"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - "Гоблин - MeXXanik" - Страница 561

— Это угроза? — усмехнулся я.

Елена помрачнела, а и вынула шпильку из волос. Тряхнула головой, и пряди разметались по спине упругими волнами. Затем она неспешно расстегнула пуговицы на пиджаке. Под полами показался край тончайшей кружевной блузке, которую можно было спутать с бельем.

— Не стоит видеть все черным или белым, Павел Филиппович. Мы ведь можем с вами договориться. Можем сделать наше сотрудничество не просто полезным, но и приятным.

Девушка подошла ближе, я же продолжал смотреть на нее с каменным выражением на лице. Этому трюку я научился у бабушки. Именно безразличием она выводила из себя многих людей. Но Свиридову я этим фокусом не смутил. Девушка подошла ближе и остановилась прямо передо мной. От нее пахло приятными духами и едва заметно сигарным дымом. Я подумал, что у нее, вероятно, был тяжелый день. Она работала, встречалась с неприятными людьми, которые курили в ее кабинете, и девушке нельзя было возмутиться. Елена устала. Но проделала путь через город, чтобы, по сути, предлагать себя как вещь. И теперь приходится уговаривать вредного некроманта, который смотрит на нее с холодом.

— Я могла бы солгать, что вынуждена подчиниться отцу, — понизив голос, лукаво произнесла она. — Но мы с вами оба понимаем, что все не совсем так. Вы мне интересны. И я вам тоже.

— Уверены? — сухо осведомился я.

— Да, — просто ответила она. — Вы свободный, молодой, неглупый. Я поддержу все ваши начинания. Стану помогать в работе. Наставником в лучшей адвокатской компании Петрограда. Если для вашей будущей политической карьеры так нужна помощь всякому сброду, я даже готова взять несколько дней дежурств. Буду рядом, если моя сестра разочарует вас. И даже если не разочарует…

Елена Анатольевна наклонилась, поставив руки на подлокотники кресла. Мне открылся интригующий вид на ее декольте. И пожалуй, я оказался прав, приняв блузку за нижнее белье. Кажется, это оно и было.

— Я предлагаю вам не просто союз наших семей. А союз профессиональный. И наш с вами личный.

— Вы согласитесь стать моей любовницей? — уточнил я прохладно.

— Я буду настаивать на этом, Павел Филиппович.

— А ваша сестра? — я склонил голову набок, изучая блестящие глаза собеседницы.

— Мы привыкли делиться многим. Уверена, что сможем поделить мужчину. Главное, чтобы все оставалось в семье.

— Заманчивое предложение, — ровным тоном произнес я. — Мне придется обдумать его.

— Может сначала опробуете? — лукаво уточнила девушка, и ее улыбка стала хищной. — Ну же, Павел Филиппович. Я же вижу, как ваши зрачки расширились…

— Вы загородили мне свет, — перебил я девушку. — Дело в этом. Остальное — ваши домыслы.

— Не верю, что вы не находите меня привлекательной, — прищурилась гостья.

— Вы красивая, — признал я. С этим бы стал спорить только безумец. И самое важное — вы это знаете. И уверены, что этого будет достаточно. Только в вашем плане есть маленький изъян.

— Меленький? — соблазнительно облизнулась девушка.

— Вы пытаетесь купить меня на простые человеческие желания, — я произнес последние два слова нараспев. — Словно забыли, что не считаете меня человеком. И в этом ваш просчет.

— Вас ни к чему не обяжет то, что произойдет между нами прямо сейчас, — не сдавалась девушка.

Я позволил своей тьме качнуться под кожей и, кажется, в моих глазах она тоже появилась. Потому что собеседница отшатнулась.

— Между нами пропасть, Елена Анатольевна. И если вы — эталон человека, то лучше я останусь монстром.

Свиридова не торопилась запахивать пиджак. Кажется, что ее вовсе не беспокоило, в каком виде она оказалась перед посторонним человеком.

— А еще, за нами наблюдает призрак, — продолжил я. — И если вы хотите, как вы выразились, «опробовать», они с интересом за этим понаблюдают. А если «проба» им понравится, то еще и начнут давать советы.

Девушка напряглась, и как мне показалось, испуганно осмотрелась по сторонам. Все ее игривое настроение быстро исчезло. И я довольно усмехнулся.

— Вы можете им приказать, — начала было она, но я покачал головой:

— Призракам нельзя приказать. С ними можно только договориться. И это явно не тот случай. Уж больно вы им нравитесь.

В комнате повисла гробовая тишина. Такая, что мне казалось, я слышу, как течет время.

— Признаюсь, вы умеете пугать, мастер некромант, — после недолгой паузы глухо проговорила адвокатесса, застегивая пиджак. — Но вы тоже просчитались. Я люблю сложные задачи. И сделаю так, что в следующий раз вы сами попросите меня раздеться.

Думаю, бабушка могла бы мной гордиться. Потому что именно в этот момент я очень правдоподобно зевнул. Только в последнюю секунду успел прикрыть рот ладонью. А потом смахнул со скользнувшую из уголка глаза слезу.

— Вы уж меня извините. Но я хотел бы попросить вас уйти, Елена Анатольевна.

— Вы вытолкнете меня из дома в таком виде…

В этот момент в комнату вплыла Виноградова, которая демонстративно бросила в мусорную корзину нераспечатанный конверт с приглашением в яблоневый сад от имени Свиридовой. Затем туда же полетела заколка, о которой я уже успел забыть.

— А вот и призраки, — скучающим тоном произнес я. — Стягиваются, чтобы понаблюдать за зрелищем.

— Я решила убрать мусор, — вызывающе заявила женщина. — Могу вынести, если нужно.

— Не стоит, — вежливо отозвался я, и призрачная дома стала по-настоящему жуткой.

— Добрый вы, Павел Филиппович.

Любовь Федоровна неспешно откинула волосы от изуродованного лба и повернулась к гостье.

— Могу предложить вам напитки, — произнесла она оскаленным обнаженными костями ртом.

— Вы же сказали, что на чай рассчитывать не нужно, — произнесла Елена, и стоило отдать ей должное, она не дрогнула. Только побледнела.

Любовь Фёдоровна усмехнулась. И вышло это у нее зловеще:

— А я не про чай, дорогая, — снисходительно протянула она. — Я могу плеснуть вам водочки. Потому как издали чую запах отчаяния. От вас им просто несет. Может, выпьете и успокоитесь.

— Это вы на своем опыте… — начала было девушка и тотчас осеклась.

Она захрипела и ухватилась за горло, словно старалась стянуть с него веревку.

— Любовь Федоровна, — строго воскликнул я. — Перестанье, прошу вас. Это же наш гость.

— В моем доме мне никто не смеет дерзить, — прошипела Виноградова. — Даже мастер некромант проявил ко мне уважение. А эта пигалица…

— Прошу, — с нажимом продолжил я.

В тот же момент гостья закашлялась и оперлась о спинку кресла. К ней подплыл стакан с водой. Трясущейся рукой Свиридова взяла его и сделала глоток. Зубы девушки стучали о край стакана так, что я испугался, как бы они не раскололи стекло.

— Благодарю, — просипела она и поставила стакан на стол.

— Стоит немного надавить, и люди сразу становятся вежливыми, — усмехнулась Виноградова. — А говорят, что насилие — не выход. Это ключ к решению многих вопросов. Вот это и есть мой опыт. Прижизненный, к слову.

— Я не была в кусре, что призраки настолько сильные, — призналась Елена.

— То есть если бы вы знали, дорогуша, то не хамили, — развеселилась Любовь Федоровна. — Вы уважаете только силу. И мы это запомним, правда, Павел Филиппович?

Женщина обернулась ко мне и подмигнула. Я понял, что она контролировала и свой жуткий внешний вид и хватку на горле гостьи.

— Пожалуй, я пойду, — пробормотала Свиридова. — Провожать не надо.

Она бросила на меня мрачный взгляд и все же улыбнулась. Стоило признать, что сбить с пути эту девушку так просто не выйдет.

— Мне очень жаль, что разговора меж нами не вышло, Елена Анатольевна, — с видимым сожалением в голосе произнес я.

Девушка лишь фыркнула и направилась к выходу. И как только адвокатесса вышла за порог, Любовь Федоровна приняла свой привычный вид и пригладила безупречное платье.

— Будь осторожнее, мальчик, — предупредила она. — девица не откажется от своих планов. И поверь, она заинтересована в тебе вовсе не потому, что отец ей приказал. Такие, как она не станут подчиняться, если у них нет своего интереса.