, даже на телевизоре и DVD-плеере.

Хлоя ждет меня посередине комнаты – босая, в простом белом хлопчатобумажном платье, под которым явно ничего нет.

– Что же ты стоишь? – спрашивает она- Я и так достаточно долго тебя ждала.

Я делаю глубокий вдох и решительно иду к своей жене. Глаз не могу от нее отвести. Ее бедра и соски так натягивают тонкую ткань, что, кажется, вот-вот порвут ее. При виде ее шоколадного тела меня охватывает возбуждение. Останавливаюсь в нескольких футах от нее. Хлоя опускает глаза, потом поднимает и говорит с жестокой усмешкой:

– Мистер де ла Сангре, контролируйте себя.

– Я слишком долго себя контролировал.

– Да и я тоже, – вырывается у нее.

– Это то, о чем я подумал? – спрашиваю я.

– Да,- кивает она.- Пора нам пожениться понастоящему.

– Согласен.

Оглядевшись, я вижу белую чашу, зеленый керамический кувшин, кружку и маленький кожаный мешочек.

– Удивительно, как это ты все раздобыла!

– Это было нелегко, – признается Хлоя. Она идет к столу. – Ты не приведешь ее, пока я занимаюсь остальным? – И она указывает на тень в дальнем углу комнаты.

Я снова застываю с открытым ртом. Передо мной стоит обнаженная Рита Сантьяго. Ее глаза остекленели и смотрят в пустоту, рука все еще забинтована . Она молча ждет своей участи.

– Неужели нельзя было взять кого-то другого? Кого-нибудь, кого я не знаю и никогда не видел?

– Но почему не она, Питер? – хмурится Хлоя.-Она просто человек. К тому же, если ты успел забыть, она была готова убить твоего сына.

– Помню,- отвечаю я, не желая спорить со своей невестой, чувствуя себя последним дураком и пре

красно сознавая, что отец не похвалил бы меня за такую слабость.- Просто мы с ней знакомы. Мне казалось, Клаудиа с ней разобралась…