Опальная бывшая Тёмного наместника (СИ) - Гунн Эмили - Страница 19

- Я буду жаловаться! – затряслись вдруг стены больницы от клокочущего крика массивного Орка.

Он исходил со стороны подрагивающего в такт его воплям окошка нашей самодельной лаборатории.

- Как в анализах моего малыша могли найтись грибки?? Как! – ревел он, наверное, на всю округу. – Считаете, если я Орк, то живу обязательно в грязном болоте? Это предрассудки. Предвзятость! Вы намеренно вписали в ответы эту чушь, чтобы унизить меня! Вы заплатите мне за это, - с пеной у бивней голосил он в то время, как я осторожно начала подкрадываться, чтобы выразить своё объективное «НО».

- Почему бы тебе не вмешаться? – вполголоса поинтересовалась по пути у нашего собственного свирепого Орка. А, конкретнее, у бездействующего Освара, всё так же заменяющего нам привратника, дворецкого и стражу.

- Не могу, - тоскливо выдохнул он, опустив щеку на кулак. Зеленая кожа натянулась, выпустив наружу печальный клык. – Он выше меня по статусу.

- Это как? – поразилась я, впервые услышавшая, что у Болотных народов, живущих племенами, есть разделение на ранги.

- Ну, он сын рыбака-а-а, - с благоговением сообщил Освар.

- А ты?

- А я… - еще один рваный выдох, - сын… охотника, - с побитым видом признались мне.

- Понятно, - похлопала я бедолагу по плечу. И уже хотела вступить в бой добровольцем вместо него, как меня пронзило любопытством:

- Подожди-ка, - обернулась я к понурому Освару. – Но ты же дня три назад выставил отсюда богатенького Драконьего принца! За то, что тот посмел ущипнуть медсестру.

- Ну да, - невозмутимо пробасил Освар. – Драконы же не рыбачат, - развёл он мускулистыми ручищами.

- А-а-а, - закивала я болванчиком, тщетно стараясь уложить в голове эту логику. – Ну, конечно.

И пошла бодаться с сыном РЫ-БА-КААА.

- Извините, милейший, - с любезной улыбкой, через силу натянутой поперек нижней половины лица, обратилась я к папаше. – Вероятно, Вы удивитесь, но такие же грибки с легкостью выявляются у детей высочайших Эльфийских лордов и даже у Демонов, чью внутреннюю Тьму ни одна зараза не берёт.

- Что? – моргнул он дважды, уставившись на меня, как на диковинную птичку, внезапно заверещавшую по-человечески.

- Говорю, прекратите сотрясать решетку лаборатории, - попросила я. – Девочки, готовящие результаты анализов, даже имен больных зачастую не знают. Не то, что происхождение. Им всё под номерками выдают.

- Так вот, ваши девчули все номерки и напутали, - сошлись пушистые брови на зеленой переносице обвинителя, - не мог мой новорожденный огрёнок, - с нежным умилением прохрипел Орк, - грибов наесться. Он молоком матери всё еще питается.

- Да, но, - хотела я возразить, одновременно отчаянно ломая голову, как же ему объяснить, что не о тех грибках речь идет. Не успела. Орк вновь посерел лицом и добавил:

- И жена моя грибы не любит. Одними водорослями и рыбой питается. Балую я её, - еще одна широкая улыбка полная любви к своему семейству. – А вы тут ерунду на своих кристаллах определяете! – грозно ткнул он пальцем в направлении лаборатории.

- Хм-м, - вырвался из меня сокрушенный вздох, - а пойдемте-ка со мной. Дам Вам почитать нечто увлекательное, - решила я, что тут только трактат о незримых вредителях (другими словами, о микробах) поможет объяснить папаше, что никто не находил реальных грибов в посеве его сыночка. – И Вы давайте с нами, - позвала я жестом того, кто ждал в очереди на осмотр…

***

В конце дня я вялой отбивной валялась в рабочем кресле. Последний пациент только что, рассыпаясь в благодарностях и извинениях за утреннюю напраслину, покинул клинику, а у меня не было сил даже дотянуться до чашки с кофе, неумолимо остывающим на столе.

- Мизз, у нас сложность, - вбежала в комнату бледная медсестра.

- А-а? – бессильно простонала я в ответ. – Пожалуйста, скажи, что никто не умирает. Иначе меня саму скоро на ноги сможет поставить лишь опытный некромант. Вернее, мою пост-смертную проекцию.

- Что? – еще пуще побелела девушка.

- Ничего. Добивай уже. Говори, что еще стряслось? – придала я себе максимально возможную собранность, потянувшись к чашке с кофе.

- Наместник немедленно требует к себе ответственный чин из нашей лечебницы, - пролепетала она.

А мне показалось, что холодный кофе умудрился обжечь горло, застряв за грудиной твердым осколком.

- Меня? – замигала, с громким «дзынь» опустив фарфор на блюдце.

- Нет. Миздера Максхера. Я полагаю, - неуверенно добавила она, очевидно, соображая, можно ли в принципе применить к нашему шефу прилагательное «ответственный»?

- Фух, - лопнуло во мне напряжение вместе с шумным выдохом. – Ну так, всё же хорошо? Доложите ему. Максхеру. Пусть пообщается с… тунлиссом.

- Не могу, - безысходно опустила она уголки губ. – Его целительства с раннего утра никто не видел.

- То есть как? Максхер ушел куда-то?

- Ага.

- Не предупредив?

- Видимо, так.

- Оставил меня на всю лечебницу одну?!

- Рабочий день давно окончен, - резонно заметила медицинская сестра.

- Да, но ушел-то он еще в начале приёма, верно? – веско возразила я, залпом опрокинув в себя оставшийся кофе.

Горький и безвкусный. А ведь минуту назад он казался мне едва ли не волшебным эликсиром от всех недугов. Как и вечер, обещавший приятные часы тихого отдохновения…

- Нужно передать посыльному из особняка, что наш начальник исчез в неизвестном направлении? – спросила я в агонии последней надежды.

И, поднявшись с места, подошла к изумленной девушке, чтобы услышать ответ, к которому уже была готова:

- В отсутствии Максхера Серого Вы являетесь ответственным лицом, - пожала она плечами, протягивая мне второе вероломное пригласительное, ворвавшееся в мой тихий мирок за прошедший месяц.

- Я и в его присутствии единственной таковой являюсь, - в бесцветной апатии забрала я из ее руки бумагу, что принялась натирать мне пальцы острее крапивы.

С того бала в особняке наместника времени уже прошло прилично, а я только-только начала отходить. И вот опять.

Хотя какая-то пакостная червоточина в сердце зловредно хлопала в ладоши: «Поделом Максхеру! За что боролся, на то и напоролся».

По крайней мере, шеф уже не сможет впустую вменять мне в вину походы в особняк наместника. Не понимаю, что в подобном визите бесило вервольфа, однако пусть теперь упивается своей обидой. Я пойду на этот поганый вызов! И убью двух зайц… двух доставучих хищников сразу. Позлю зазнавшегося Максхера. И поговорю с Амтомасом открыто, наконец. Пора оставить прошлое в прошлом. И расставить всё по своим местам…

- Велите подать карету, - попросила я девушку и, испытав небывалый прилив сил, помчалась переодеваться.

"Жди меня, наместник. Сам напросился!"

Глава 16. Снова у наместника.

Однако ждать заставили меня.

Усадили перед кабинетом тунлисса на скамью с не самыми мягкими подушечками, где уже расположились десятки просителей. И принялись систематически вызывать всех, кроме меня.

Ну, может, и не было это преднамеренным актом изнурения.

Но всё равно было крайне неприятно сидеть и делать вид, что мне и самой в радость здесь прохлаждаться. Сижу себе, типа, на птичек за окном любуюсь. Там, кстати, такой сад экзотический раскинулся! Гранатовые деревья, айва, цветочки разные. Крупные нарциссы, сочные оттенки тюльпанов, жасмин. Это лотосы на поверхности озерца? Наверное… Мм-м, красотища!

Залюбуешься на такое и... ааах, даже не заметишь, как заснешь...

***

- Она ушш-шла? – донесся до меня сквозь толщу сладких сновидений голос Амтомаса.

- Нет, тунлисс, - робко ответила… кажется, секретарша его. Знакомый, по сути, голосок. Я его, определенно, где-то слышала.

Открыть глаза и удостовериться в этом не было сил. Я так устала! Пусть замолчит лучше, кто бы это ни был.

- Тогда почему ты не можешш-шь её позвать? – стали его интонации требовательнее.