Таинственный гость - Проуз Нита - Страница 45

Мы с детективом Старк подпрыгиваем и оборачиваемся. В дверях стоит Серена Шарп, в одной ее руке звенят ключи от машины.

– Нас пустил человек внизу, – объясняет Старк.

– Так он и сказал. Могу я поинтересоваться, какого черта вы забыли в моем офисе?

– Я знала вашу мать, – выпаливаю я. – Вернее, я не знала ее персонально, но я видела ее здесь, когда еще ребенком приходила на работу с бабушкой. Она была личным секретарем мистера Гримторпа. А вы, судя по фотографии, ее дочь. – Я указываю на стену.

Мисс Шарп вздыхает:

– Да. Это и вправду моя мать. Ну и что?

– Вы никогда раньше о ней не упоминали, – говорит детектив Старк.

– И еще вы не упоминали, что ваша мать – настоящий автор книг мистера Гримторпа, – добавляю я.

Мисс Шарп пристально смотрит на меня своим взглядом сфинкса. Затем она пересекает комнату и останавливается перед нишей, в которой стоит пишущая машинка ее матери. Кладет палец на букву Я. И спрашивает:

– Как вы догадались?

– «Молескины», – отвечаю я. – В них нет ничего, кроме каракулей, и все же – «клац-клац-клац-клац-клац»! – ваша мать постоянно что-то печатала. Каждый божий день.

Мисс Шарп медленно кивает:

– Миссис Гримторп выбрала для нее машинку, чтобы не допустить утечек, не говоря уже обо всем прочем. Моя мать умела вести себя сдержанно, а еще блестяще хранила секреты. – Она смотрит на фотографию на стене и размышляет. – Гримторп на самом-то деле никогда не был писателем. Раньше, еще до своего писательского кризиса, он измышлял возмутительные заговоры и интриги, которые передавал моей матери в длинных словесных тирадах. А она превращала его безумие во что-то здравое и ладно описанное, во что-то интригующее от первой страницы и до последней. Она была настолько хороша в этом, что сделала из Гримторпа автора бестселлеров. Но подлинным кудесником, стоящим за его книгами, всегда была она.

– А он молчал о ней, – говорю я.

– Да, – подтверждает мисс Шарп. – Одна миссис Гримторп знала правду, и больше никто.

– Почему вы ничего не рассказали мне раньше? – спрашивает Старк. – Когда вы пришли ко мне в участок, вы ничего не сказали о своей матери и отказались выдать хоть слово из той речи, которую готовил мистер Гримторп.

Мисс Шарп проходит за свой стол и устраивается в безупречно чистом кресле.

– Я не могла вам сказать, потому что подписала контракт. – Она указывает на два белых стула перед ней. – Пожалуйста, садитесь.

Детектив Старк подчиняется. Я сажусь рядом с ней. Мисс Шарп переплетает руки и кладет их на стол.

– Я уже не первый год знаю, что мама была его литературным негром. Я умоляла ее потребовать надлежащую компенсацию плюс долю гонорара Джей Ди, но она была матерью-одиночкой, которая боялась своего босса и потери стабильной работы. Она знала, что заслуживает большего, но не решалась выступить против него или его жены. Она не хотела почувствовать на себе их гнев. – Мисс Шарп замолкает, глядя через открытую дверь на хаос в кабинете мистера Гримторпа. – Такой грамотный человек, но так и не смог написать приличную книгу. Такой испорченный.

– Испорченный и могущественный, – поправляю я. – Он знал, как заставить вас почувствовать себя особенной и в то же время ничтожной.

Глаза мисс Шарп распахиваются.

– Совершенно верно. В прошлом году мама умерла, так и не получив должной компенсации за свои труды, и во мне вскипел гнев. Она всю жизнь экономила, десятилетиями сидела на зарплате секретаря. Страх вынуждал ее молчать, но надо мной он не имеет власти. И я разработала план.

Мы с детективом переглядываемся.

– Продолжайте, – говорит Старк.

– Я оставила должность главы отдела делового администрирования и стала личным секретарем мистера Гримторпа. Он был в восторге. Он получил в моем лице преемницу моей матери, умеющую держать рот на замке и в то же время более молодую и красивую. И еще он был настолько глуп, что решил, будто я тоже должна уметь писать, но у меня-то никогда не было маминого дара рассказчика. Когда он это понял и пригрозил меня уволить, я тут же пригрозила ему в ответ.

– Чем вы ему угрожали? – спрашивает детектив Старк.

– Я сообщила, что готова разоблачить его мошенничество и рассказать всему миру, что настоящим автором его книг была моя мать. – Мисс Шарп обводит широким жестом закутки, заполненные рукописями. – Я пригрозила подать на него в суд за каждый пенни, который он заработал на маме… если он не выполнит мои условия.

– Что за условия? – спрашиваю я.

– Единовременная выплата мне гонорара в пять миллионов долларов плюс стопроцентные гонорары за каждую книгу, написанную моей матерью.

– То есть за все его книги, – говорит Старк.

– Да, – отвечает мисс Шарп.

– Как он отреагировал? – интересуюсь я.

– С ледяным спокойствием. Думаю, он понимал, что все раскроется. – Мисс Шарп кладет руки на закрытый макбук. – Он согласился на мои условия. Убедить меня молчать о вкладе моей мамы он и не пытался. Но взамен выдвинул несколько собственных условий.

– И каких же?

– Гримторп настоял на том, что сообщит эту новость сам. Он хотел все проконтролировать.

– Отсюда и пресс-конференция в отеле, – отмечает Старк.

– Да. И он заставил меня подписать контракт, в котором оговаривалось, что, если я допущу какую-либо утечку информации перед мероприятием, наша сделка тут же аннулируется.

– Для вас это означало потерю гонораров, – заключает Старк.

– Нет, потерю того признания, которого заслуживает моя мать, – отбривает ее мисс Шарп. – Вот почему я не могла ответить на ваш вопрос о том, что планировал рассказать мистер Гримторп. Я не хотела нарушать контракт.

Замолчав, Мисс Шарп достает из ящика с папками этот контракт и передает его Старк; та мрачно просматривает документ, а затем кивает.

– А что будет с вами теперь? – спрашиваю я. – Мертвецы ведь не рассказывают сказки.

– Я проконсультировалась с юристом. Как видно, мое положение нельзя назвать выигрышным, – отвечает мисс Шарп. – Если я раскрою правду после смерти Гримторпа – сделка аннулируется.

– То есть вы добьетесь признания для своей матери, но потеряете всю прибыль? – уточняю я.

– Верно, – отвечает мисс Шарп с улыбкой, которой не видно в ее кошачьих глазах.

Детектив Старк встает и принимается расхаживать перед столом.

– Вы его, наверное, так сильно ненавидели, – внезапно произносит она.

– И все еще ненавижу, – отвечает мисс Шарп.

– Тогда осмелюсь задать вопрос: вы ненавидели его достаточно, чтобы отравить?

Мисс Шарп смеется, но совсем неуверенно.

– Вы так ничего и не поняли? Он не пригодился бы мне мертвым.

– Как и живым, – замечаю я.

Старк смотрит на меня и почти незаметно улыбается.

– Не заблуждайтесь, – произносит мисс Шарп. – Я ненавидела этого человека всеми фибрами души. Он использовал мою мать в большем числе смыслов, чем я могла бы назвать. Он использовал ее дар, выдавая его за свой, но делал и кое-что другое.

– Например? – спрашивает Старк.

– Оказывал ей нежеланное внимание и использовал это против нее, – говорю я.

Мисс Шарп смотрит на меня с любопытством:

– Как вы узнали?

– Гримторп проделывал то же самое с моей бабушкой, – отвечаю я. – И я подозреваю, он позволял себе такое в отношении всех подчиненных женского пола, поэтому миссис Гримторп настояла, чтобы в поместье находились всего две доверенные особы. Под «доверенными» я подразумеваю женщин, которых принудили молчать.

– Ваша бабушка и моя мать.

– Да.

– Ему это всю жизнь сходило с рук, он приставал даже ко мне, – говорит мисс Шарп. – Клянусь, я так сильно его толкнула, что чуть не убила. Он был такой сильный человек – но и в то же время хилый. Мне всегда казалось, что однажды он просто ляжет и умрет, настолько он был чувствительным. И я с нетерпением ждала этого. Я просто не могла представить, что он умрет именно в тот злополучный день.

Одно произнесенное ею слово выделяется среди остальных.