Хозяйка вражеского сердца. В дар по требованию (СИ) - Руд София - Страница 53

— Кто ж его знает, госпожа. Я не провидец, как вы, — вздыхает Диен. — Да и ваша магия пока ещё не восстановилась, но восстановится, непременно. Я не могу знать, какие у вас планы или намерения, но вижу, как нелегко дается вам выживание рядом с Его Высочеством, потому не удивлюсь, если вы воспользуетесь шансом на спокойную жизнь в безопасности. Только вот кем вы с генералом будете друг другу, когда такой шанс выпадет? Друзьями, врагами, возлюбленными? Боль какой потери испытают ваши сердца в тот миг?

Чем больше говорил Диен, тем больше подозрений и страхов копилось во мне. Он будто знал про то проклятое девятнадцатое марта, или же просто предчувствовал, – неважно. Важно, что к моему великому сожалению, он говорил правильные вещи.

Испугавшись за жизнь Хагана, я позабыла обо всем, включая шанс на возвращение, который дала мне богиня. Поддалась эмоциям, потеряла голову. Всё, о чём я думала, это Хаган.

Тот самый Хаган, который мог умереть, спасая меня. И сейчас он говорит, что намерен сделать это вновь.

“Вы стали первой и единственной слабостью того, у кого не было слабостей с восьми лет”. Так сказал Диен. И в этом он тоже прав. Я – слабость непобедимого генерала, которая принесла ему много горя, а может принести и саму смерть.

— Я учту ваши слова, спасибо, — так я тогда ответила Диену, не желая понимать сказанное им до конца, но сейчас, видя рассечённую бровь и губы, вкус которых ещё жив в моей памяти, все видится иначе.

Нужно решить сейчас, уйду ли я девятнадцатого марта, или останусь? Здравый смысл велит уходить. Тут слишком опасно. Тут я долго не протяну. Да что там, я уже чуть не умерла, когда шагнула под ту вспышку. Хаган спас.

А я не хочу, чтобы он подставлялся за меня вновь и вновь. Но в этом мире покоя никогда не будет. Вчера наёмники, завтра может оказать темница, или ещё какой-нибудь яд или замороженный лёд, руками той, кому доверял.

Головой я это понимаю, но сердцем…

— Хаган, — его имя само срывается с губ, а я ступаю на шаг вперёд. К нему рвётся тело, к нему тянется душа и люто ноет. Знаю, что это может быть самой большой ошибкой, но…

— Что это? — застываю, сбившись с мысли, когда замечаю в тёмном окне какой-то огонек далеко в небе. Один. Второй. Третий.

Хаган же не спешит оборачиваться, будто знает, или, может быть, слышит, что там происходит, а там….

— Императорские драконы, — спокойно говорит он, а меня пробирает дрожь, когда эти чудища подлетают к замку настолько близко, что в свете луны я могу разглядеть их огромные крылья и шипастые головы.

Драконы. Настоящие огромные драконы! Императорская личная стража, которая никогда не является по пустякам.

— Хозяин! Хозяин! — раздается вопль Мело где-то в коридоре. Затем растрёпанный испуганный блондин влетает в комнату, едва не снеся с петель дверь.

Вместе с ним и бледная, как простыня, Жансу с круглыми глазами от шока. Кажется, в них блестят слезы. Что происходит? Почему именно сейчас? Почему так не вовремя?

— Впусти их, — как-то слишком спокойно отвечает Хаган, с трудом оторвав взгляд от меня и взглянув на помощника.

— Они уже… взломали печати. Стоят у портальной арки, в большом зале. Требуют вас, — шепчет Мело.

Что?

— С тобой ничего не случится, — заверяет меня Хаган, а затем вновь кидает взгляд на помощника. — Мело, пока меня нет, Лира – хозяйка Драконьего Пика и всего остального.

С этими словами он выходит из комнаты в коридор под взгляды онемевших и даже окаменевших друзей. Проходит возле меня. Так близко, что рука сама тянется к нему, чтобы остановить. Не знаю зачем. Сердце велит, но не успеваю его коснуться. Лишь робко ловлю пустоту. Застываю, а затем обернувшись, смотрю Хагану в спину.

Чувство, будто вижу его в последний раз, бьёт в голове паникой. Ещё и лица Жансу и Мело. Все будто на похоронах. Но с чего Хаган такой спокойный? Или… с чем-то смирившийся?

Нет!

Тут же вылетаю из комнаты следом за Хаганом, а здесь посреди большого зала и камина стоят… незваные гости. Четверо здоровенных мужчин в чёрных плащах, так напоминающих драконьи крылья. Это и есть императорские драконы в первой ипостаси. А за окнами кружится ещё дюжина тех, кто в обличии опасных зверей, плюющихся пламенем.

Если память Лиры мне не изменяет, то эти господа не здороваются. Они являются только когда дело очень-очень плохо. Хватают свою жертву и забирают с собой силой. Но перед Хаганом склоняют голову.

Это вселяет в сердце надежду, что я ошиблась с выводами, и они тут не по душу Хагана. Но почему же он тогда сказал, что в его отсутствие – хозяйка я? Будто попрощался.

Нет. Бред! Я что-то поняла не так. Хаган не мог натворить что-то столь ужасное, чтобы эти убийцы явились за ним. Но императрица смогла бы подстроить…

— Ваше Высочество, — начинает высокий дракон со светлыми, почти белыми волосами и такой же светлой бородой. По лицу ему лет пятьдесят, но от тела исходит мощь, которую ощущаешь кожей. Однако пугает не это, а сводящее с ума ожидание ответов.

Зачем они явились? Чего хотят от Хагана?

— Мы вынуждены сообщить, что Его Величество приказал немедленно доставить вас во дворец! Император знает, что это вы, Ваше Высочество, убили императрицу, — стрелами в сердце попадают слова дракона.

Что?

Комната погружается в гнетущую тишину. Она давит на уши, на голову. Воздух начинает обжигать, а тело становится каменным. Одно лишь сердце неистово бьётся в груди, пока я пристально смотрю на Хагана.

Жду его ответа. Он нужен мне, как воздух. А Хаган молчит.

Меня он не видит, смотрит на прибывших императорских драконов, а затем молча передает Мело тот самый защитный камзол, который прихватил с собой из комнаты.

— Господин, — дрожащим голосом зовет его Мело, берёт этот камзол, но во взгляде ярый протест. Мольба не сдаваться так просто.

— Отдай это Лире. Позаботься о людях, пока меня не будет, — говорит в ответ Хаган спокойно, ровно. Будто ничего и не произошло.

Не оправдывается, не называет это заявление абсурдным. Молча ступает к драконам, которые всё ещё склоняют перед ним голову. Видно, что им противно делать то, что они должны по долгу службы.

— Путы… — суетится самый молодой из драконов, снимая с пояса верёвку.

— Убери! — гаркает на подчинённого главный дракон, а затем смотрит на Хагана. — Простите. Новенький. Пойдёмте, Ваше Высочество.

В звенящей тишине доносится его хриплый голос, и Хаган ступает к арке. Шаг, ещё один, третий, и я не выдерживаю.

Хочу кинуться за ним, как он оборачивается. В самый последний момент. Смотрит мне в глаза. Ровно, спокойно.

Наверное, ждет моего осуждения или хочет знать, верю ли я тому, что сказали эти господа, но единственное, что я сейчас испытываю – это шок.

Мне нужна лишь секунда, чтобы разобраться в себе, но её нет. Хаган и драконы исчезают раньше, оставив после себя лишь вихрь ветра, ледяными иглами впившегося в кожу.

Ушёл...

Исчез...

— Что же теперь будет? — даже Мело, привыкший в отсутствие Хагана брать на себя ответственность и решать, предается панике.

— Неужели хозяин в самом деле убил... — подхватывает Жансу.

— Нет, — отрезаю я.

Подруга тут же кидает на меня взгляд. Ждёт объяснений моей бурной реакции. А их нет.

— У вас было видение? — предполагает она.

— Не было, — отвечаю честно.

Ещё и Диен сказал, что их долгое время не будет. Но как же они сейчас нужны.

— Тогда откуда вы знаете? — задаёт резонный вопрос Жансу.

— Даже если и убил, на то была причина, — отвечаю я, сама пугаясь жесткости в своем голосе. Даже Мело сейчас недоумевает.

Однако быстро справляется с одним шоком и впадает в другой.

— Мне нужно идти. Если на заставе узнают, что генерала арестовали, воины могут пойти на дворец, чтобы его освободить! — выдаёт он и кидает взгляд в окно.

Боги, я даже заметить за этими нервами не успела, как ночь перешла в рассвет. Бледный, пугающий.