Дикий волк (ЛП) - Пекхам Кэролайн - Страница 17

— Он у Роланда! — закричала она. — Он уже в крепости на острове. Там!

Она указала жестом, и я посмотрел на песчаный пляж и вздымающийся холм, который вел к большому обнесенному стеной комплексу на его вершине.

Я грубо впился клыками в ее горло, раздирая кожу и причиняя боль, пока ее крики не затихли под моими губами, наконец-то отомстив ей, смертью. Я сплюнул ее кровь со своих губ — ничто в этой суке не привлекало меня, несмотря на жажду, — затем оттолкнулся от ее обмякшего тела и перепрыгнул через край лодки. Я бежал вверх по холму так быстро, что казалось, будто я лечу, пальмы расплывались перед глазами, лунный свет сливался с темно-зеленой листвой.

Когда я добрался до вершины холма, то понял, что мне следовало быть более осторожным. Повсюду были фейри, пронося клетки с диковинными животными через широкие открытые деревянные двери и спускаясь по ступеням в здание.

Среди них был и Роланд, стоявший у большой клетки, внутри которой сгорбилось звероподобное существо. Мой взгляд остановился на нем, и я побежал быстрее, желая убить его в этот день и заставить страдать за то, что он сделал со мной. Но не раньше, чем он вернет мне Льва.

Его темный левый глаз сверкнул в мою сторону, и он в испуге отпрянул назад, а его рука метнулась к клетке рядом с ним и отперла ее вспышкой магии. Дверца распахнулась, и зверь, находившийся внутри, вышел наружу, встав между мной и Роландом, а воздух вокруг нас пронзили испуганные крики.

Я остановился на месте, когда тварь зарычала на меня, готовясь схватиться с ней и проложить себе путь к фейри, которого я презирал больше всех в этом мире. Чудовище было высоким, покрытым шерстью и толстыми мышцами, с почти обезьяньей походкой, но его лицо… я знал это лицо, хотя татуировки на нем теперь отсутствовали, а глаза были похожи на две пустые полоски земли.

— Густард? — прошептал я, ужас от того, что я увидел его таким, заморозил меня слишком надолго. Что бы ни сделал с ним Роланд, он превратился в чудовище.

Кулак Густарда с размаху врезался в мой череп, и я пошатнулся в сторону, в ухе у меня зазвенело от удара.

— Схвати его! — приказал Роланд. — Не убивай его!

По какой-то причине Густард подчинился, снова замахнувшись на меня, но на этот раз я был готов, увернувшись и нанеся собственный удар. Удар пришелся по ребрам, но я бил как по железу, а костяшки пальцев крючились от боли.

— Используй свои экстрасенсорные способности, чтобы обезвредить его, — обратился Роланд к Густарду. Он открыл рот, обнажив острые зубы, и из его горла вырвался ужасный визг.

Все вокруг меня закричали, когда этот звук пронзил воздух и проник в мой череп. Но он был направлен не на них, а на меня, вбиваясь в мою голову, как наковальня, и заставляя подчиниться ему.

Я упал на пыльную землю, вцепился когтями в грязь, пытаясь подняться, но сила этого звука сковала мои конечности. Она содрогалась во мне и ослабляла меня, пока я не превратился в бесполезную развалину у ног Густарда.

Роланд перешагнул через меня, приложив руку ко лбу, и два его глаза слились в один. Циклоп.

Его сила влилась в мою голову, и я был бессилен бороться с ней, когда он заставил мой разум отключиться, заставив меня снова заснуть.

— Ты мой, — промурлыкал Роланд, когда я снова погрузился в забытье. — Спи, Ночная Ярость. Когда ты снова проснешься, у нас будет работа.

Глава 9

Розали

Луна висела в виде глубокого полумесяца близко к горизонту вдали за морем, словно маня нас ближе.

Я проверила небольшой рюкзак, который набила, готовясь к отъезду, и в третий раз пересчитала содержимое, как будто оно могло как-то измениться. Мы не знали, к чему именно направляемся, и это оставляло слишком много вопросов без ответов, чтобы мне это нравилось. Это была та работа, за которую я бы не взялась, если бы мне ее предложили. Слишком много переменных, слишком много неизвестных. Мне нравился вызов и острые ощущения от неожиданности, но это был риск и высокие ставки, не поддающиеся никакому прогнозированию. Я привыкла менять тактику и бороться с плохими шансами, но остров, к которому мы направлялись, был почти полностью непредсказуем.

Мы не могли использовать звездную пыль, чтобы попасть туда — никто из нас не был там раньше и не мог указать нам место, но даже если бы мы знали его, мы не смогли бы узнать о нем достаточно, чтобы попытаться это сделать, так как билет ясно предупреждал, что здесь установлены заслоны против такого прибытия. Именно поэтому мы не смогли замаскироваться магически. Джером был уверен, что против всех видов иллюзий тоже есть защита, поэтому нам пришлось прибегнуть к старому доброму способу — краске для волос и браваде.

Несомненно, весь остров был напичкан мерами безопасности, направленными на то, чтобы власти не вмешивались в гнусные дела, которые велись в укромном местечке преступников, но они так же точно сработают и против нас.

Я не боялась того, что может потребоваться для этого, но я была полна решимости добиться успеха, поэтому мы должны были быть готовы.

На чердаке маленькой хижины Оскура я обнаружила тайник с оружием и извлекла из его недр горсть канистр с зажигательной смесью. Маленькие металлические бомбочки были созданы с помощью бурной смеси магии огня и фейзина — вечное пламя, запертое за маленьким стеклянным окошком внутри металлической конструкции, только и ждало момента, чтобы вырваться на свободу и выплеснуться на невероятно легко воспламеняющуюся жидкость. Они легко разбивались при столкновении с любой твердой поверхностью и мгновенно взрывались, но это были темпераментные маленькие bastardos, и носить их с собой означало довольно высокую вероятность случайно подорваться.

Разумеется, я не собиралась подпускать Сина к ним близко. Вместе с моими маленькими друзьями я захватила немного еды, бутылку воды и шприц зелья, которое мой двоюродный дядя Марко называл «джазовые глаза». Оно, безусловно, было незаконным, но он клялся, что использует его на любой работе. Я видела эти «джазовые глаза» в действии, и, справедливости ради Марко, его «сумасшедшее зелье» отлично действовало на любого, кто в нем нуждался. Данте называл его «тактикой последней надежды» — по сути, это был коктейль из хрен знает чего, который мог завести даже фейри на смертном одре. Это давало им достаточно энергии, чтобы бежать, спасая свою чертову жизнь, если они окажутся в ситуации, когда их магия иссякнет, а им нужно будет лечиться и бежать. Оно ни хрена не исцеляло, но блокировало боль и давало заряд адреналина, который мог соперничать с ударом Штормового Дракона, хотя побочные эффекты включали галлюцинации, истерику и возможность серьезного дерьмового приступа — и это только некоторые из них. Мой двоюродный брат Луиджи однажды пробежал три мили со сломанной лодыжкой, спасаясь от ФБР под кайфом от «джазовых глаз», так что я знала, что это работает, но слушать рассказы о побочных эффектах мне все равно не хотелось. Можно сказать, я надеялась, что нам это не понадобится, но все равно собрала по уколу для каждого из нас.

— Ты готова, любимая? — спросил Итан, входя в комнату с пакетом припасов в руках.

Я оглядела его, рассматривая новый, темный оттенок его волос, как раз в тот момент, когда он оценил глубокий красный цвет моих. На мой взгляд, его все еще было легко узнать, но это заставило меня взглянуть дважды, и я предположила, что тот, кто не так хорошо знаком с изгибом его губ, резкой линией челюсти или глубиной его голубых глаз, мог бы и не понять, кто это.

Я ничего не сказала. Сердце билось так быстро, что мне оставалось только сосредоточиться на том, чтобы успокоить его. От этого зависело все. Все должно было получиться. Итан придвинулся ко мне ближе, взял прядь моих крашеных волос в свои пальцы и осмотрел их.

— Тебе идет, — сказал он, когда я подняла на него глаза.