Война песка (СИ) - Казаков Дмитрий Львович - Страница 28

— Координаты, — шепнуло небо.

— Или останешься в этом видении навечно, — рокотнули глубины.

Мне до жути не хотелось ничего делать, ведь так приятно быть, ни к чему не стремиться, не знать границ, как не знает их песок, кочующий по пустыне на крыльях бурь, заполняющий все, что только может… Но это ощущение засасывало, я будто погружался в сон, но куда глубже обычного, сладкий, убийственный.

И я прочертил линию снизу… не знаю, как… просто решил, что она есть…

Это решение сотрясло меня болью землетрясения, зато под собой я почуял твердую основу. Такие же линии определили линии горизонта и устремление вверх… не клетка, а пределы невозможного, локализация бесконечности.

В следующий момент я вернулся в пещеру, и обнаружил, что слух мой обострился.

Я слышал дыхание не только сидящих рядом Гиты и Ланы, но и как бурчит в животе у Нагахиры у противоположной стены, и разговор вполголоса, что велся у самого выхода, в лад с завываниями бури:

— Священная плоть даст тебе силу, — говорил Цзянь. — Власть. Истину.

— Да это ерунда, — отвечал ему Бадр, молодой сириец. — Кто в такое поверит? Сейчас! Век смартфонов, дронов и спутников! А ты предлагаешь мне замшелую веру?

Взводный пытался вербовать неофитов, но выбрал не самого очевидного кандидата.

— Смотри, — в руке Цзяня блеснул нож, и услышал мягкий чмокающий звук, в которым лезвие вскрыло кожу и мясо — этот маньяк вскрыл собственный бицепс точно устрицу. — Наблюдай…

— Чтоб меня разорвало! — воскликнул Бадр.

Я помнил, как невероятно быстро регенерировал взводный, какие вещи за пределами обычного он творил.

И секта, к которой он принадлежал, никуда не делась, она здесь, рядом, следит за нами. И если не творит кровавых, отвратительных дел, то лишь потому, что они запланированы не на сегодня, а на завтра или следующую неделю…

Ну а я для поклонников священной плоти — враг, покусившийся на их тайны.

Глава 12

Отдохнуть нормально я не смог, подремал около часа и сожрал шоколадку.

Затем буря начала стихать, и Цзянь безжалостно поднял всех, погнал наружу, под секущий песок и угасающий свет второго солнца.

— Прямо на юг! — скомандовал он, и мы зашагали, сначала по камням, затем по дюнам.

Первый дрон явился почти тут же — крохотный самолетик, обманчиво медлительный. Закружился в вышине, и ожила рация на спине Хамида:

— Первый взвод. Видим вас, видим. Прием, — судя по голосу, это был Нгуен.

— Мы вас тоже, — сварливо отозвался Цзянь. — А воду кто принесет, Конфуций?

— Пятнадцать минут, что поделать? — сообщил ротный. — Вылетел только что. Противника рядом нет. Окрестности чистые.

Еще бы, такую бурю даже дрищи пережидали дома, спрятав головы под мышки.

Шагали мы медленно, песок хватал за ноги, от жажды сводило нутро, хотелось облизать сухие губы, но я знал, что делать этого нельзя — мгновение, и они растрескаются. Тяжело приходилось даже крепким, тренированным мужикам, чего уж говорить о барышнях из подразделения М.

Они пока не отставали, но дышали напряженное и тяжело.

Интересно, что произойдет, как мы поведем себя, если эти две фифы потеряют способность двигаться? Потащим их? Или бросим тут? Пристрелим, чтобы не мучились? Имеются какие-то инструкции по этому поводу?

Хотя я не исключал, что все это очередная игра — либо обучающий прием, либо просто симуляция уязвимости.

Нгуен нас не обманул, через пятнадцать минут в небе зажужжал второй двигатель. Другой «самолетик» прошел над нами, и впереди, над длинными извилистым барханом сбросил ящик с парашютом.

— Вода доставлена, — сказал ротный из рации. — Окрестности чистые. «Глазки» меняем.

Оба БПЛА устремились на юг, а мы из последних сил рванули к опутанному веревками ящику. Захрустела упаковочная пленка, и нашим глазам предстали ряды полторашек с зелеными крышечками, украшенными символом ЧВК «Земля» — перекрещенные «калаши» на фоне земного шара.

— Много не пить! — рявкнул Цзянь. — Не верблюды!

Я вообще пить не стал, только смочил губы и ополоснул лицо, зато ведьмы выхлебали по полбутылки.

— Что уставился? — спросила Лана, глядя на меня. — Думал, что мы неуязвимые? Сделаны из железа?

— Мы такие же люди, как и ты, — добавила Гита, и вот это прозвучало насквозь фальшиво.

Точно — игра, на самом деле им не нужна эта вода, они могут идти по пустыне день за днем, без отдыха, без еды, уничтожая по дороге толпы врагов.

— Да, — сказал я, делая вид, что поверил.

Не думаю, что смог их обмануть, но игра велась не только со мной, в ее сети попал взвод целиком: я замечал взгляды, которые доставались блондинке с брюнеткой, и в этих взглядах читались сочувствие и понимание, хотя враждебность и страх пока не исчезли. Ничего, манипуляция состоит не из одного раунда, и вскоре тот же Хулио будет Лане руки целовать.

Пока мы утоляли жажду, в небе появился новый дрон, снова закружился над нами, видимый лишь благодаря горевшему на пузе синему огонечку, но очень хорошо слышимый. На пустыню опустилась ночь, буря унесла с собой все звуки, воцарилась абсолютная тишина, которую не хотелось нарушать каким-то движением.

— Пошли, — с видимой неохотой буркнул Цзянь. — Еще топать и топать.

От нас до «Инферно» примерно двести километров, и нужно до рассвета пройти как можно больше.

Земля колыхнулась, когда мы одолели гряду барханов, и впереди оказалась другая, еще выше и неприятнее на вид.

— Что это? — прошипела Гита.

По песку побежали темно-желтые огни, слились в полосу шириной метров десять. Передовой дозор остановился, не решаясь двигаться дальше, и тут свет ударил вверх, поднялась настоящая стена из сияния.

О да, мы видели такое, и сначала думали, что это работает система безопасности полигона…

Песок внутри стены задвигался, вспучился буграми, стены барханов начали осыпаться. Полезли из них темные столбы, увенчанные воронками, уродливые громадные фигуры то ли из тумана, то ли из пыли, слепящие молнии принялись бить из песка в темное небо.

— Снова эти тролли, — пробормотал Ингвар. — Что же это такое?

— О, помоги нам Святилище Разума! — воскликнула Лана.

Ведьмы, которые вроде бы знали все на свете, казались ошеломленными, в их глазах плясало удивление.

А у меня в голове завыл ветер, чужеродный, ледяной, насыщенный снежинками-мыслями. Я вскинул руки к лицу, чтобы хоть как-то защититься, попытался вернуться к внутренней тишине, обретенной за последние дни, отступил на шаг, но это помогло как деревянный забор против селевого потока.

Внутри световой стены перемещались исполинские размытые силуэты, составленные из обрывков вихрей. А на меня надвигались не струйки песка, как раньше, а настоящие облака, холодные, жалящие, враждебные — сознания, более чуждые нашему, чем у столбоходов или аборигенов Ульды.

Кто они такие, и откуда взялись?

— Что ты чувствуешь⁈ — Лана вцепилась мне в плечо, Гита схватила с другой стороны. — Что видишь⁈

Но я не мог ответить, меня трясло, зубы лязгали, сердце работало с перебоями.

Из глубин прикатился тяжелый гул, стена из света дрогнула и поползла на нас. Рухнули, исчезли из виду великаны-тени, но их место тут же заняли другие, более человекоподобные, с ногами и головами, новая серия молний ослепила нас.

— Не стрелять!! — заорал Цзянь, хотя никто и не собирался.

Все понимали, что против этого пули и гранаты не помогут.

На нас шла неведомая сила, способная за короткий срок превратить человека в своего раба. Изменить его сознание так, что мало кто заметит изменение, но оставить контур управления, который заработает в нужный момент — Бадави и его парням не повезло угодить в ее щупальца.

И эта сила хотела овладеть запасами оружия на полигоне «Инферно».

Но что она делает тут в таком случае, зачем ей мы? Или она не может действовать сама? Ей нужны исполнители, марионетки? И лучше всего, идеально подходит на их роль отрезанный от своих отряд изнуренных наемников.