Девушки бури и тени - Нган Наташа - Страница 42

Я хочу сказать, что понимаю её боль, объяснить, что мы пытаемся сделать. Но времени нет, поэтому вместо этого я говорю только:

– Мне очень жаль.

Затем я взмахиваю кинжалом и делаю выпад вперёд, вонзая тупую рукоять в грудину женщины.

Она стонет, сгибаясь пополам, задыхаясь.

– Мама! – сын с криком выбегает.

Майна разворачивает меня. Кровь заливает ей лицо и шею из пореза на лбу, но она вытирает её рукавом и ведёт меня вниз по склону к порту.

Мы бежим быстро и пригнувшись. Порывы насыщенного солью воздуха ударяют нам в лицо. Сапоги скользят по траве. Мир вращается, смесь солнечного света, застилаемого облаками, и вращающейся лазурной поверхности океана справа от нас. Остальные уже добрались до лодки. Её широкие паруса в форме плавников раскрываются, Бо и Цаэнь тянут за шкивы. С носа Нитта жестом призывает нас поторопиться. Вода забрызгивает нам сапоги, когда мы с грохотом ступаем по деревянным доскам прибрежных платформ.

Мы почти у корабля, когда я вспоминаю о виселице.

Я пытаюсь оглянуться, но Майна так упрямо тащит меня за собой, что я едва поспеваю за ней. Красная джонка становится больше по мере нашего приближения. Мы спускаемся по крошечному деревянному трапу в судно, и её хватка ослабевает ровно настолько, чтобы мне высвободить руку.

Я резко оборачиваюсь. Сердце колотится, когда я снова вижу ужасную виселицу и шесть тел, безжизненно качающиеся на верёвке. На меня налетает порыв ветра, наполненный зловонием крови и мёртвой плоти.

– Здесь солдаты! – шипит Майна, сжимая мне пальцами руку. – Надо бежать!

Сначала я ничего не понимаю. Ранее не было никаких признаков присутствия двух демонов. Затем я слышу топот копыт и тяжёлые шаги – далёкие, но приближающиеся. Взгляд перемещается туда, где главная дорога в деревню вьётся вдоль поросшего лесом побережья, и я вижу красно-чёрный поток.

Сердце подскакивает к горлу. Королевские солдаты направляются прямо к нам.

Наджа, должно быть, выжила и предупредила ближайший батальон о нашем местонахождении. Солдаты маршируют плотным строем, вымпелы с королевским гербом развеваются на ветру.

– Леи! – снова умоляет Майна, дёргая меня за руку.

Я собираюсь пойти с ней, когда один из мужчин, висящих на виселице — тот, которого принесли демоны, — поднимает голову.

Мурашки пробегают у меня по спине. Он жив.

Не раздумывая, я вырываюсь из хватки Майны.

Я бегу так быстро, как только могу, через гавань в сторону площади, не обращая внимания на её крики. Перепрыгивая через две ступеньки к виселице. С ближайшего столба на меня таращится человек, который ещё жив, его кожа пепельного цвета, на скулах синяки. Кровавые полосы покрывают его тело. Другие тела вертятся на ветру под скрип верёвок. Зловоние смерти действует меня физически. Стиснув челюсти, я хватаюсь за столб и подтягиваюсь на него. Я добираюсь до верха и цепляюсь за него, протягиваю руку и вонзаю кинжал в верёвки, связывающие запястья мужчины.

Верёвка толстая. Сначала мои усилия ни к чему не приводят. Я переключаюсь с ударов ножом на пиление из стороны в сторону. Толстые волокна распрямляются. Обезумев, я режу сильнее, быстрее.

Нитта появляется внизу.

– Солдаты вот-вот буду здесь! – кричит она.

Как раз в этот момент клинок перерезает последнюю нитку шнура.

Мужчина падает, тяжело приземляясь. Мгновение он лежит неподвижно, согнувшись пополам. Затем он протягивает руку. Его пальцы впиваются в пол, и он, пошатываясь, поднимается на колени.

Облегчение переполняет меня. По крайней мере, если он умрёт сейчас, то будет стоять на ногах, глядя врагу в глаза. По крайней мере, это будет быстро.

Что-то мягкое ласкает мне лицо. Я поднимаю взгляд. Это королевское знамя, приколотое к верхушке столба. Алый и обсидиановый, тех же цветов, что и солдаты, появляющиеся из-за угла со своими копытами и ненавистью. Бычий череп в центре флага ухмыляется мне сверху.

Отвращение, подобного которому я никогда раньше не испытывал, разливается по венам, столь яростное, что у меня перехватывает дыхание.

– Мы идём за тобой, – рычу я низким, диким рыком, хватаю стяг и срываю его со столба.

Он падает на землю как раз в тот момент, когда Нитта хватает меня за лодыжку.

Она тянет меня вниз, поддерживая, чтобы я не свалилась с края виселицы. А потом мы несёмся через площадь и вниз, к гавани. Сапоги стучат по деревянным сходням. В нас летят стрелы, в ушах звенит рёв демонов и грохочущие шаги. Зрение сужается до красного корпуса нашей лодки, которая отчаливает от порта. Майна, Бо и Цаэнь кричат с палубы, протягивая руки, подгоняя нас…

Мы достигаем конца помоста и прыгаем.

На мгновение, от которого замирает сердце, я лечу. Воздух носится вокруг меня. Волны вздымаются под ногами. Пальцы вытягиваются в нескольких дюймах от Майны, там, где она перегибается через перила.

Наши руки сжимаются.

Я ударяюсь о борт лодки с такой силой, что воздух выбивает из лёгких. Судорожно глотая воздух, я цепляюсь, пока Майна, Бо и Цаэнь тащат меня наверх. Мы падаем на палубу. Она бросает канаты, чтобы посмотреть на меня, руками убирает волосы с моего лица. Она запечатлевает крепкий поцелуй на моих губах.

– Сестрёнка!

Мы разрываемся на части от мучительного крика Бо. Мальчик-леопард перелезает через перила с таким видом, словно хочет нырнуть в воду, но Шифу Цаэнь удерживает его.

У меня сводит живот. Нитта, должно быть, упала.

– Ты не умеешь плавать! – кричит Цаэнь.

Бо сопротивляется:

— Она тоже… не умеет!

Прежде чем мы успеваем что-либо предпринять, сзади нас налетает поток воздуха. Я оборачиваюсь и вижу приближающегося к нам Меррина с Хиро на спине.

Мы с Майной вскакиваем и ловим мальчика-шамана, который спрыгивает на палубу. Мы втроём падаем обратно на пол, я стукаюсь копчиком о дерево. Боль пронзает меня. Я отпускаю Хиро, со стоном переворачиваюсь и хватаюсь за поясницу. Глаза слезятся, я поднимаюсь на колени. Пока мы с Майной осматриваем Хиро, Меррин приземляется на палубу.

Он скользит по доскам и останавливается, похожий на серо-белую кучу. Его перья пропитаны водой. Крупные капли падают на пол. Он с ворчанием откидывается назад, выпуская фигуру, которая хватается за него.

– Сестрёнка! – кричит Бо, подбегая к Нитте.

Он помогает ей подняться, но она сгибается пополам, её тошнит. Её мех и одежда промокли. Она запуталась в своём пальто, которое наполовину сползло, и он стаскивает его с неё. Поглаживая её по спине, он смотрит на неё заплаканными глазами.

Нитта поднимает голову.

– П-подумала, что сегодня прекрасный день для купания, – говорит она с неуверенной улыбкой, прежде чем снова закашляться.

Острый взгляд Меррина останавливается на Бо.

– Ты… уже дважды обязан мне жизнью, – он тяжело дышит, его грудь вздымается, он переводит дыхание, – а… твоя сестра... один раз. Пора проявить немного энтузиазма, тебе не кажется?

Бо поднимает голову. Он смотрит на Меррина, и в выражении его лица появляется что-то нехарактерно жёсткое. Почти разозлённый, он встаёт и шагает к демону-филину, его зелёные глаза сверкают. Похоже, что он собирается ударить его.

Вместо этого он обнимает Меррина за шею.

– Спасибо тебе, пернатый, – шепчет он. – Спасибо тебе.

Сначала Меррин выглядит совершенно ошеломлённым. Затем он поднимает руку и обнимает Бо за спину, его глаза закрываются.

19.

Несколько часов спустя сердце продолжает учащённо биться. Даже после того, как мы проплыли весь день и благополучно вышли в открытое, залитое лунным светом открытое море. Мир нежен и тих, единственный звук – тихий плеск воды, когда нос лодки чисто рассекает прибой. Остальные отправились спать в каюту на корме лодки. Паруса поставлены так, чтобы ловить ветер; руль установлен так, чтобы удерживать нас на курсе. И я остаюсь одна на палубе в качестве вперёдсмотрящей в обществе бодрящего океанского ветра и своих мыслей.