"Фантастика 2026-57". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Жильцова Наталья Сергеевна - Страница 704

Безмятежное солнце подёрнулось тяжёлой ватной тучей.

— Да ничего такого я не хотел сказать! — Я поднялся вслед за ней. — Какой мне был бы смысл доживать эти дни, если бы не…

Её лицо снова изменилось. На этот раз его преобразил не гнев — страх.

— Алана, — сказал я поспешно, — а отец… Танталь говорила с твоим отцом насчёт этого… Скитальца?

Топот копыт стал отчётливее. По дороге приближался, пыля, небольшой воинственный отряд.

Танталь снова поразила меня — в который раз. Я уверен, что если бы не она — Эгерт Солль не сказал бы мне больше ни слова. Ни при каких обстоятельствах. Ни о чём. Никогда.

О чём она талдычила ему эти три дня? Как убеждала? И ведь ей самой требовалось время, чтобы ОСОЗНАТЬ совершенное мной — и если не простить, то хотя бы смириться…

При виде отца Алана изобразила на лице достоинство и независимость — для этого требовалось всего лишь повыше задрать нос. Эгерт вздохнул; поодаль от дороги уже разбита была палатка, сыто потрескивал костёр и висел над огнём закопчённый котелок. Полковник с молодым воинством путешествовал по-походному, без излишеств.

В палатке мне было предложено сесть; Солль по-прежнему не глядел в мою сторону, но уже то, что он готов терпеть меня под собственной парусиновой крышей, говорило о колоссальной уступке с его стороны.

Алана села рядом и демонстративно взяла меня за руку. Жест, не принятый в приличном обществе, но весьма красноречивый в Аланином исполнении.

— Вернулся разведчик, — сообщил Солль, неспешно прохаживаясь взад-вперёд. — Странные новости… Река разлилась.

Мы молчали. Полковник сроду не занимался сельским хозяйством — странно, откуда такой интерес к какому-то половодью.

— Река СОВСЕМ разлилась. — Кажется, Солля задела наша непонятливость. — Мост смыло. Паром тоже смыло. Прервалось сообщение с городом…

— Не время для паводка, — удивлённо сказал Аген, присутствовавший при беседе. Хотя я предпочёл бы, чтобы он присутствовал с той стороны от входа.

Солль пожал плечами:

— Говорят, в каких-то горах чрезмерно тает снег… Всё бывает, хотя, если разобраться…

— Аген, — сказала Танталь, задумчиво разглядывая заплаты на парусиновом потолке. — Ты бы не мог попросить кашевара, чтобы мне приготовили отдельную порцию, без масла?

Аген не сразу понял.

— СЕЙЧАС попросить, — уточнила Танталь, и Аген покрылся краской. Солль молчал, не спеша подтверждать распоряжение, и Аген решился на дерзость:

— Без масла вовсе не так вкусно, — сказал он, угрюмо глядя в глаза Танталь. — И я не рискнул бы указывать кашевару, ведь он делает свою работу…

Я никогда бы не подумал, что этот плечистый парень умеет так лихо выстраивать намёки.

Танталь мягко улыбнулась:

— Я ЛЮБЛЮ без масла, Аген. Воспринимай это как мою личную просьбу.

Надувшись, Аген сделался квадратным, как тумба. Вопросительно взглянул на Солля — прочёл в его глазах молчаливое подтверждение. Поклонился и вышел, задёрнув полог чуть резче, чем требовалось.

— ОН закрывает нам дорогу, — быстро сказала Танталь. — Черно собрался с силами… Или вот-вот соберётся. Эгерт, тот наш разговор…

Полковник наконец-то перестал расхаживать. Опустился на низкий чурбачок, причём острые колени оказались чуть не на уровне глаз.

— Значит, тарелка с супом? И придёт хозяин, выльет суп, положит каши?

Я нервно сглотнул. Хотелось есть.

— Наоборот, — деловито пробормотала Алана. — Выгребет кашу, наполнит супом.

Снаружи — в отдалении — весело переругивались Соллевы выкормыши. Только голос Агена звучал угрюмо и раздражённо; сытный запах снеди пробивался сквозь парусину, заставляя мои ноздри конвульсивно подёргиваться.

— За свою жизнь, — задумчиво пробормотал полковник, — я встречался с одним только магом — деканом Луаяном… Скиталец не в счёт.

— Почему? — мрачно спросила Алана.

К запаху каши примешалась некая горчинка. Нежели кашевар допустит, чтобы лакомство подгорело?!

Эх, Ретанаар Рекотарс, с каких это пор мясная каша служит тебе лакомством…

— Потому что Скиталец не был магом… в обычном понимании, — назидательно сообщил Солль, обращаясь к Алане. — Природа его могущества… за гранью нашего понимания. Я не знаю точно, но мне кажется, что природа вашего Чонотакса…

— Вот именно, — быстро сказала Танталь.

Эгерт поднял брови:

— Но почему? Ведь Скиталец был отмечен Третьей силой, Чужаком Извне… А Чонотакс…

— «Когда зима остаётся за дверью, малый сквозняк всё равно входит к нам — через щель…» — глухо процитировала Танталь.

Последовала пауза — напряжённая, будто кожа на барабане.

— «Малый сквозняк»… — Солль усмехнулся. — Если бы всё было… так просто… Зачем Тому, кто Извне, вообще понадобились Привратники? Куда проще… дунуть-плюнуть в щель… в замочную скважину…

— И дождаться, пока плевок вселится в лысого мага, — бойко закончила Алана.

— Помолчи, — одёрнула её Танталь.

Алана нахмурилась:

— Золото не ржа-ве-ет! Там, «на пороге», никого нет!

— Помолчи! — Глаза Танталь потемнели. — Ты путаешь простые вещи! Ржавеющее золото — всего лишь… вторичный признак, знамение! На самом деле важна лишь ржавчина на Амулете… которым Луар запечатал Дверь. Кто знает, может быть, печать давно уже проржавела?!

— Скитальцу следовало бы яснее выражаться, — хрипло сказал Солль, удивлённо глядя на Танталь. — Это моя беда — я плохо его понимаю…

— Скиталец?! — разом вскинулись Алана и Танталь.

— Мы не виделись десять лет, — пробормотал Солль. — Нужна была веская причина… чтобы он вернулся в мои сны.

Последовала новая пауза. Лицо Танталь на глазах теряло краску, Алана сидела, полуоткрыв рот, Солль сгорбился, его глаза диковато посверкивали сквозь упавшие на лицо бесцветные пряди.

— Что же ты молчал, Эгерт? — хрипло спросила Танталь.

Солль пожал плечами:

— Разве я провидец?!

В палатке стояла укоризненная тишина.

— Мы рассчитывали, Эгерт. — Танталь поднялась, сделала два шага туда-сюда, но по палатке особо не разгуляешься. — Мы рассчитывали, что Скиталец поможет нам…

— Защитить маму, — помогла ей Алана.

— А заодно и весь мир, — добавил я желчно.

— Не знаю, — Эгерт криво усмехнулся, — смогу ли я защитить мир… Но нашу маму я точно никому не отдам. Хотя… — Он осёкся. — Если… правда… и «она ждёт, она на пороге»…

— «Она на пороге», — проговорил я, и память моментально вернула меня в холодную, занесённую снегом избушку. Чонотакс Оро в своей чудовищной шубе, играючи, помахивает топором: «Сколько лет пророчеству — а всё никак не сбыться»…

Не всегда приятно быть центром всеобщего внимания. Особенно если все взгляды буравят тебя насквозь.

— Что? — отрывисто спросил Солль.

— Чонотакс говорил, что предсказания должны сбываться, — сказал я, поражаясь своей забывчивости. — «Предсказания должны сбываться. Это упорядочивает мироздание».

Мои собеседники переглянулись. Потом Танталь проглотила слюну, зябко потёрла ладони и продекламировала по памяти, если и сбиваясь, то не слишком часто:

— «Идут беды… Вот зелёная равнина и путник на зелёной равнине. Огонь, загляни мне в глаза! Горе, ты обречён. Земля твоя присосётся, как клещ, к твоим подошвам и втянет во чрево своё… С неба содрали кожу… Э-э-э… Где путник на зелёной равнине? Деревья… э-э-э… простирают корни к рваной дыре, где было солнце… Посмотри, вода загустела, как чёрная кровь… Посмотри, лезвие исходит слезами. Петля тумана на мёртвой шее. Дыхание среди нас…»

— Во память, — с завистью сказала Алана.

— Что это? — спросил я, содрогаясь.

Танталь облизнула губы:

— Это… из жизнеописания Орвина Прорицателя. Из книги декана… прорицание о приходе Того, что Извне… В принципе, впервые этот текст был в «Завещании Первого Прорицателя», но не сохранилось ни единого экземпляра, поэтому декан Луаян восстановил его, во многом со слов Ларта Легиара…

— Не время для лекций, — сказал я как можно более холодно, а на самом деле желая скрыть нервную дрожь, охватившую меня при звуке этих имён и названий. — Как я понял, речь идёт… что станет с миром в результате вторжения Чужака?