Мой темный принц (ЛП) - Шэн Л. Дж. - Страница 16

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. — Доктор Коэн сделал паузу и похлопал меня по руке. — Я здесь для того, чтобы рассказать вам обо всем. Вам не о чем беспокоиться. Это совершенно типично для вашей травмы.

— Я... — Я замешкалась, испугавшись того, что услышу. — Что со мной случилось?

— Вы поскользнулись в воде на поле для гольфа.

Моя голова закружилась.

— Поле для гольфа?

Я не умела играть в гольф и никогда им не интересовалась. Джейсон и Филомена Ауэр посвящали этому виду спорта целые выходные, что было достаточной причиной для меня, чтобы полностью избегать его.

— Вы сильно ударились головой о машины, когда спускались, и получили сотрясение мозга.

Вспышка воспоминаний пронеслась в моей голове как гром. Вода. Я помнила воду. Много воды. Повсюду.

— Как долго я была под водой?

— Не очень долго. Он сказал, что минуту или две, может быть.

— Он?

— Ваш спасатель. — Доктор Коэн отложил свой планшет, зацепив его за край кровати. — Человек по имени Оливер фон Бисмарк.

Оливер.

Бабочки затрепетали у меня за грудиной. Я вспомнила Оливера. Моего парня. Нет. Не только его. Мое... все. И он спас меня. Мы все еще были вместе.

Мгновенное облегчение, поселившееся в моих костях, вытеснило нервы.

Я передернула плечами, потрясенная тем, насколько меньше они болят теперь, когда у меня есть хоть какое-то подобие знакомого, за которое можно ухватиться.

— С ним все в порядке?

— Да, он в порядке. У вас тут довольно крепкая рабочая лошадка. Пришел весь мокрый и разделся в коридоре после того, как мы заверили его, что с вами все будет в порядке.

Я рассмеялась, морщась от того, как скрутило и зачесалось горло.

— Разделся?

Это было похоже на Оливера.

— Устроил медсестрам неплохое шоу. — Доктор Коэн, должно быть, уловил мой ужас, потому что покачал головой, не в силах сдержать ухмылку. — Не волнуйтесь. Он не снял штаны. Медсестры предложили ему запасную рубашку.

— Где он сейчас?

— Ждет снаружи. Вы его помните?

— Помню. — Я сделала паузу, размышляя, пытаясь вспомнить, когда мы виделись в последний раз. Это было похоже на погоню за финишной чертой, которая не перестает двигаться. — Я помню, как была близка с ним.

В голове мелькнули воспоминания о том дне на озере. Он, обещающий вечность. Я, вцепившаяся в его спину, чтобы поцеловать поглубже. Мои щеки покраснели. Я прочистила горло, борясь с волной тоски, захлестнувшей мою грудь.

Доктор Коэн терпеливо ждал, кивком побуждая меня продолжать.

— Он мой...? — Я оставила вопрос без ответа. Партнер? Лучший друг? Муж?

Нет. Не муж. Я не особенно привязывалась к фамилии Ауэр, если учитывать все обстоятельства. Не сомневаюсь, что, если бы мы поженились, я бы без колебаний сменила фамилию на фон Бисмарк.

— Боюсь, у меня нет такой информации. — Доктор Коэн поправил тележку с капельницей, заправив ее в щель между аппаратом и моей кроватью. — Он приехал с вами в машине скорой помощи и заполнил ваши анкеты. Вы можете поговорить с ним, если хотите. Он прямо за дверью.

— Да. — Я прочистила горло. — Я хочу. Спасибо. — Доктор Коэн начал уходить, когда я добавила: — Со мной все будет в порядке?

Он подкатил табуретку и сел, опираясь предплечьями на перила моей кровати. Мое сердце сжалось. Мне не нужен был серьезный разговор у постели. Я хотела быстро убедиться. Может быть, большой палец вверх. Одним жестом ему удалось разрушить покой, который принесла мне близость Оливера.

— Да, с вами все будет в порядке, мисс Ауэр. — Он не торопился с ответом, тщательно подбирая слова. — Посттравматическая амнезия не редкость для людей, перенесших серьезное сотрясение мозга. Большинство людей полностью восстанавливают память в течение нескольких дней или недель. Мне нужно, чтобы вы сохраняли спокойствие и заботились о себе. Вы можете сделать это для меня?

Я кивнула, с трудом сглотнув. Меня жгло. Наполовину от сухости, а наполовину от возможности никогда не восстановить память.

Он достал свой планшет и положил его на колени.

— А теперь расскажите мне, что вы помните о своей жизни?

Я нахмурилась, обдумывая его вопрос.

— Я помню некоторые вещи, но не их контекст.

— Абсолютно нормально.

— Я хорошо помню свое детство. Я бы сказала, что до четырнадцати лет я помню, наверное, все.

— А после?

— Кусочки и моменты. Как вспышки, которые быстро приходят и быстро уходят. — Я поморщилась, гоняясь за воспоминаниями и терпя неудачу. Голова пульсировала так, словно я бросила свой мозг в дробилку для дров.

— Не надо форсировать события. Они придут в том темпе, в котором придут. Вы можете принести больше вреда, чем пользы. — Он сделал несколько пометок. — Что еще?

— Озеро. Я помню озеро. С Оливером. Он удивил меня в первый день тем летом, когда мне исполнилось шестнадцать.

— Это хорошо. Хороший материал.

— Я помню и другие вещи. До восемнадцати лет. Не все. Но приличный кусок.

— А все, что после?

— Исчезло.

Он нахмурился, его перо забегало по бумаге.

— Полностью?

— Я помню, как летела в Америку из Швейцарии. Не знаю точно, когда. Наверное, это был колледж, потому что я помню, что училась в одном из них в Штатах.

— Какой колледж?

— Я не знаю. — Паника снова закралась в мое нутро, пробираясь к сердцу. — Я только помню свою соседку по комнате. Я даже не помню ее имени.

— А свою работу?

— Я помню, что работаю, но не помню где. Или даже чем я занимаюсь. — Паника, когтями вцепившаяся в мою грудь, начала прокладывать себе путь обратно в горло, закручиваясь в клубок беспокойства. — Я не помню, где живу. Я не помню никого из своих друзей. Я не помню, есть ли у меня отношения.

Доктор Коэн отложил ручку и сжал мою руку.

— Это нормально - не помнить эти вещи. Вы уже многое помните. Это хорошо. Отличное начало. Продолжайте.

Над нами замерцала световая панель. Тени заплясали вокруг глубоко посаженных глаз доктора Коэна. Я попыталась сосредоточиться на них, а не на разочаровании, которое бурлило внутри меня.

После некоторого молчания я вздохнула.

— Я не помню, где сейчас живут мои родители, но помню, что не поддерживаю с ними связь. Я не помню свою работу, но помню... как шила нижнее белье?

Нижнее белье. Отель. Гольф. Ничто не имело смысла.

Доктор Коэн неловко рассмеялся.

— Верите или нет, Брайар, но все это очень позитивно.

Брайар.

— Помнится, я сменила имя с «Брайар Роуз» на «Брайар».

И я вспомнила, что у меня была травмирующая причина для этого. Что-то с большим количеством слез, боли и разочарований. Но я не могла вспомнить, что это было.

Доктор Коэн сидел и слушал меня. Иногда он что-то писал на своем планшете. Он даже пошутил пару раз. Затем он заверил меня, что знает много способов помочь мне. Они проведут тесты, начнут терапию, поиграют со мной в интерактивные игры, чтобы подтолкнуть мою память. Все, что мне нужно, - это довериться процессу и сохранять спокойствие.

Затем он снова спросил:

— Теперь вы хотите, чтобы я привел господина фон Бисмарка?

— Да.

Я не колебалась. Я не была уверена во многих вещах, но я была уверена, что хочу увидеть Оливера. Чтобы у него были хотя бы какие-то ответы. Оливер всегда был моим любимым местом, куда я возвращалась. Он был единственным адресом, который когда-либо знало мое сердце.

— Приведите его.

13

Оливер

Ромео Коста: Это правда, что они говорят?

Олли фБ: Не делай вид, что удивлен. Ты много раз видел меня голым. Ты знаешь, что он не может быть короче двенадцати дюймов.

Ромео Коста: Ты неправильно написал «восемь в хороший день».

Зак Сан: Ходят слухи, что ты напал на женщину, работавшую над фильмом, на котором стажировалась Фрэнки.

Олли фБ: «Стажировалась» - интересный выбор слов.