Брачная ложь (ЛП) - Ричардсон Аманда - Страница 18

Нахмурив брови, она слегка наклоняет голову, изучая меня.

— Для начала, ты можешь называть меня Стеллой, — бормочет она себе под нос. — Даже если бы я согласилась, откуда ты знаешь, что я не вылезу из окна ванной в важный день?

Мои губы дергаются, но я не доставляю ей удовольствия, зная, что нахожу ее забавной. Она злорадствовала бы по этому поводу и никогда не позволила бы мне смириться с этим.

— Полагаю, мне придется тебе поверить.

Я тянусь за ее спину, хватаю зеленое яблоко и подношу ко рту. Мой живот касается ее груди, ее глаза следят за моими движениями, темно-синие радужки беззастенчиво бродят по моему лицу и шее. Если бы не то, как ее глаза постоянно скользят по моим шрамам, я мог бы сказать, что я нравлюсь Эстель Деверо.

— Тебе стоит попробовать печенье, — говорит она, кладя руки на стойку позади себя.

Я наклоняю голову. — Это твой способ сказать «да»?

Она пожимает плечами. — Это зависит от того, какое печенье ты выберешь. Я должна убедиться, что мы действительно совместимы.

Я улыбаюсь, когда жую. Все, что выходит из ее уст, вызывает удивление. Откусив еще один кусочек яблока, я подхожу к консервной банке и открываю ее, заглядывая внутрь. Сразу бросается в глаза прямоугольный. Я держу его и откусываю.

— Вкусно, — говорю я, запихивая остатки в рот. — Я прошел?

Она ухмыляется, подходя к тому месту, где я стою. Потянувшись к жестянке, она достает такое же песочное печенье, которое я только что съел.

— На данный момент. Я все еще жду, когда ты оправдаешь все это, Майлз, — говорит она низким голосом.

И трахни меня, потому что этот голос идет прямо к моему члену.

Медленно откусывая, она улыбается и уходит. — Тогда в эти выходные. Сделай это. Увидимся у алтаря.

Когда она уходит, я тру лицо рукой.

За свою жизнь меня привлекало много женщин. И хотя я не так много спал, я все равно наслаждался эксцентричностью каждого из этих отношений.

А с Эстель? В ней есть что-то другое. Что-то стойкое и в то же время уязвимое. У меня никогда не было близкого человека, который действовал на меня так, как она. Конечно, это делают мои братья, но они семья.

Я смотрю на голубые коробки, полные ее вещей, открываю коробку из-под печенья и быстро засовываю в рот еще один прямоугольник.

Ради нашего рассудка лучше всего держаться на расстоянии.

Никаких насмешек, никаких споров, никакого флирта… безопаснее, если я буду держаться от нее подальше весь год.

Так будет лучше для нас обоих.

Мне нужно подумать об этом так, как оно есть: деловая сделка и ничего больше.

Я выбрасываю огрызок яблока в мусор и беру еще одно печенье.

Черт, они хороши.

ШЕСТАЯ ГЛАВА

СВАДЬБА

Стелла

Я делаю глубокий вдох, поправляю заколку для волос и подъезжаю к зданию суда в центре Крествуда. Мои руки слегка трясутся, когда отец выходит из «Escalade» и открывает мою дверь. Сегодня тепло, и мне нравится, как солнце нагревает мою кожу. Здесь мне никогда не надоест солнечный свет, и на секунду мне грустно, что через год мне придется вернуться в серый, дождливый Лондон.

— Ты прекрасно выглядишь, моя дорогая.

Я ухмыляюсь. — Спасибо, папа.

Взяв меня за руку, он ведет меня вверх по парадной лестнице в одно из самых красивых зданий, которые я когда-либо видела. В центре большого фойе высокие каменные колонны, полы из черного и золотого мрамора и величественный фонтан. Я крепко сжимаю свои ярко-желтые тюльпаны и разглаживаю шелковое платье, а отец отпускает мою руку. В зеркале я мельком вижу свои светлые кудри – которые я уже почти никогда не пытаюсь приручить – а также облегающее платье. Я решила сделать это простым , что означает отсутствие белого цвета. Просто элегантное бледно-лиловое платье с тонкими бретелями, лифом и талией , с длинным разрезом на бедрах. На мне ярко-фиолетовые туфли на каблуках, а макияж из-за жары сведен к минимуму. Последнее, что мне нужно, это потеть .

— Ты в порядке? — спрашивает он меня, снова беря меня под руку и ведя нас в одну из задних комнат. Я намеренно опаздываю на десять минут. Я хотела заставить Майлза немного попотеть — просто небольшая месть за тот день, когда он бросил меня в Париже. Этим утром я слышала, как он принимал душ в нашей общей ванной, но я не разговаривала с ним последние два дня, когда он предложил пожениться на этих выходных.

Однако сегодня утром меня встретили с тридцатистраничным брачным соглашением. Короче говоря, я не имею права ни на какие деньги Рейвэдж после развода, кроме миллиона долларов, обещанного мне, но я могу использовать всё в течение года, когда мы женаты. Все это кажется таким… клиническим. Формальным. Противоположным романтике.

С днем свадьбы меня.

Небольшая часть меня была разочарована тем, что не увидела его до сегодняшнего дня. Вчера утром я слонялась по кухне, как грустный щенок, но он так и не появился. Я даже не заметила реакции на банки с хлебом и макаронами, которые теперь сопровождают оригинальные банки с чаем, сахаром, кофе и печеньем на кухне.

Было немного дерзко добавлять их, но я хотела, чтобы он отреагировал.

Я не могу не думать, что он меня избегает.

Когда мы с отцом выходим за угол, я киваю. — Да. Я в порядке. Просто нервничаю.

— Это нормально нервничать в день свадьбы, — говорит он низким успокаивающим голосом.

Да, это. Но это не обычный день свадьбы.

— Я знаю. Я все еще пытаюсь осознать все это.

Мой отец делает паузу, увлекая меня за собой, когда останавливается.

— Стелла, я знаю, что ты полна решимости пройти через это, но я хочу, чтобы ты знала, что я поддерживаю тебя независимо от того, что ты решишь.

— Спасибо, папа, — говорю я, целуя его в щеку. — Я буду в порядке. Через год я могу притвориться, что ничего этого никогда не было.

Голубые глаза моего отца настороженно смотрят на меня. — Я надеюсь, что это так.

Прежде чем я успеваю спросить, что он имеет в виду, дверь дальше по коридору открывается, и я поворачиваю голову и вижу комнату, полную незнакомых мне людей.

И, конечно же, инструментальная музыка, которую я выбрал, играет через динамики. Теперь я понимаю, какая это была ужасная идея. "Love Story" Taylor Swift — это песня, которую я всегда хотела использовать, когда шла к алтарю, но сегодня она только усиливает то, насколько все это притворство.

О боже, о боже, о боже.

Сделав ровный вдох, я расплылась в безмятежной улыбке, пока мы идем вперед, на церемонию.

Вверх и вперед.

Мое сердце колотится о ребра, и я крепко сжимаю свои тюльпаны, внезапно чувствуя себя очень глупо из-за того, что оделась так неформально. Холодный пот выступил у меня на коже, когда я увидела Майлза в другом конце комнаты, ожидающего с двумя людьми. Один из них, кажется, уполномоченный по бракосочетанию на гражданской церемонии, а другой — Лиам. Слава богу, у меня здесь есть союзник. Он в белой рубашке на пуговицах и темно-серых брюках, что кажется таким неформальным рядом с Майлзом, который одет в классический темно-синий костюм.

Майлз выглядит… боже . Мои ладони начинают потеть сильнее, когда я думаю о том, чтобы назвать его своим мужем. Как бы я прожила с ним год? Смотреть, как он ест так, как он это делает, чувствовать себя такой живой, когда я ссорюсь с ним, как он выглядит в этих чертовых костюмах… тьфу.

Я обречена.

Он выглядит так же, как и всегда, но сегодня в его энергии есть что-то другое. Это почти как нервозность или, возможно, благоговение. Он наблюдает, как я иду по проходу, и я вижу две разные эмоции, играющие на его лице, борющиеся за господство.

Отец ведет меня к Майлзу, и я быстро понимаю, что мне некому передать цветы.

Я должна была все обдумать, но, конечно, это было в последнюю минуту…

— Я возьму их, — говорит женщина позади меня. Я оборачиваюсь и протягиваю ей тюльпаны, и она тепло и ободряюще улыбается мне. У нее длинные светло-каштановые волосы и самые великолепные зеленые глаза, которые я когда-либо видел. — Я Джульетта. Я девушка Чейза, — быстро объясняет она, указывая на соблазнительного мужчину рядом с ней.