Очень личная помощница для орка (СИ) - Дружинина Дина - Страница 8

– Вы хорошо справилась, – говорит Эдгар, открывая передо мной дверь автомобиля, когда мы покидаем ателье лучшей модистки королевства (по крайней мере, по её же словам), – Для первой экспедиции в мир имперской моды – весьма достойно.

– Я чуть не упала в обморок, когда увидела цены на ее услуги, – пытаюсь я ответить ему в тон.

Но на деле все так и есть. Эти наряды я не могу себе позволить.

– И это, между прочим, уже выше среднего результата. – Отзывается он, усмехаясь, – а за ваши платья заплатит Корпорация мистера Моггарна. Будем считать это вашей униформой, которая вам предоставлена для лучшего исполнения контракта.

Пронзает меня внимательным взглядом и отворачивается к окну. Пока я сижу пораженная, и не понимающая, как реагировать, и как понимать его слова.

И мы молчим всю дорогу.

Глава 11

Глава 11

Письмо на моем столе появляется, как призрак. Я не слышала, как его принесли, и никого не видела. Впрочем, даже портье не знает откуда оно взялось.

Просто, вернувшись в свою комнату, обнаруживаю его там. В простом кремовом конверте, подписанное изящным почерком. С моим именем в качестве адресата.

Я держу его в руках осторожно, с минуту раздумывая открывать ли его вообще или.., выбросить?. На обороте – восковая печать расплывшаяся, как будто запечатывали в спешке. Природное любопытство берет вверх и я разламываю печать.

Обнаруживаю внутри записку и маленькую, квадратную фотографию с резными краями. Засматриваюсь на нее, почти забыв о листочке бумаге с несколькими строчками текста. На ней девочка, за которой я бросилась в перевернутый железнодорожный вагон. У нее огромные глаза (и вероятно огромное доброе сердце). Я запомнила ее другой, растрепанной и испуганной. Теперь же она прилежно одетая и причесанная сидит на стульчике, держит на руках дымчатого котёнка.

Того самого.

Выглядят они оба вполне благополучно. Так что я невольно улыбаюсь. И бросаю взгляд на ровные строчки, написанные вероятно, мамой девочки:

«Вы – наш ангел. Никогда не забудем, как Вы, не раздумывая бросились спасать Лили. Простите, если этот снимок слишком личный. Мы лишь хотели, чтобы вы знали, что с ней всё хорошо. Дымок уже немного подрос и скоро превратится в большого кота. С вами, надеемся, тоже всё хорошо. С сердечной благодарностью, Арлин Грей (мать Лили).»

Я читаю дважды. Потом медленно опускаю письмо. Фотография остаётся в руке.

Сердце глухо отдается в груди. Нежность и страх сплетаются в один ком. Если семья девочки знала, куда отправить письмо, значит, кто-то знает, где я. А если кто-то знает… То сколько этих “кто-то” ещё может узнать?

Как по команде, в дверь стучат.

– Входите, – говорю, уже догадываясь, кто это.

Ожидаемо. Эдгар. На лице его мелькает тень легкой озабоченности, когда он вежливо произносит:

– Леди Марта, Вам стоит поговорить с мистером Моггарном, – он остается в дверях, не заходит в комнату. – И лучше сейчас.

Я быстро киваю и выхожу в коридор. Эдгар остается позади, не намереваясь следовать за мной. Так что в апартаменты мистера Моггарна я вхожу одна.

Бархаг сидит в кресле у окна, ноги вытянуты, руки сцеплены на колене. На колене же — газета. Он не читает, просто смотрит в окно.

– Ты получила письмо, – говорит, не оборачиваясь.

Я киваю. Он, конечно, не видит, но словно чувствует. Или просто знает уже ответ. И его вопрос – лишь дань вежливости.

– Это не единственная весточка, – продолжает он. – Около часа назад я узнал об официальном запросе из Имперского бюро по делам наследств и брачных контрактов. Твой отец разыскивает тебя.

Меня бросает в холод.

– И твой… жених, – добавляет он с легкой, почти насмешливой интонацией, которой я предпочла бы не замечать.

Теперь бросает в жар. Я, конечно, не надеялась, что моё место пребывания останется навеки необнаруженным, но все-таки рассчитывала, что это не так быстро произойдет. Наивно полагала, что и отец и … жених (все внутри бунтует против этого слова в отношении человека, который старше меня почти в два раза и видел меня от силы раз пять), так вот, я думала, что они будут пытаться связаться со мной, будут разыскивать сами. А не впутывать имперское бюро.

– Как вы узнали? – произношу сдавленным голосом, что сама с трудом его узнаю.

Выдерживаю пристальный взгляд мистера Моггарна. И одному богу известно, сколько мне требуется усилий, чтоб не сглотнуть застрявший в горле ком и не стараться незаметно вытереть вмиг вспотевшие ладони о складки платья.

– Эдгар умеет добывать информацию, – просто отвечает он. – Плюс, когда в один и тот же день в руки попадает информация о том, что«дочь графа Деворо пропала, вероятно, в опасности» и Имперское бюро по делам наследств и брачных контрактов начинает разыскивать сбежавшую с несостоявшейся помолвки невесту – это наводит на определённые мысли.

Я чувствую, как кровь отливает от лица. Меня не просто ищут, меня уже обсуждают. Еще немного, и я стану предметом самых яростных и невероятных сплетен. Сердце начинает ныть от одной только мысли об этом. Я молчу в ожидании вердикта мистера Моггарна.

Он, так и не дождавшись от меня никаких пояснений, интересуется сам.

– Что ты натворила, Марта Деворо?

Я поднимаю на него глаза, уже благодарная ему за любопытствующий тон, в которой нет ни грамма осуждения. Лишь интерес, и тот деловой. Словно он хочет знать всё о проблеме, чтобы решить её.

Я кривлю губы. Силы, возможно, и покинули меня, но ирония – точно нет.

– Известно что. Я совершила самое страшное преступление, какое только может совершить леди. Отказалась выходить замуж.

Он приподнимает бровь.

– Всё?

Я вижу, как орк с трудом сдерживает улыбку, зажёвыввает её, лишь бы не расхохотаться.

– Всё! – подтверждаю я, –Этого, знаете ли, оказалось достаточно, чтобы запустить лавину. Семья в ужасе, жених, видимо, в ярости. Сюжет весьма банален. Семья на грани банкротства и решила поправить свои дела за счет меня.

Бархаг на секунду задумывается.

– Ты не хочешь замуж?

– Я не хочу быть приложением к титулу. Не хочу повторять судьбу матери. Не хочу расплачиваться собой за долги других. Разве этого недостаточно?

Молчание. Он будто обдумывает мои слова. Потом говорит с почти искренним удивлением:

– Только и всего?

– Только и всего, – повторяю я, упрямо подняв подбородок.

– Странные у вас порядки, у людей.

– А у орков лучше? – чуть не прикусываю себе язык когда осознаю, что за бестактность сорвалась сейчас с моих губ.

Но он словно не замечает, лишь весело усмехается:

– Насчет “лучше” не знаю. Не уверен. Но обычно у нас женятся те, кто хочет. И только если уверены, что не убьют друг друга в первые три месяца.

У меня дёргается уголок губ. Я не могу сдержать улыбки. Хотя учитывая мое воспитание и благородность манер, я вообще-то должна была лишиться чувств при словах про убийства.

Но мне почему-то становится легче. Словно после того как весь день ходишь в корсете, к вечеру расшнуровываешь его тугие петли. И это почти… приятно. Впервые за долгое время.

Он встаёт, подходит к большому глобусу у окна, медленно вращает его. Словно вдруг резко потеряв интерес к беседе, спрашивает о другом:

– Как ваш визит к модистке?

– Благодарю, это было волшебно. Но боюсь, что моя семья откажется закладывать фамильный особняк ради того, чтобы оплатить все те роскошества, на которые мадам Везерли меня соблазнила.

А вот теперь Бархаг смеется. Правда, одними глазами. Но я вижу, как в них вспыхивают искры веселья, словно танец пляшут. Но лицо остается серьезным:

– Счет мадам Везерли оплатит корпорация. Слухов никаких не будет, не волнуйся.

Он делает небольшую паузу, недолго обдумывая что-то:

Мы уезжаем, – говорит наконец. – Через пару дней мы едем в Мелдроуз. Там находится основной офис компании. Расследование по крушению должно быть завершено, и сразу отправляемся.