Сезон продаж магических растений (СИ) - Елисеева Валентина - Страница 110

О, давление на чувство сострадания было исполнено на высшем профессиональном уровне, но Кэсси… чёрт, конечно поддалась на хитрые уловки! И раскололась по всем пунктам, начиная от безумной любви к нему и заканчивая полной уверенностью в невозможности их союза!

— Не смей помирать ещё раз! — выдохнула она, на миг оторвавшись от желанных губ.

— Думаю, немногое, что я могу сказать с уверенностью — проклятье исчерпало себя и смерть от него мне больше не грозит, — заверил Мар, но отчего-то без ликования в голосе. Обычно так говорят о покупке, которая слишком дорого обошлась.

— А что грозит? — В который раз Кэсси пожалела, что жизнь человека гораздо сложнее жизни растения.

— Трудно сказать точно — слишком много факторов, которые невозможно просчитать, — туманно ответили ей, вмиг напомнив, отчего она давным-давно присовокупила к имени лорда Левитта приставку «невыносимый».

В такие моменты ясно осознаёшь, отчего у любящих людей случаются затруднения в семейной жизни! И отчего у безмерно влюблённых жён возникает желание подсунуть мужу под одеяло ораву кусачих горявок!

— У меня была крайне тяжёлая ночь, а день ещё хуже. Моей титанической выдержки не хватит на смутные намёки, — честно предупредила она, и почувствовала, как вдруг заколыхался, заволновался родительский сад, уловив затопившие её эмоции. В закрытое окно грозно застучали ветки клёна, немногочисленные оставшиеся в доме полуразумные цветы визгливо завопили. Иронично приподнятые брови свежеиспечённого мужа она оставила без внимания — чай, знал, кому предложение о замужестве делает. Она обещала не забыть о нём — и не забыла.

— Мне неизвестно, как венценосные родственнички, а более того — сотрудники имперской безопасности, отреагируют на изменение моего… х-ммм… статуса. Если крайне негативно — придётся нам всё-таки бежать.

— Жена без магических сил и длинной родословной — это чересчур непозволительно для королевского кузена и главы СИБа? — сдавленно произнесла Кэсси.

В законы империи не внесён запрет на браки магов с простыми людьми! Да, такие союзы по очевидным причинам заключались крайне редко, но ссылками не карались. Да, она понимала, что высшее общество шокирует их брак и быть ей изгоем в аристократической среде до скончания дней своих, но вовсе не намеревалась переживать из-за этого. Ей казалось, что и Мар будет только рад поводу лишний раз не показываться в свете! (Ещё бы ей так не казалось после приснопамятного бала! До сих пор злость берёт!)

— Кто бы говорил об отсутствии сил, — хмыкнул Мар, насмешливо кивнув на взбудораженные растения. — Тот, кто не примет мою жену, будет вычеркнут из списка моих знакомств, будь он хоть трижды король. К слову, Карил давно подозревает, что ни о какой другой жене, кроме тебя, я никогда не помышлял. Вряд ли он от души одобрит наш союз, но точно возражений не выскажет. Не стоит забывать, что Карил в двойном долгу перед тобой. Что касается моих заместителей, гвардейцев и прочих сотрудников конторы, они глубоко уважают и ценят тебя — услышав о браке, они разве что позавидуют моей удаче.

— Тогда о каком неприемлемом статусе ты говоришь? — запуталась Кэсси.

— О том, который, в отличие от метки, невозможно скрыть. Ты лучше многих знаешь, что за всё в этой жизни приходится платить, за самое ценное — крупно расплачиваться. Моей платой за право на жизнь стала утрата магических способностей. Я больше не маг!

Мар развёл руками, а Кэсси ошеломлённо затрясла головой. Изменение биологической принадлежности человека — фантастика почище автоматического «перезапуска» сердечного ритма! Поверить в такое она не могла.

— Погоди, ты просто истощён, тебе поесть надо, — зачастила она, спрыгивая с дивана и поспешно выставляя на невысокий столик графин с водой, сбережённую от драконьих притязаний колбасу и сухари. — Резерв восстановится и всё нормально будет.

Мар поймал её за руку и усадил рядом с собой. Пронзительно заглянул в глаза и с расстановкой, внушительно сказал:

— Каждый маг с рождения ощущает наличие резерва, даже когда не может использовать дарованные природой магические способности: по причине малого возраста или полного истощения. Наличие внутреннего резерва — хоть полного, хоть пустого — заметно магу так же, как заметно наличие головы на плечах. Исчезновение резерва так же невозможно не заметить, как не заметить внезапно настигшую тебя слепоту. Очнувшись, я сразу почувствовал холодящую пустоту внутри, отсутствие отклика на внутреннее обращение к магии. Поверь, пустой, но наличествующий резерв ощущается совершенно иначе, уж я-то многократно истощение резерва испытал.

Вот отчего он выглядел таким ошеломлённым и так странно ощупывал себя, когда очнулся. Что ж, ей без разницы, маг её муж или нет — она давно уверилась в том, что никакая великая магия не заменяет человеку ни ум, ни знания, ни мужество, ни благородство. Даже магия королевского рода всего этого обеспечить человеку не в состоянии. Однако как отреагируют на новости в СИБе и во дворце — вопрос действительно важный, поскольку…

— …все захотят знать, по какой причине ты стал простым человеком. Такой небывалый, вопиющий и страшный для магов случай потери магии не оставят без расследования, — убеждённо сказала Кэсси. — Фразой об ошибке отделаться не выйдет. Кстати, ещё ночью раздумывала, что ошибка уж больно не похожа на ошибку…

Мар искренне понадеялся, что грядущей ночью у его девочки найдутся увлекательные поводы вообще ни о чём не раздумывать. Собственно, ни к чему дожидаться ночи, когда счастье уже ступило на порог. Под его горячим взглядом Кэсси залилась очаровательным румянцем и послушно вернулась в распахнутые объятья. Они вместе, а все тайны и проблемы немного подождут…

Дом затрясся от обрушившихся на него заклинаний, опоясавших окна и двери радужными нитями.

Растения испуганно примолкли.

Дверь чёрного хода с грохотом распахнулась. Мар вскочил и с невнятным ругательством бросился на кухню за ножами.

«Холодное оружие супротив магических заклятий — скверный расклад сил», — прикинула Кэсси и громко завопила, стараясь уравнять позиции:

— Бронт, ко мне!!!

Дракон радостно заверещал и единым ударом снёс с петель распашные двери каретного сарая. Молнией метнулся к крыльцу, а дальше Кэсси видела только дружелюбно мечущийся туда-сюда длиннющий хвост и слышала умильное курлыканье. Кто бы ни приземлился в саду, дракон не распознал в нём врага. Мар сделал те же выводы, что Кэсси, и весь ассортимент разнокалиберных ножей сунул за пояс.

— День добрый. Мы пришли с миром, — прозвучало от порога знакомым Кэсси мужским голосом.

— Но это не точно. Скорее — предположительно, — добавил напряжённый женский голос.

Лорд и леди Левитт вступили в гостиную, и мать Мара, всплеснув руками, взялась окутывать сына веером целительских заклинаний. Попутно наткнулась на обручальные руны, тут же сверила их с пальчиком Кэсси и укоризненно покачала головой, выпуская сына из облака магии.

— Кэсси, дорогая, в будущем, желая поведать мне радостные вести, постарайся не доводить меня до инфаркта. Знаешь, фразу: «Поспешите, иначе не успеете попрощаться с сыном», далеко не все сразу понимают как сообщение об отъезде в свадебное путешествие.

— Просьба не привести за собой гвардейцев тоже воспринимается несколько нервно, — поддакнул лорд Левитт, дёрганым жестом ослабляя галстук.

Прищурившись, Мар обличительно уставился на молодую супругу, и она пожала плечами:

— Я не могла не поставить в известность твоих родителей.

Старшее поколение Левиттов внимательно посмотрело на младшее. Леди Левитт нахмурилась и проворчала:

— У вас такие выражения лиц, что хочется сразу применить к вам запрещённые к использованию артефакты — те, что стимулируют общительность и добросовестность в перечислении фактов. Не доводите маму до греха, рассказывайте обо всём.

Отложив увеличительное стекло и в тысячный раз сверившись с большим рисунком в своде законов империи, леди Левитт вынужденно согласилась, что ни малейших отклонений в завитках метки нет.