Вспоминайте про дочь Салема - Ольховская Влада - Страница 8

А один человек, вот, нашелся… Полина. Человеческая девушка, влюбленная в него – он знал об этом, сожалел, но ничего не мог ей дать, потому что Андра оказалась слишком близко. Он даже уберечь Полину не сумел! Но она все равно его простила и, зная, что не спасется, подарила ему один глаз, с помощью которого Доминик до сих пор смотрел на мир. Прошло уже больше года, а зрение и не думало его покидать…

Это не означало, что глаз будет служить ему вечно, но на вечность Доминик не замахивался никогда.

Он по-прежнему не понимал, зачем его призвали. Чтобы пересказать всем его историю? Так для этого его присутствие не требуется! Нет, должно быть что-то еще, и ведьмы наверняка попытаются преподнести это в праздничной упаковке – и, конечно же, соврут.

Долго гадать не пришлось, ведьма-председательница перешла к сути:

– Мы еще раз рассмотрели ваше дело, Доминик, и пришли к выводу, что к роли клинка ведьмы вас подтолкнули обманом.

– Как это… прозорливо, – сдержанно улыбнулся Доминик. – Ну и что теперь?

– Мы хотели бы предложить вам компенсацию: полное обращение ритуала и возвращение вас к нормальной жизни!

– Что?.. Но это же невозможно!

О таком он не догадывался, он знал наверняка. Его исследовали, еще когда он был в больнице, и все ведьмы, да и не только ведьмы, пришли к однозначному выводу: вернуться в прежнее тело у него не получится. Нет больше того тела!

– Да, раньше это было невозможно, – согласилась председательница. – Но исследования клинков ведьм не стоят на месте. В этом году мы провели уже два ритуала возвращения клинкам их прежней формы. Это сложная и дорогостоящая процедура, но все расходы возьмет на себя Московский Ковен. Наш род задолжал вам, Доминик. Позвольте все исправить и наконец-то подарить вам жизнь, которой вы заслуживали с самого начала!

Одними словами она не ограничилась, демонстрационный экран заработал, и все желающие могли теперь наблюдать рекламный ролик, посвященный той самой жизни, которой Доминик якобы лишился.

Он понятия не имел, как это было сделано, заклинанием или нейронкой, но выглядело убедительно, совсем как любительская съемка. Вот он заканчивает университет и празднует в баре с друзьями – вполне настоящими, кстати, они у него были когда-то. Вот отправляется на работу и вскоре получает повышение. Женится на какой-то дивной красавице, которую в глаза не видел. Они покупают дом. Он присутствует при родах – надо же, они и таким озадачились! Любопытно, будет в его саду лабрадор, играющий с детишками… А, вот и он, палевый, конечно же.

Это была уныло стереотипная счастливая жизнь. С другой стороны, как еще ее показывать? По сравнению с тем кошмаром, который ему довелось прожить, эта банальщина и правда смотрелась идеалом. Поэтому Доминик и сделал вид, что ему очень интересно, чуть-чуть посмотрит – и пустит сентиментальную слезу…

На самом деле соглашаться на красотку, кабриолет и лабрадора он не собирался, он просто выигрывал себе время, чтобы подумать. Для начала нужно понять, зачем они вообще это затеяли. Ведьмы, которых замучила совесть? Да еще и за чужое преступление? Конечно, десять раз! Если бы все сводилось только к совести, они бы отмахнулись от него точно так же, как попытались когда-то отмахнуться кланы Марго. Нет, должно быть что-то еще…

Инстинкт самосохранения, например. Куда более подходящее объяснение, чем добродетель!

Любой клинок ведьмы после создания оценивают. Да, примерную силу можно предсказать по могуществу ведьмы, которая его зачаровывает. Но многое зависит и от самого клинка, поэтому его проверяют разные ведьмы, по меньшей мере три, да еще и из разных кланов. Доминика тоже проверяли – однако точно оценить не смогли.

Слишком уж странным оказался его путь в новую жизнь: сначала неверное перевоплощение, потом долгие годы издевательских экспериментов, которые на нем проводила Марго, ну а дальше – повторное обращение, совершенное двумя кланами сразу. И как вишенка на торте – тот факт, что часть силы в него влил Безымянный, которого ведьмы боятся до истерики.

Доминик непредсказуем – и неконтролируем. Поэтому, конечно, они потратят и время, и деньги, лишь бы он перестал быть угрозой! Забавно даже… Раньше он отреагировал бы по-другому. Даже понимая их истинную мотивацию, он бы все равно согласился. Какая ему разница, доброта ими движет или страх за свою шкуру? Он ведь получит свое, они сдержат слово как минимум ради того, чтобы избежать скандала.

Раньше – но не теперь. Слишком много времени прошло, слишком многое он испытал. Доминик осознавал, что не поверит ни одной иллюзии, которую они попытаются ему внушить. Да и счастливым он в той кукольной жизни уже не будет…

Поэтому он смиренно дождался, когда ролик закончится, и объявил:

– Я воспринимаю ваше предложение с огромной благодарностью. Я прекрасно понимаю, что один ковен не несет ответственности за преступления другого – и уж тем более ведьмы-ренегата. Но, при всем почтении, я отвечаю отказом. Я доволен тем, кем я стал, и шаг назад я делать не собираюсь.

В зале повисло изумленное молчание. Похоже, все они были уверены, что он обязательно прельстится спокойной жизнью и богатством… Как дети, честное слово! Можно подумать, кто-то из них обменял бы магическую силу на бассейн и блондинку.

– Но… почему? – наконец выдавила председательница. – Вы же… несчастны!

– С чего вы взяли?

– Вас вынудили вести жизнь, противоестественную для человека!

– Все клинки ее ведут. В этом и смысл.

– Но вас сделали клинком обманом!

– Тут я давно миновал стадию принятия.

– Вы можете в любой момент ослепнуть!

– Я был полностью слепым, – напомнил Доминик. – Пока что этот глаз работает отлично. Но если он откажет… Я жил в темноте, она меня не пугает.

– У вас даже хозяйки нет!

– Это должно меня угнетать?

– Думаю, это вариант какой-то психологической адаптации, – предположила одна из старших ведьм. – После долгих лет страдания и страшной жизни, которую нельзя изменить, разум подстраивается, убеждая себя, что счастье – оно вот такое. При таком раскладе принять истинное счастье невозможно. Точно так же больной человек не всегда знает, что болен…

Подобные рассуждения Доминику совсем не понравились. Похоже, истинную причину озабоченности Ковена он угадал верно: им не нужно было неконтролируемое оружие под боком. Только вот он недооценил их стремление обеспечить собственную безопасность.

Они вряд ли нападут на него открыто, но вот жонглировать законами могут. Так что игры в спасение нужно было заканчивать немедленно, пока его лечиться не отправили!

– Я не совсем понимаю, в чем проблема, – холодно произнес Доминик. – Прямо сейчас в этом зале находится не меньше двадцати клинков, но их судьба вас не тревожит.

– У них есть возможность вернуть человеческую форму, процедура доступна всем! – гордо объявила председательница.

– И как, очередь уже выстроилась?

– Эти клинки приняли свою судьбу добровольно, – настаивала ведьма.

– Я тоже. И я делаю это прямо сейчас.

– Но при этом вы предпочитаете жить скорее жизнью наемника, чем клинка ведьмы! Вы убиваете, а не защищаете свою хозяйку. Разве это нельзя считать доказательством того, что у вас неверное представление о собственной роли?

Игра словами вышла на совсем уж тревожный уровень, и Доминик решил, что пора задействовать хотя бы один козырь – а то Московский Ковен начал переоценивать свое могущество!

– Насколько мне известно, клинок ведьмы может существовать независимо, если его создательница погибла. Но если этот закон изменился, так и скажите. Я просто поступлю на службу, и вопрос будет закрыт.

– Это к кому же?

– К Андре Абате́.

И-и-и – страйк! Новый момент тишины, куда более тяжелой, чем прежде. То, что нужно, чтобы напомнить им о реальности за стенами этого зала. Там ведь не только ведьмы существуют… В этих водах плавают акулы покрупнее.

Доминику не нужно было объяснять им, кто такая Андра Абате, они и так это прекрасно знали. Знали, на кого она работает. Знали, как связана с Безымянным.