Одержимость жестокого принца (СИ) - Есенина Ксения - Страница 40

— Да, потому что они готовы бездумно бросить своё сердце к его ногам, — веско отзывается Эрика. — Но ты знаешь себе цену, не так ли? Вот почему он пригласил тебя.

— О Боги, да какая разница? — восторженно восклицает Майя. — Он повезёт тебя в Нарвилль! На твоём месте я бы поехала и не думала ни о чём.

— Все обзавидуются, — вставляет Эрика.

— Сто процентов! — усиленно кивает Майя. — Я вот уже завидую.

Мои губы невольно растягиваются в улыбке, но нервозность не исчезает до конца. Майя настойчиво подталкивает меня в спину в направлении лестницы.

— Не стой столбом. Бегом одеваться, уже почти десять.

Упрямо выворачиваюсь из её рук.

— А вдруг он просто хочет поставить галочку напротив моего имени? Я ведь не знаю, что у него на уме!

— А я не знаю ни одной девушки, которую бы Кай Дариус пригласил на свидание в Нарвилль, — парирует Майя.

— Так ты и учишься тут только второй год, а он уже заканчивает Академию, — резонно возражаю я.

Эрика закатывает глаза.

— О Боги, Шерман, ну не съест же он тебя. К тому же ты ничего ему не должна.

Продолжая вяло спорить и отбиваться, поднимаюсь вслед за девочками в комнату, чтобы взять тёплый плащ. Переступив порог, обнаруживаю на своей кровати картонную коробку. Это ещё что такое?

Майя безо всяких церемоний срывает с коробки крышку.

— Ого!

Я замечаю лежащий поверх свёртка аккуратный квадратик картона и беру в руки.

«Если гордость не позволит тебе принять мой дар, можешь вернуть платье вечером. Но сегодня я хочу видеть тебя в нём».

И ниже приписка:

«Ты сама себя сгрызёшь, если откажешься его надеть, поверь мне».

Отложив записку, дрожащими пальцами разрываю бумагу. К моим ногам ниспадает шикарное тёмно-синее платье из тяжёлого бархата с длинными рукавами и вышитыми золотой нитью созвездиями.

— Обалдеть… — тянет Майя. — Это тебе? Обалдеть!!! Надевай, надевай скорее!

Прикусив губу, нехотя стягиваю с себя форму. Девочки помогают мне облачиться в новый наряд. Мягкая ткань приятно холодит кожу и быстро нагревается, когда Эрика застёгивает последний крючок на спине. Майя достаёт из коробки тёплую накидку в тон, набрасывает мне на плечи и расправляет мои каштановые локоны.

— Ты прямо-таки настоящая принцесса! — выдыхает она.

— Время, время, — подгоняет Эрика.

Всунув ноги в тёплые кожаные туфли на небольшом каблуке, покидаю комнату и спешу следом за девочками в вестибюль.

Встречающиеся по пути адепты в буквально смысле сворачивают шеи. На лестнице группа девушек в форме боевого факультета преграждает нам путь.

— Куда ты собралась в таком виде? — завистливо вскидывает бровь одна из бывших подружек Моран.

— Не твоё дело, Риди, — с важным видом парирует Майя. — И лучше вам отойти с дороги. Шайле нельзя опаздывать.

К моменту, когда мы спускаемся вниз, за нами семенит самая настоящая толпа. Возбуждённо перешёптываясь, адепты с неподдельным интересом следят за тем, как я покидаю замок и спускаюсь по каменной лестнице, придерживая замёрзшими от дикого волнения пальцами бархатистую ткань длинной юбки.

Кай стоит возле экипажа, одетый в чёрные с золотой отделкой камзол и брюки. Широкоплечий, высокий, статный. Отливающие золотом волосы обрамляют мужественное лицо. Он выглядит воистину по-королевски.

Золотистые глаза внимательно наблюдают за мной, и в них я как будто замечаю вспышку восхищения.

Кровь тут же приливает к лицу. В горле пересыхает.

— Мьес Шерман?

Резко оборачиваюсь на удивлённый знакомый голос.

— Мьер Коллинз, — с облегчением улыбаюсь скауту «Герберт и Герберт».

— Вы чудесно выглядите. Что за повод, если не секрет?

— Женщине не нужен повод, чтобы выглядеть чудесно, — раздаётся у меня над ухом.

Оглянувшись, вижу Кая. Он холодно смотрит на Коллинза. Тот отвешивает почтительный поклон.

— Разумеется, ваше высочество, — отвечает с подчёркнутой вежливостью. — Мьес Шерман, мне бы хотелось пообщаться с вами чуть позже. Если вы не против…

— Конечно!

Чувствую на своём локте горячую ладонь.

— Мы уже опаздываем, — коротко бросает Кай и настойчиво уводит меня к экипажу.

— Я зайду к вам, как освобожусь! — кричу Коллинзу.

— Хорошо вам повеселиться, мьес Шерман!

На этот раз моя улыбка выходит скорее нервной.

На глазах практически всей Академии наследный принц Империи подсаживает меня в карету. Краткое прикосновение его ладони к моей буквально обжигает кожу. Карета покачивается под его весом, а меня обдаёт ароматом дождливого вечера и морской свежести, когда Кай садится рядом.

Чувствую себя до жути неловко и неуютно под взглядами десятков пар глаз. Мы будто парочка знаменитостей. Только газетчиков не хватает!

Кай дважды стучит в стенку, подавая знак вознице, и карета неспешно трогается с места, увозя меня и мечту всех девушек страны в Нарвилль.

Чую, это будет самый странный день в моей жизни.

Глава 49. Шайла

Лошадка неспешной рысью везёт нас навстречу неизвестности, и только цокот её копыт по мощёной дорожке заполняет тишину. Я нервно мну собственные пальцы, глядя в окно на проплывающий мимо пейзаж.

Ловлю себя на мысли, что закрытый экипаж — куда более удачный способ передвижения в это время года, нежели фаэтон. Мы с девочками ощутимо продрогли вчера утром, пока добирались до посёлка.

И очень стараюсь не думать, что оказалась в тесном замкнутом пространстве с Каем Дариусом. Всё же открытый фаэтон, несмотря на прочие недостатки, создавал ощущение некоторой свободы.

Мы проезжаем ворота, покидая территорию Академии, и я машинально нащупываю в кармане жетон для посетителей. Без него мне, увы, не попасть обратно…

— Ой! — вырывается у меня вместе с внезапным осознанием. — Я в спешке забыла сообщить профессору Адамс, что поехала в Нарвилль. Или ты отпросился за нас обоих?

— Мне не нужно разрешение, чтобы делать то, что я хочу.

— Ну тебе, может, и не нужно, а я…

— А ты со мной, Шерман, — прерывает Кай, взглянув мне прямо в глаза.

Он отворачивается к окну. Повисшее молчание, к которому в других обстоятельствах я бы отнеслась совершенно спокойно, сейчас давит, как тяжёлое душное одеяло.

— Ты знал? — спрашиваю негромко.

Кай продолжает смотреть в окно, так что мне остаётся лицезреть его идеальный профиль. На видимой стороне лица не шевелится ни один мускул. Кай спокоен как хищник, точно знающий, что контролирует свою территорию.

— Поясни.

— Про Лионеллу. Ты знал, чем всё обернётся для неё?

Кай медленно переводит взгляд на меня, и собственный вопрос начинает казаться мне глупым.

— Шерман, я наследный принц Империи. Будущий правитель огромного государства. Ты думаешь, я не в состоянии просчитать наперёд последствия своих действий?

— Мне казалось, вы люди одного круга, — отвечаю я гораздо холоднее. — Почему ты так с ней поступил? Она стала тебе мешать?

— Серьёзно, Шерман? Тебе больше не о чем поговорить прямо сейчас?

В груди разгорается иррациональная обида.

— Я просто пытаюсь понять, почему вначале ты используешь меня в своих личных разборках, а потом тащишь на свидание. Какой в этом смысл? Объясни. Потому что я не понимаю. И мне совершенно не хочется быть разменной монетой в ваших играх.

Сквозь идеальную ледяную маску на лице Кая пробивается удивление.

— Шерман, ты вообще о чём?

— О том, что ты подставил Моран и использовал для этого меня.

Кай садится ко мне вполоборота, вопросительно вскидывая бровь. Выражение его лица вновь становится непроницаемым:

— А ты не задавалась вопросом, почему именно ты, а не кто-то другой, была нужна в оранжерее в тот момент? Или ты думаешь, мне больше нечем заняться, кроме как разбираться с очередной бывшей?

Отчётливо осознаю абсурдность своих выводов. Кай не тот человек, который бы стал возиться с подобной ерундой. Он мог просто игнорировать Моран, и она бы ничего не смогла поделать. Так он и поступал, разве нет? Ему не было никакого резона выгонять её из Академии.